10 августа 1912 года, Санкт-Петербург.
От набережной медленно отходит паровая шхуна с мягким, почти церковным именем — «Святая Анна». На бумаге всё выглядит красиво: морской офицер Георгий Брусилов идёт в Арктику, чтобы впервые пройти Северным морским путём под российским флагом. На деле — начинается одна из самых мрачных и запутанных историй полярных путешествий.
Судно, деньги и странный экипаж
Брусилов — не Нансен и не Амундсен. Это не государственная, а полупредпринимательская экспедиция. В 1912 году он берёт отпуск, собирает родственников в акционерное «зверобойное общество» и решает совместить географический подвиг с коммерческим промыслом.
За 20 тысяч рублей в Великобритании покупают старую, но крепкую паровую шхуну «Бленкатра» — трёхмачтовую баркентину 1867 года постройки. Толстые борта, мощная машина, ход 7–7,5 узлов. Штурман Валериан Альбанов потом напишет: корабль настолько хорошо сохранился, что ему «трудно дать больше двадцати лет».
Главный инвестор — Анна Николаевна Брусилова, жена богатого московского землевладельца. В её честь судно переименовывают в «Святую Анну». Она вкладывает примерно 90 тысяч рублей — по тем временам огромную сумму.
Но уже в Александровске-на-Мурмане (ныне Полярный) происходит тревожный эпизод: часть экипажа — в том числе судовой врач, старший помощник Н. С. Андреев, штурман и несколько матросов — отказываются идти дальше. На их место спешно набирают людей. В итоге из 24 человек настоящих профессиональных моряков — всего семеро, включая самого Брусилова и Альбанова. Остальные — случайные люди, охотники, новички.
И тут на сцену выходит единственная женщина на борту — Ерминия Жданко. Она собиралась просто доехать как пассажир до Александровска, но когда врач ушёл с судна, по собственной инициативе стала медиком экспедиции. Дочь генерала Жданко, племянница начальника Главного гидрографического управления, с сестринской подготовкой. Именно её имя потом окажется в списке пропавших.
10 сентября 1912 года «Святая Анна» уходит из Мурмана на восток, в Карское море. На борту — запас еды примерно на полтора года. Остальное планируют добирать охотой.
Лёд закрывается
17 сентября шхуна проходит Югорский Шар и выходит в Карское море. План прост: обогнуть Ямал, пройти мыс Челюскин, перезимовать в устье Хатанги, а дальше — вдоль побережья Сибири к Берингову проливу. Красивый маршрут на карте.
Реальность ломается через неделю.
Шхуну зажимает pack-лед (многолетний дрейфующий полярный морской лёд) у западного берега Ямала, примерно на широте 71°45'. Судно вмерзает в лёд. К концу октября под южным ветром ледяное поле приходит в движение — но не туда, куда нужно экспедиции. Вместо плавания на восток «Святую Анну» медленно, упрямо несёт на север.
К лету 1913 года корабль дрейфует уже севернее Новой Земли. Попытки пропилить канал к свободной воде не удаются: лёд толстый, полынья слишком далеко. Приходится готовиться ко второй зимовке.
Напряжение растёт. В замкнутом металлическом теле корабля, среди снега и полярной ночи начинают копиться обиды и страх. В сентябре 1913 года вспыхивает конфликт между Брусиловым и Альбановым. Штурман складывает с себя обязанности. Это важный штрих: командный тандем рушится ещё до главной развязки.
К началу 1914 года «Святую Анну» относит ещё дальше — севернее архипелага Земля Франца-Иосифа. Охота в первый год помогла, но запасы всё равно тают. Не хватает не только еды, но и топлива. Впереди — голод и третья зима во льдах.
Побег Альбанова
10 апреля 1914 года происходит ключевое событие.
Штурман Валериан Альбанов решает уйти с судна. Его план: добраться по льду до Земли Франца-Иосифа, найти базу английского полярника Джексона (о ней он знал из книги Нансена) и там ждать случайного судна.
Он уводит с собой 13 человек. Всё снаряжение — кустарное. Байдарки из того, что было под рукой, меховая одежда, самодельные санные упряжки. Экспедиция Брусилова вообще не предполагала пеших переходов, так что все готовят буквально на коленке. Еда — в основном сухари. Для людей, которые должны тянуть тяжёлые сани по торосам, этого катастрофически мало.
На «Святой Анне» остаётся 10 человек. Чуть позже трое матросов, не выдержав первых дней пути, возвращаются обратно. И окончательный список тех, кто остался на судне, — 13 человек, включая Брусилова и Жданко. После этого их след теряется навсегда.
Группа Альбанова идёт на юг. По расчётам — около 160 морских миль, то есть порядка 300 километров. И очень быстро выясняется страшная вещь. Астрономические наблюдения показывают: льды их уносят не к цели, а в сторону. Так Альбанов открывает Восточно-Шпицбергенское течение — важный научный результат ценой человеческих жизней.
По дороге гибнут один за другим: Баев, Архиреев, Нильсен… Отряд делится, часть идёт вдоль берега, часть — на байдарках. Одна байдарка с Луняевым и Шпаковским уходит в море во время шторма и исчезает в туманной полосе гипотез «неизвестно где, неизвестно как».
В конце концов 9 июля 1914 года до мыса Флора на острове Нортбрук добирается только одна байдарка — с тяжело больным Альбановым и матросом Александром Конрадом. Из четырнадцати человек живы двое.
20 июля к мысу Флора подходит шхуна «Святой Фока» экспедиции Георгия Седова под командованием Н. М. Сахарова. Она забирает Альбанова и Конрада на борт. Так заканчивается пешая одиссея штурмана — и окончательно обрывается линия связи со «Святой Анной».
Поиски, самолёты и пустота
К 1914 году в Арктике одновременно пропадают три русские экспедиции: Брусилова, Седова и Русанова. Совет министров требует от Морского министерства организовать поиски.
Начинается беспрецедентная операция: несколько судов, в том числе барк «Эклипс», «Печора», шхуны «Герта» и «Андромеда», обследуют Новую Землю и Землю Франца-Иосифа. Впервые в мире используют полярную авиацию: лётчик Ян Нагурский на гидросамолёте «Фарман» осматривает льды Новой Земли с воздуха.
С востока работает гидрографическая экспедиция Вилькицкого, ледоколы «Таймыр» и «Вайгач» фактически проходят Северный морской путь с востока на запад. Но следов «Святой Анны» нет.
В 1915 году поиски прекращают. Арктика в этом «деле» сохраняет право хранить молчание.
Возвращение через сто лет
Казалось бы, история застыла. Но в XXI веке дело Брусилова внезапно снова открывают.
В 2010 году экспедиция под руководством Олега Продана на Земле Георга находит человеческие останки и вещи, очень похожие на снаряжение пешей группы Альбанова: карманные часы, единственные на отряд, ложку с инициалами «П. С.», самодельные тёмные очки, патроны, кружку, фрагменты одежды. Многие предметы совпадают с описаниями в дневниках.
Главная находка — сам дневник, принадлежавший машинисту Владимиру Губанову. В нём — будни дрейфа «Святой Анны», охота на медведей, болезнь капитана, намёки на конфликт между Брусиловым и Альбановым: «Луняев разнимал». То есть то, что прежде воспринималось как сухая схема, получает человеческие голоса.
Трагически и символично: в 2016 году во время одной из экспедиций «По следам двух капитанов» Олег Продан и его товарищи погибают в аварии вертолёта над арктическим льдом.
Версии гибели и вердикт времени
Что же могло случиться с «Святой Анной» и теми тринадцатью, кто остался на борту?
Есть несколько гипотез:
- судно погибло от случайного пожара;
- экипаж мог умереть от цинги или трихинеллёза (мясо белых медведей и моржей без достаточной термообработки);
- шхуна освободилась ото льда и была потоплена немецкой подлодкой в Первую мировую;
- корабль вышел в Северную Атлантику и погиб в зимнем шторме.
Доказательств нет ни у одной версии. Арктика оставила эту страницу незаполненной.
И всё же экспедиция Брусилова дала науке немало. Наблюдения Альбанова позволили описать Восточно-Шпицбергенское течение, уточнить границы материковой отмели и подводный жёлоб Святой Анны между Карским и Баренцевым морями.