История Русско-польской войны 1654–1667 годов, начавшейся после Переяславской Рады и воссоединения Малороссии с Россией, полна как блистательных побед, так и тяжелых испытаний. Одним из самых драматичных и трагических эпизодов этой борьбы стала Чудновская кампания 1660 года. Это история о выдающемся военном профессионализме, солдатской доблести, вероломстве и невероятной силе духа, которая даже в тактическом поражении смогла заложить основу будущей стратегической победы. В центре этой истории — армия боярина и воеводы Василия Борисовича Шереметева.
Сбор армии и стратегическая обстановка
К 1660 году стратегическая обстановка для Русского царства серьезно осложнилась. Речь Посполитая, только что заключив Оливский мир со Швецией, смогла высвободить свои лучшие войска и направить их на восток. Польская корона намеревалась вернуть контроль над Правобережной Украиной. Для противодействия этой угрозе Москва собрала крупную армию под командованием одного из опытнейших воевод того времени — Василия Борисовича Шереметева.
Это была уже не средневековая рать. Армия Шереметева, насчитывавшая около 15 000 человек, на две трети состояла из «полков нового строя» — профессиональных, обученных по европейскому образцу частей. В их состав входили рейтарские полки (тяжелая кавалерия) под командованием Фёдора Зыкова, Ягана фон Говена, Андрея Чубарова и других, а также солдатские (пехотные) полки Даниила Крафорта и Николая Фанстадена и драгунский полк Кашпира Яндера. Это была современная, дисциплинированная и хорошо оснащенная сила.
Качество этой армии не осталось незамеченным даже противником. Польский участник событий, Ян Зеленевицкий, оставил в своих записках восторженный отзыв о русских войсках, увиденных им в сентябре 1660 года:
«Войско было отличное и многочисленное. Конница щеголяла множеством чистокровных лошадей и хорошим вооружением. Ратные люди отчётливо исполняли все движения, в точности соблюдая ряды и необходимые размеры шага и поворота. ... Со стороны эта стройная масса воинов представляла прекрасное зрелище, то же самое и пехота. Вообще войско было хорошо выправлено и обучено, то были не новобранцы, а почти ветераны…»
К этой силе должны были присоединиться казацкие полки. Вместе с Шереметевым шел наказной гетман Тимофей Цецюра, под началом которого было около 20 000 казаков. Главной же надеждой кампании был гетман Юрий Хмельницкий (сын Богдана Хмельницкого), который с основными силами казаков должен был соединиться с Шереметевым для совместного удара по полякам.
Маневр отступления к Чуднову: табор в движении
Кампания с самого начала пошла не по плану. Объединенная польско-татарская армия (около 27 000 поляков и 12-15 000 крымских татар) действовала решительно и смогла перехватить инициативу. После тяжелого сражения под Любаром 26 сентября Шереметев, оказавшись перед лицом превосходящих сил противника и не дождавшись Хмельницкого, принял решение отступать к Чуднову.
То, что произошло дальше, вошло в анналы военного искусства. Шереметев организовал отвод войск «табором», или "вагенбургом" — подвижной крепостью из телег. Это было не беспорядочное бегство, а дисциплинированный марш под прикрытием 16 рядов повозок, сцепленных цепями. На возы насыпали землю для защиты от пуль и стрел, на них же установили легкие пушки. Внутри этого квадрата двигалась пехота и кавалерия, пресекая любые попытки противника разорвать строй. Впереди шел специальный отряд, прорубавший просеку в лесу.
Польско-татарская конница беспрерывно атаковала движущийся табор, но не могла пробить его оборону. Русская пехота и артиллерия отбивали все атаки с минимальными для себя потерями. Поляки были поражены этим маневром. Как сообщали польские источники, «свидетели, которые видели этот большой подвижный табор, удивлялись его конструкции и называли Шереметева истинным полководцем. Говорили, что он своё отступление выполнял по всем правилам военного искусства и в полном порядке».
Несмотря на понесенный урон (особенно при переправе через реку, где поляки устроили артиллерийскую засаду, отбив часть возов), Шереметев 27 сентября привел основную часть армии к Чуднову. Он разбил лагерь, укрепив его валами и оставшимися возами, и стал ждать подхода Юрия Хмельницкого.
Осада в лагере и перемена в союзниках
Польско-татарские войска немедленно блокировали русский лагерь. Началась изнурительная осада. Поляки заняли господствовавший над местностью Чудновский замок, который Шереметев не успел занять, и перекрыли все дороги.
Главная надежда осажденных была на Юрия Хмельницкого. И он действительно был близко. Узнав о подходе гетмана, поляки направили против него часть своих сил во главе с Ежи Любомирским. Войска Хмельницкого были остановлены у Слободища. И здесь произошла первая катастрофа: 17 октября 1660 года Юрий Хмельницкий, не то потерпев поражение, не то просто утратив волю к борьбе, начал сепаратные переговоры с поляками. Он подписал Слободищенский трактат, по которому разрывал союз с Москвой и присягал на верность польскому королю. Армия, шедшая на выручку Шереметеву, в один миг стала вражеской.
