Перед мостом ее догнал тот же «Москвич». Он остановился, водитель выглянул из окна:
- Вы так быстро ушли, садитесь, я отвезу вас.
Пелагея повернулась к нему:
- Да мне там долго нечего было делать. Спасибо, я дойду, тут совсем немного осталось.
- Да вам же тяжело ходить, садитесь!
Пелагея подумала – и отказалась:
- Нет, я пройдусь, погода хорошая.
Ну смотрите, - сказал хозяин машины и поехал дальше. Через несколько минут ее догнала телега, в которой ехали доярки с утренней дойки.
- Полька, привет! – прокричала Дуська. – Что, уже откололась от нас? Откуда идешь? Садись, довезем!
- Да ну вас! – отмахнулась Пелагея. – Растрясете совсем.
- Конечно, у нас телега, не легковушка! А чего не поехала на машине – остановился же возле тебя?
- Потому и не поехала, чтоб ты спросила, - засмеялась Пелагея.
Лошадь шла шагом, не обгоняя Пелагею. Нина Иванькова спрыгнула с телеги, пошла рядом. Филя заворчал:
- Может, все пойдете? Так я поеду домой!
- Не ворчи, Филя, - остановила его Раиса, - дай поговорить бабам.
- Да вам бы только болтать! – не унимался Филя.
- А у нас скоро, наверное, свадьба будет! – сказала Дуська. – Не слыхала?
- Ты, что ли замуж пойдешь? – засмеялась Пелагея.
- Да куда мне! Мой жених где-то заблудился. Верка Ивонина, говорят, выходит замуж.
- Ну, ей пора, - проговорила Пелагея, заметив, как все бабы укоризненно посмотрели на Дуську.
Та заметила их взгляды и воскликнула:
- Ну чего вы? Можно подумать, что она не узнает этого!
- Чего? – переспросила Пелагея.
- Да не слушай ты ее, балаболку, - проговорила Нина. – Ты ж знаешь нашу Дуську.
- Да о чем вы? – не терпелось узнать Пелагее, хотя где-то в глубине души шевельнулось тревожное чувство.
- А что – Дуська? Как будто я брешу! Говорят, что Стецко Николай гуляет с ней!
Пелагея на мгновение задержала шаг. Ей показалось, что воздуха не хватает, будто закрыли его от нее.
- Ну, гуляет – не значит, что женится! – твердо произнесла она, не глядя ни на кого, непроизвольно положив руку на живот.
Женщины замолчали. Филя покачал головой:
- Ой, бабьё, бабьё! Нету на ваши языки удержу!
- А на ваши причиндалы есть? – набросились все дружно на него.
- Ладно, поезжайте, - проговорила Пелагея, - а я прогуляюсь возле речки.
Доярки переглянулись.
- Ты, Поля, сильно в голову-то не бери, - тихо проговорила Нина, - жизнь, она такая...
Телега поехала дальше. Пелагея остановилась, перевела дыхание. Слезы сами хлынули из глаз. Она все-таки где-то в глубине души – совсем глубоко - верила в то, что он придет. Вот родится сын - не может быть, чтобы не екнуло у него ничего! А теперь у него будут дети от законной жены.
Она знала эту Веру. Невысокая девушка, слегка полноватая, одевающаяся неброско, даже, можно сказать, серенько. Иногда Пелагея видела ее в клубе, когда там проходили какие-нибудь собрания. Она чаще всего стояла с одной девушкой, такой же, как она, или вообще одна. Неужели Николай действительно женится на ней? Для этого ведь нужно любить! И тут же ударила мысль: если это так, значит, он не любил ее – вот и не женился.
Ребенок в животе зашевелился.
- Что, Алешка, не сидится? – спросила Пелагея тихо. – Рано еще, сиди! Не волнуйся, мамка всегда будет с тобой! А папка? Ну что ж, не всегда они рядом, папки-то...
Она слегка улыбалась, но сердце обливалось слезами...
