первая часть
Из трубки донесся взволнованный голос бригадирши.
— Марина Евгеньевна, вы еще не слышали?
— О чем?
Юлия сразу пустилось в причитание.
— Беда у нас, Мариночка, Арсений Ильич в аварию попал.
Марина охрипшим голосом произнесла.
— В какую аварию? Откуда ты знаешь?
Около минуты Юлька выла в трубку и лишь потом с трудом сказала.
— Андрюха Рыбин только что звонил, он в райцентр еще вчера отправился, мать хотел проведать, а сегодня на совещание должен был остаться. Ой, мамочки, что теперь будет?
Хотя сердце в груди Марины колотилось, она старалась держаться.
— Юля, ты можешь всё толком объяснить, без причитаний? — прикрикнула на коллегу Марина, та захлюпала носом.
— Могу, Марина Евгеньевна. Андрей сказал, что перед совещанием им сообщили, что в нашу машину врезалась фура. Гаишники об этом рассказали, другие подробности неизвестны.
Марина ничего не ощущала.
Пустота была внутри неё и вокруг. Юлька что-то ещё кричала в трубку, но она её не слышала, а потом и сбросила вызов, сообразив, что для установления истины нужно звонить прямо в райцентр.
Рыбин сразу ответил на её звонок.
— Марина Евгеньевна, извините, что позвонил не вам, а Борисовне. У меня нет вашего номера, вернее он был, но исчез.
Наверное, я его в суматохе удалил.
Марина взмолилась:
— Андрей, это сейчас неважно, скажи, что с Арсением.
- Их всех троих в больницу увезли. Водитель меньше всех пострадал, но с ним пока невозможно связаться. Он на месте ДТП, с ним работает следователь.
Марина слушала помощника мужа, а сама неотрывно смотрела, как за окном буйствует непогода. В этот момент она почему-то подумала, что беды врываются в жизнь человека так же не прошенно, как любая природная стихия.
Марина бежала по лужам, забыв о всём на свете, голову обжигала одна мысль — мне надо как можно скорее попасть в райцентр.
Хотя Дубровка находилась в каких-то двадцати километрах от города, добраться до него было проблематично. Марина надеялась на помощь соседей.
Она долго стучала в ворота неприступной крепости Головановых. Наконец, калитка чуть приоткрылась. Клавдия с удивлением спросила:
«Марин, ты чего в такую непогоду примчалась?»
Непрошенная гостья путанно объяснила.
— Арсения и Раиса с бухгалтершей в больнице. Они в аварию попали. Мне срочно в райцентр нужно.
Клавдия тоже пустилась в причитание.
— Ой, мамочки, беда-то какая, Мариночка, они хоть живы?
— Тётя Клава, я ничего не знаю, хотела попросить Юрия Яновича, больше мне не к кому обратиться.
Клавдия пропустила Марину в дом.
— Конечно, Юрка не откажет, ты проходи в хату, нечего мокнуть.
Сосед сидел за столом, перед ним стояла тарелка с наваристым борщом и наполненная до краёв рюмка. Клавдия с порога крикнула.
— Юрка, не смей!
Мужчина опешил.
— Клавдия, ты меня чуть заикой не сделала. Разве можно так человека пугать?
Клавдия доходчиво объяснила мужу.
— Успеешь ещё налакаться. Слышал, беда случилась. Сосед наш разбился, в больницу нужно Маринку отвести.
Юрий Янович с тоской посмотрел на рюмку.
— Эх, раз такое дело, надо ехать.
До райцентра они добирались по той же трассе, где несколько часов назад случилась авария. Но ливень смыл почти все следы происшествия, только на обочине жутким изваянием застыла искорёженная груда металла. Голованов притормозил.
— Бог ты мой, машину в лепёшку смяло! По ходу, тем, кто находился сзади, досталось больше всего. Твой Арсений за рулём был?
Марина прошептала.
— Юрий Янович, я ничего толком не знаю, но Рыбин сказал, что за рулём был Куликов, это машина питомника, свою Сеня оставил в гараже.
Голованов был удовлетворён полным ответом. Он ещё немного повздыхал, а потом не очень уверенно произнёс:
«Даст Бог, всё обойдётся».
В приёмном покое Марине сказали, что её мужа уже оперируют. Женщина поднялась на последний этаж, где располагалась операционная и реанимация. Люди в белых халатах и масках сновали туда и обратно, но на любые попытки Марины что-то узнать о муже отвечали одинаково.
«Женщина, дождитесь, когда закончится операция. Врач вам всё расскажет».
Прошло несколько часов в томительном ожидании. Наконец к ней вышел врач.
— Вы супруга Максимова?
В голосе доктора звучала безнадежность, и Марину сотрясла дрожь.
— Да, я жена Максимова.
Что с моим мужем? Я могу его увидеть?
Врач долго, не мигая, смотрел на нее, а потом отвел взгляд в сторону.
— К сожалению, вашему мужу повезло меньше, чем его спутницам. А точнее, ему совсем не повезло. Он получил несовместимые с жизнью травмы. У сестры узнаете, где и когда можно забрать тело и выписать свидетельство.
Доктор размашистыми шагами двинулся по коридору. Марина бросилась в догонку.