Известие об этом достигло осажденного лагеря. Это стало сигналом для второго удара. 21 октября наказной гетман Тимофей Цецюра, находившийся в лагере Шереметева, со своими полками (около 2000 казаков) бежал, перейдя на сторону поляков. Часть его людей, впрочем, постигла тяжелая участь от рук татар, которые не делали различий между "старыми" и "новыми" союзниками.
Русская армия оказалась в отчаянном положении: в полном окружении, без надежды на помощь, преданная обоими союзниками.
Тяжелые условия капитуляции и ее трагические последствия
Несмотря на безнадежность ситуации, русские воины продолжали сражаться. В ночь с 13 на 14 октября Шереметев предпринял отчаянную попытку прорыва. Приказав спалить часть возов и посадив раненых на оставшиеся, армия пошла напролом. Две атаки польских гусар были отбиты. Как писал польский очевидец, «тяжёлая битва длилась около 4 часов… Русское войско защищалось так исправно и сильно, что поляки и татары снова были вынуждены отступить».
Однако прорваться не удалось. Армию сбили с дороги в болотистую местность, где она окончательно застряла. В лагере начался голод, кончились порох и пули, не осталось лошадей. Дальнейшее сопротивление было невозможно. Шереметев был вынужден начать переговоры о капитуляции.
4 ноября 1660 года была подписана капитуляция. Ее условия были тяжелыми: русская армия сдавала все оружие, артиллерию и знамена. Воеводы должны были приказать гарнизонам Киева, Переяслава и Чернигова сдать города полякам. Взамен обезоруженным русским воинам гарантировался свободный уход на родину. Шереметев оставался в заложниках до выполнения всех условий.
Но то, что случилось дальше, стало одним из самых мрачных примеров нарушения воинского слова в XVII веке. В ночь с 4 на 5 ноября, как только русские ратники (около 10 000 человек) сложили оружие, в их беззащитный лагерь ворвались крымские татары. Они начали захватывать безоружных людей. Русские солдаты пытались обороняться голыми руками и чем попало. Татары применили оружие. По сообщениям, многие воины нашли там свой конец, а оставшиеся (около 8000 человек) были уведены в тяжелый полон.
Польское командование не только не воспрепятствовало этому, но и, уступив требованиям татар, выдало им главного заложника — самого воеводу Василия Шереметева. За свою верность присяге и отказ подписывать условия, которые он не мог выполнить, Шереметев был отдан в крымский плен, где провел 21 год в трудных испытаниях и умер, так и не вернувшись на родину.
Ответ воеводы Барятинского и оборона Киева
Чудновская катастрофа, казалось, означала полный провал русской политики в Малороссии. Армия была уничтожена, воевода в плену, союзники предали. Польско-татарские войска двинулись к Киеву, главному русскому форпосту, требуя его немедленной сдачи на основании подписанной Шереметевым капитуляции.
Комендантом киевского гарнизона был князь Юрий Никитич Барятинский. Когда ему предъявили приказ Шереметева о сдаче города, воевода произнес фразу, вошедшую в историю:
«Я повинуюсь указам царского величества, а не Шереметева; много в Москве Шереметевых!»
Этот дерзкий и мужественный ответ спутал полякам все карты. Барятинский, имея под рукой лишь небольшой гарнизон, наотрез отказался сдаваться и приготовился к решительной обороне. Его примеру последовали и жители Переяслава, поклявшиеся воевать до последнего.
Решимость русских гарнизонов была столь велика, что польско-татарская армия, измотанная боями под Чудновом и не готовая к новой тяжелой осаде, не решилась штурмовать Киев. Столкнувшись с таким непреклонным мужеством, противник был вынужден отступить.
Таким образом, подвиг князя Барятинского и стойкость киевского гарнизона фактически свели на нет все стратегические выгоды, полученные поляками под Чудновом. Киев и вся Левобережная Гетманщина остались за Русским царством.
Подвиг армии Шереметева, несмотря на трагический финал, не был забыт. Царь Алексей Михайлович в декабре 1661 года писал наказному гетману Якиму Сомко, с горечью и уважением вспоминая павших:
«…боярин наш Василей Борисович с товарыщи с нашими ратными людьми против непрятелей ходили, и церквей Божиих и городов, и мест украинных черкасских и домов ваших до разоренья не допустили, и кровь свою пролили, и головы свои складывали за вас, да за домы ваши…»
Чудновская битва стала тяжелым уроком, но также и примером того, как мужество, профессионализм и верность долгу одних людей могут компенсировать вероломство других и спасти, казалось бы, уже проигранное дело.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Подписывайся на премиум и читай дополнительные статьи!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера