Она считала их брак идеальным, пока одно сообщение из банка не раскрыло страшную правду. Оказалось, восемь лет он жил двойной жизнью. Но причина перевода бывшей жене заставит заплакать даже самых циничных…
Ольга никогда не проверяла телефон мужа. За восемь лет брака с Владимиром она ни разу не рылась в его личных вещах. Вся их семейная жизнь строилась на доверии. Но в то ноябрьское утро все изменилось.
Владимир спешил на какую-то важную встречу и забыл телефон на кухонном столе. Ольга собиралась отвезти его в офис, но вдруг экран загорелся от входящего уведомления. Это было сообщение из банка. Обычно она бы не обратила на него внимания, но сумма привлекла ее взгляд: «Переведено 50 000 рублей. Получатель: Екатерина Волкова».
Сердце екнуло. Екатерина Волкова — это первая жена Владимира.
Руки задрожали, когда Ольга открывала телефон. Пароль она знала отлично, потому что Владимир никогда и не скрывал его. Потом открыла банковское приложение. История переводов раскрылась перед ней как страницы книги, которую она никогда не хотела читать.
50 000 рублей переводились каждый месяц. Регулярно и точно, как часы. Ольга листала назад: год, два, три, четыре... Переводы начались еще до их свадьбы, когда они только начали встречаться. Быстрый подсчет в уме заставил ее присесть на стул. За все эти годы Владимир перевел Екатерине больше четырех миллионов рублей.
Четыре миллиона из их семейного бюджета. Из денег, которые они откладывали на собственный дом. Из средств, которых едва хватало на ипотеку и детский сад для пятилетней Сони.
Ольга вспомнила все их разговоры о деньгах. Как Владимир говорил, что нужно потерпеть еще год-два, и они купят квартиру побольше. Как он не даже не допускал отпуска за границей, ссылаясь на экономию. Как морщился, когда она просила купить новую стиральную машину взамен сломавшейся.
А он все это время отправлял по пятьдесят тысяч в месяц своей бывшей жене.
Ольга знала о Екатерине немного. Владимир не любил говорить о первом браке, и она не настаивала. Она знала, что они развелись десять лет назад, что детей у них не было, что развод был тяжелым. Больше ничего. Екатерина была закрытой главой для неё, и Ольга уважала это.
Но теперь эта глава распахнулась настежь, и содержание оказалось совсем не тем, что она могла себе представить.
Телефон завибрировал в ее руках. Звонил Владимир. Ольга смотрела на экран, не в силах ответить. Что она скажет? Что спросит? Внутри все кипело — гнев, обида, недоумение, страх. Страх, что жизнь, которую она считала такой надежной и понятной, оказывается построена на лжи.
Звонок прервался. Через секунду пришло сообщение: «Забыл телефон, можешь привезти? Или я сам заеду во время обеда».
Ольга посмотрела на часы. Было девять утра. До обеда еще четыре часа. Четыре часа, чтобы решить, как она будет жить с этими фактами. Четыре часа, чтобы понять, готова ли она услышать правду.
Она налила себе кофе дрожащими руками и села у окна. За стеклом моросил дождь, серое небо нависало над городом. В соседней комнате посапывала еще не проснувшаяся Соня. Обычное утро обычного дня, который перестал быть обычным.
Ольга снова посмотрела на телефон. На экране блокировки была их семейная фотография — она, Владимир и Соня на прошлогоднем пикнике. Такие счастливые и настоящие.
Или это тоже было иллюзией?
Она должна была срочно с ним поговорить. Сегодня. Но прежде всего ей нужно было успокоиться, собраться с мыслями. Надо понять, что именно спросить. Потому что от этого разговора зависело все — их брак, их будущее. А доверие, которое было в семье, безвозвратно разрушено одним банковским уведомлением...
Владимир приехал домой ровно в два часа дня. Ольга услышала, как он открывает дверь ключом ключ, и сердце бешено забилось. Она сидела на диване в гостиной, его телефон лежал на журнальном столике. Соню пришлось отвезти к маме. Ведь предстоящий разговор не для детских ушей.
— Оль, привет! — он вошел с улыбкой, стряхивая капли дождя с куртки. — Хорошо, что не повезла в офис. Я же говорил, что встреча перенеслась.