— Вы не сказали, могу я увидеться с мужем? Мне бы хоть на минутку.
Врач застыл на месте.
— Я же вам ясно сказал, что вашего мужа нам не удалось спасти.
Медик продолжил свой путь по коридору, а Марина стояла в оцепенении, еще не веря в то, что услышала.
Мимо пробегали медсестры, степенно проходили больные. Некоторые пациенты передвигались на костылях, а она продолжала стоять. Только громкий окрик санитарки с тележкой заставила женщину очнуться.
— Дамочка, вы чего стоите тут? Мешаете же движению!
Марина до утра просидела в больничном коридоре, надеясь на чудо.
Но волшебства не случилось, и новость о смерти мужа подтвердилась. Женщина понимала, что нужно что-то делать, кому-то звонить, но не могла выйти из состояния оцепенения. Слез тоже не было, поскольку она ещё полностью не осознала, что произошло.
Рано утром она позвонила родителям Арсения и дрожащим голосом сообщила им страшную весть.
— Сеня разбился. Врачи не смогли его спасти. Я в больнице. Жду, когда мне выдадут свидетельство о смерти.
Смерть единственного сына подкосила родителей Арсения. Они приехали в тот же день в Дубровку, но свекрови стало плохо, поэтому пришлось вызывать ей врача.
Тяжело перенёс трагическое известие и Горюнов.
Игорь долго молчал, а потом с болью в голосе спросил:
— Как же так? Мы только позавчера созванивались, планировали вместе выходные провести.
Марина не ответила на вопрос Горюнова, она просто молчала. Игорь пообещал.
— Я сегодня же приеду, Мариночка, держись. Я понимаю, как тебе сейчас трудно, но нужно держаться.
И еще ты можешь во всем положиться на меня, ведь мы с Сенькой всегда были как братья.
Голос Игоря дрогнул, и он тут же отключился. Горюнов не спрашивал, как обычно бывает в подобных случаях, чем помочь. Короткой фразой он просто обозначил, что должен быть рядом с другом в скорбный час.
Трагическая гибель молодого владельца-питомника потрясла всю округу.
К дому Максимовых нескончаемой вереницей шли соседи и сотрудники питомника, все желали выразить слова соболезнования вдове и близким покойного. Марина держалась с трудом, а Игорь не отходил от неё. Он боялся, что молодую вдову постигнет та же участь, что и мать покойного друга. Вместе с отцом Арсения, Ильей Романовичем, Горюнов занялся организацией похорон, а после траурной церемонии он остался еще на несколько дней, чтобы поддержать осиротевшую семью.
Тяжелее всех перенес потерю отца Макар. Парень старался держаться, но его выдавали наполненные слезами глаза. На кладбище он вместе с матерью и другом отца долго стоял возле свежего холмика. Потом срывающимся от волнения голосом мальчик спросил:
— Дядя Игорь, а вы будете к нам приезжать?
Этого вопроса взрослые не ожидали.
Марина с мольбой посмотрела на Горюнова, а тот постарался улыбнуться.
— Я обязательно буду вас навещать, если твоя мама не против.
Вдова поспешно заверила.
— Я буду только рада видеть тебя. Можешь в любое удобное для тебя время приезжать.
Горюнов задумчиво произнес.
«Ну вот, Сеня, мы с твоей супругой нашли, наконец, общий язык. Недаром в народе говорят, что горе сближает людей».
Марина ничего не сказала, но впервые подумала об Игоре с симпатией. Ещё от бабушки Инны, которая, по сути, и вырастила её, Марина слышала, что только после смерти человека близкие начинают ощущать всю глубину потери.
Несмотря на ссоры и недопонимания, Арсений был в её жизни центром притяжения. Он защищал их сыном и обеспечивал всем необходимым. Арсений был надёжным и всегда сдерживал свои обещания. Марина не знала, как ей жить без любимого мужа, как одной управляться с питомником.
Первые несколько месяцев после похорон были самым сложным периодом в жизни молодой женщины. Единственным утешением являлись посещения Игоря. Грюнов обычно приезжал по пятницам, а в воскресенье возвращался в лесничество.
На время отъезда его замещал молодой помощник. Макар не мог дождаться пятницы.
— Мам, а дядя Игорь точно приедет?
— Приедет. Ты же знаешь, что он всегда сдерживает свои обещания.
Макар тоскливо вздыхал.
— Как папа! Я всё никак не могу привыкнуть, что папы нет. Кажется, что он просто ушёл по делам и скоро вернётся. Хорошо, что хоть дядя Игорь к нам приезжает.
Привязанность сына к другу покойного супруга не пугала Марину. Напротив, в том, что между сыном и Горюновым становились очень близкие отношения, она видела нечто символическое.
У Макара сейчас сложный возраст, ему нужен хороший друг и советчик, и только Игорь способен справиться с этой непростой миссией. Нет, она не собиралась перекладывать на чужие плечи груз своих проблем, просто в Игоре она, наконец, увидела то, чего не замечала раньше.
Вместе с тем стали появляться серьезные проблемы в работе питомника, а помощник мужа не мог осилить возникшие трудности.
И однажды Марина приняла решение, которое, по ее мнению, должно было спасти семейный бизнес.
продолжение