Вечером она постучала к соседям, чтобы накормить, напоить свою телку, почистить у нее. Варвара открыла ей, прошла к сараю, открыла его.
- Миша говорит, что телочка хорошая, летом нужно будет покрыть ее, чтоб к весне уже с молоком быть, - сказала она.
Пелагея была очень благодарна соседям, но беспокоилась о том, что сена у нее нет, а кукурузные стебли скоро кончатся. У соседей есть стог сена, но ведь это для их коровы. Варвара, будто услышав ее мысли, сказала:
- Директор совхоза разрешает выписывать работникам корма для хозяйства. Можно выписать зерно для птицы, сено для коровы, комбикорм для свиней. Конечно, это за деньги, но по-другому где взять?
- Я обязательно схожу к директору, - сказала Пелагея, - попрошу выписать сена.
Варвара с сочувствием смотрела на Пелагею: при всей ее работоспособности скоро ей будет очень трудно делать все, что нужно по дому и по хозяйству. Безусловно, нужен человек, который всегда был бы рядом и помогал. В селе ходили слухи, что она собирается замуж за Николая, но сегодня Михаил приехал домой и сказал, что на ферме доярки судачат о том, что он женится на Верке Ивониной. А как же Пелагея? Да еще и с маленьким ребенком. Варвара вздохнула: так хорошо начиналось у нее, она всегда была такая веселая, а теперь в глазах печаль – их не скроешь!
Утром Пелагея, проводив Толика в школу, пошла в клуб, где расположилось бывшее правление колхоза. Иван Иванович был уже на месте.
- А, Поля! Ну, давай приступай! Вот тебе новая книга, сюда будешь переписывать.
Он положил перед ней книгу, подвинул к ней чернильницу.
- Конечно, колхоза уже нету, - с грустью произнес он, - но документы нужно держать в порядке. Я правильно говорю?
Пелагея кивнула.
- Так вот, значит, Поля, давай будем приводить в порядок наш документ. Вот, смотри, - он стал рассказывать, что и где нужно писать.
Она работала старательно, правда, рука, привыкшая к грубой работе, сначала не слушалась, и буквы выходили н очень ровные. Но к обеду она приноровилась, и записи стали красивее и ровнее, чем в старой книге. Иван Иванович, заглянув к ней, похвалил:
- А ты молодец! Почерк у тебя хороший, ровный.
Пелагея смущённо отмахнулась:
- Да ладно, я давно не писала...
Перед обедом к ним заглянул инженер.
- Иван Иванович, - начал он с порога, - на ферме будем устанавливать новое освещение – подсоединять с общей линии, так что нужно определить, когда это лучше сделать.
- Ну когда? После дойки. Лучше после утренней, Андрей Кириллович, - ответил Иван Иванович.
И тут инженер увидел сидящую за столом Пелагею.
- А у вас, я смотрю, новый работник, - сказал он. – Здравствуйте! – обратился он к Пелагее.
- А, это у нас Поля, - пояснил Иван Иванович. – Помогает нам кое в чем. Поля, это Андрей Кириллович Светов, наш инженер.
- Так когда поедем на ферму, - спросил Светов.
Иван Иванович посмотрел на часы.
- Ну, сейчас уже идет дойка, не будем мешать, а завтра с утра и поедем. Да сейчас уже и нам пора на обед.
Он поднялся со стула, взял пальто.
- Поля, давай на обед, а после обеда продолжишь.
И вдруг он словно о чем-то вспомнил:
- Андрей Кириллович, вы ведь поедете в ту сторону, подвезите Полю до дома, вам по пути, - попросил он инженера.
- Я с удовольствием! – ответил Светов. – Я буду ждать вас в машине, Поля. Выходите!
Пелагея сложила книгу, закрыла чернильницу, надела пальто и вышла из помещения. «Москвич» стоял у дороги, «дыша» голубоватым дымком в холодный день. Она неуверенно подошла к машине, Светов открыл дверь.
- Садитесь, Поля!
Пелагея села в уже знакомую машину, и они поехали.