Она молчала, глядя на телефон.
— О, вот он где! — Владимир потянулся за ним, но замер на полпути. Что-то в ее взгляде остановило его. — Что случилось?
— Екатерина Волкова, — произнесла Ольга. Голос прозвучал спокойнее, чем она ожидала. — Пятьдесят тысяч каждый месяц. Восемь лет подряд.
Лицо мужа мгновенно изменилось. Он побледнел, а улыбка исчезла. Он опустился в кресло напротив.
— Ты копалась в моем телефоне.
— Пришло сообщение из банка. А дальше я просто открыла историю. Владимир, четыре миллиона рублей! — голос дрогнул, но она взяла себя в руки. — Пока мы считали каждую копейку, пока я покупала Соне вещи на распродажах, ты каждый месяц отправлял деньги бывшей жене?
— Это не то, о чем ты думаешь.
— А о чем я думаю? — Ольга встала, не в силах больше сидеть на месте. — Я понимаю, что мой муж восемь лет врал мне. Я понимаю, что ты скрывал от семьи огромную сумму денег. Объясни мне, что я не так поняла?
Владимир молча провел рукой по лицу. Потом он встал, подошел к окну и встал спиной к ней.
— У нас с Катей была договоренность, — начал он тихо. — Когда мы разводились.
— Какая договоренность? У вас не было детей! Никаких алиментов быть не может!
— Не алименты, — повернулся он. Впервые за все годы Ольга увидела в его глазах что-то похожее на страх. — Я был должен ей. Серьезно должен.
— За что?!
— Квартира. Та самая, в которой я жил, когда мы с тобой познакомились, — слова давались ему тяжело. — Формально она была оформлена на меня, но мы купили ее за ее деньги. Деньги, которые Катя получила в наследство от бабушки. Когда мы развелись, я не мог отдать ей все сразу. Работы не было, кредиты висели. Мы договорились, что я буду отдавать частями.
Ольга смотрела на него, пытаясь все осмыслить.
— Ты мог продать квартиру.
— И остаться на улице? Я ее продал только тогда, когда мы с тобой поженились. На эти деньги мы взяли нашу, помнишь?
Она помнила. Помнила, как радовалась, что у них будет своя квартира. Владимир сказал тогда, что накопил. Накопил — какая ложь!
— Значит, долг был закрыт после продажи? Почему же переводы продолжаются?
— Там были еще проценты, мы договаривались... — запнулся он, отвел взгляд.
— Не ври мне больше! — крикнула Ольга. — Я видела переводы! Они шли все эти годы регулярно, без изменений! Это не выплаты долга по частям, это какое-то содержание!
— Хорошо! — Владимир тоже повысил голос. — Хочешь правду? Да, это была компенсация! Потому что я разрушил ее жизнь! Я ушел к другой женщине прямо перед нашей годовщиной! Потому что после развода она попала в больницу с нервным срывом!
Тишина повисла в комнате. Ольга опустилась на диван, ноги не держали ее.
— Та другая женщина... это я?
— Нет, — он покачал головой. — Это была Марина, коллега по работе. С ней все закончилось быстро. А с тобой я познакомился через полгода после развода.
— И ты решил, что будешь платить бывшей жене всю жизнь? За свою вину?
— Я хотел облегчить ей жизнь хоть как-то. Она осталась одна, а работу потеряла из-за болезни. Мне казалось, что это правильно.
— А мне сказать об этом было нельзя? — голос Ольги дрожал от обиды. — Мы семья, Владимир. У нас общий бюджет, общие планы. Ты лишал нашу дочь нормальной жизни ради чувства вины!
— Я был уверен, что ты не поймешь.
— Ты даже не пытаешься объяснить! — она встала, взяла сумку. — Мне нужно время подумать. Я поеду к маме и поживу у нее несколько дней.
— Оль, постой...
— Не надо. Сейчас я не хочу тебя даже слышать. Восемь лет ты молчал, теперь помолчи еще немного.
Она вышла, не оглядываясь. Дверь захлопнулась, оставив Владимира одного в пустой комнате с телефоном в руках и тяжким грузом в душе, который он нес все эти годы...
Продолжение: