Предложила хитроумная дочь матери.
— Вот надорвётся там мой Макарчик, потом приедет сюда, будет ещё сам тащить всю эту стройку, а потом эта Оксана — возьмёт и разведётся с моим сыночком. Вот ей и половина дома и выпадет, если не весь дом к своим рукам не приберёт! - высказывала свои опасения Изольда своей дочке.
В трубке повисла пауза — недолгая, но ощутимая. А потом заговорила Светлана — спокойно, рассудительно, с той особой интонацией, какой всегда говорила, когда что‑то замышляла:
— Всё может быть, мама. Вот моего Антона ты знаешь — он у меня муж надёжный, да уже пять лет вместе живём. А тут — полгода, и уже на заработки мужа отправила…
Изольда хотела что‑то возразить, но дочь продолжила:
— Мам, а ты не думала домик‑то Макара продать?
— Как продать‑то, дочка? — опешила Изольда. — Ведь это Макара дом. Он на свои деньги и участок покупал, и дом строил…
— Мам, брось ты с этой своей моралью, — перебила Светлана.
— Вот смотри: земля на тебе, разрешение на строительство тоже на тебя выдано.
- Оформляешь строение на себя — и продаёшь к чертям собачьим и землю, и сам дом. Зато этой Оксанке ничего не достанется, да и Макар вряд ли решится повторить свою авантюру с этой стройкой!
Предыдущая глава тут:
Начало рассказа тут:
Изольда замерла. В голове её закрутились мысли — одна за другой. Она представила: вот дом продан, деньги на руках, Макар возвращается с заработков, а участок с домом продан.
Нет больше этой вечной гонки за недостижимым идеалом, нет долгов, нет риска…
— Постой, постой… — медленно проговорила Изольда. — Так это что получается — я одним действием сразу двух зайцев уложу? И стройку Макара прикрою, и сына с Оксаной разведу?!
— Точно! — подхватила Светлана. — А ещё избавишься от головной боли. Думаешь, легко ему будет всё это тянуть? А тут — раз, и вопрос закрыт.
Но в душе всё ещё шевелилось сомнение.
— Только вот время нынче нестабильное… Вот продам я его дом, а деньги за год обесценятся. И что тогда делать?
— Да не обесценятся, мам! — уверенно ответила Света.
— Мы с Антоном давно уже на соседнюю новостройку облизываемся. Там такие квартиры — бизнес‑класс, уже с ремонтом, с панорамными окнами, с превосходной шумоизоляцией — просто класс!
Голос Светланы зазвучал воодушевлённо, почти мечтательно:
— Я вообще, мам, давно тебе хотела предложить переехать к нам в Саратов. И с внуками чаще будешь видеться, да и город у нас хороший!
- Вот у меня какое к тебе деловое предложение: продавай Макаркин дом, свою трёшку в панельном доме, а все вырученные деньги мы вложим — чтобы не пропали — в премиальную квартиру.
А сама будешь в нашей однушке жить. Она у нас с ремонтом, да и больше тебе одной площади и не надо!
***
Изольда молча смотрела в окно. За стеклом неспешно опускались на землю первые снежинки — робкие, едва заметные, будто не решались всерьёз заявить о приходе зимы. А в голове крутились воспоминания, яркие, как кадры старого фильма.
Вот Макар — ещё мальчишка лет десяти — бежит по двору с самодельным самолётиком в руках. Ветер треплет его волосы, глаза горят восторгом: «Мам, смотри, как он летит! Я сам сделал!»
Вот он, уже повзрослевший, стоит на участке, где только‑только залили первый фундамент. Гордо проводит рукой по ровной бетонной кромке: «Видишь, мам? Это начало. Через год тут будет дом».
А вот они с Оксаной — счастливые, усталые после целого дня работы — стоят на фоне недостроенных стен. Оксана смеётся, отряхивая пыль с джинсов, а Макар обнимает её, смотрит с такой нежностью, что сердце сжимается от непривычного чувства: сын вырос, у него своя жизнь, свои мечты…
— Ну даже не знаю… — тихо произнесла Изольда, словно разговаривая сама с собой. — А Макар что скажет? Он же будет не в восторге от такой новости. Он же после этого разговаривать со мной откажется…
В трубке повисла пауза. Светлана молчала недолго — ровно столько, чтобы мать успела погрузиться в сомнения, а потом заговорила — мягче, но с той самой настойчивой интонацией, какой всегда говорила, когда хотела добиться своего:
— Ну уж ты выбирай, мам. Либо счастье сына, либо… непонятная горестная судьба ему уготована с этой мутной Оксаной и стройкой до конца жизни.
- Уверена, мама, что Макар со временем осознает, что был не прав. А деньги к тому времени мы с Антоном Макару с процентами вернём — только при условии, что он будет покупать исключительно квартиру, без каких‑либо строек! Как план?
Изольда закрыла глаза. Перед внутренним взором снова возник образ сына — не того, что стоял на стройплощадке с сияющими глазами, а другого: усталого, замёрзшего, с покрасневшими от холода руками, в тяжёлой рабочей одежде, посреди снежной пустыни Севера.
И тут же — картина противоположная: Макар в уютной квартире, с женой, может, уже и с ребёнком… без вечной гонки за недостижимым идеалом, без долгов, без риска.
Дом. Это же не просто стены. Это ответственность. Это бесконечные траты. Это риск — вдруг не хватит денег, вдруг что‑то пойдёт не так, вдруг…
А квартира — это надёжно. Это удобно. Это безопасно.
Изольда глубоко вздохнула, пытаясь унять внутреннюю борьбу. Где‑то в глубине души ещё сопротивлялось материнское сердце — то самое, что всегда чувствовало сына лучше любых доводов разума. Но слова Светланы звучали так убедительно, так… логично.
— Ты права, дочка, — наконец выдохнула Изольда. Голос её изменился — в нём больше не было колебаний, только холодная, почти пугающая решимость. — Такой шанс упускать нельзя. Пока Макар на заработках и этой Оксаны нет рядом, провернём нашу «аферу»!
Она положила трубку, но ещё долго сидела неподвижно, глядя на тающие в воздухе снежинки. В голове уже складывался план: документы, оценки, объявления, переговоры. Всё должно быть чётко, без ошибок.
«Это для его же блага», — мысленно повторила она, пытаясь убедить себя. — «Он поймёт. Потом. Когда всё будет позади».
Но где‑то глубоко, под слоем рациональных аргументов, всё же шевелилось нехорошее предчувствие — будто она стояла на краю пропасти и собиралась сделать шаг в неизвестность.
***
На следующий день после разговора со Светланой Изольда Викторовна проснулась с непривычной для неё холодной решимостью. Сон не шёл — перед глазами то и дело всплывали образы: Макар, гордо показывающий залитый фундамент, Оксана с сияющими глазами, планы, мечты… Но тут же — квартира в новостройке, безопасность, уверенность в завтрашнем дне.
«Для его же блага», — повторила она про себя как заклинание и взялась за дело.
Первый шаг: фото и видео
Светлана позвонила матери рано утром — бодрая, деловитая:
— Мам, сегодня же съезди на участок. Сделай максимум фото — и общего плана, и деталей. И обязательно запиши видео, чтобы обзор был полный: фасад, боковые стены, фундамент, вид изнутри. Покупатели любят, когда всё подробно.
Изольда молча кивнула, хотя внутри всё сжималось. Она не была уверена, что сможет спокойно ходить по участку, где каждый сантиметр пропитан мечтами сына. Но отступать уже поздно.
В полдень Изольда Викторовна приехала на стройку. Ветер гулял между недостроенными стенами, скрипели незакреплённые доски.
Изольда достала телефон, навела камеру… и замерла. Вот место, где Макар с Оксаной пили чай после работы. Вот угол, где они планировали поставить окно в гостиную. Вот следы от инструментов на бетоне — следы их труда, их надежды.
Она заставила себя сделать снимки — десятки кадров, методично, без эмоций. Потом включила видео: медленно повела камеру по периметру, стараясь не пропускать ни одной детали. Голос дрогнул лишь раз — когда в кадре оказалась недостроенная беседка. «Тут они хотели повесить качели», — мелькнуло в голове, но она тут же одёрнула себя: «Не время».
Оформление документов
Следующие несколько дней Изольда провела в беготне по инстанциям. Она давно знала, что все документы на участок оформлены на неё — тогда, в самом начале, она настояла, чтобы Макар записал землю на её имя «для надёжности». Теперь это играло ей на руку.
Она, словно робот, выполняла по цепочке список обязательных действий:
- заказала технический паспорт на строение;
- собрала выписки из ЕГРН;
- уточнила границы участка;
- подала заявление на оформление дома по всем правилам.
Каждый визит в МФЦ, каждый подписанный документ будто отрезал ещё один кусочек от прежней жизни. Но Изольда гнала эти мысли прочь. «Это ради Макара», — повторяла она, как мантру.
Объявление и первые отклики
Светлана тем временем не теряла времени. Как только Изольда передала ей фото и видео, дочь тут же выложила объявление о продаже дома на популярные доски объявлений. Заголовок был броским:
«Участок 10 соток + недостроенный дом. Перспективное место, коммуникации подведены. Отличный вариант для стройки под ключ!»
Параллельно Светлана разместила объявление и о продаже трёхкомнатной квартиры Изольды.
Уже к вечеру матери начали звонить потенциальные покупатели.
— Ну всё, мам, поздравляю тебя! — радостно сообщила Светлана по телефону.
— Объявление создано, звонки идут. Смотри не продешеви: у нас квартира в элитной новостройке — дорогое удовольствие!
Антон, муж Оксаны, стоявший рядом с женой, одобрительно кивнул:
— Главное — скорость. Пока Макар на Севере, надо всё закрыть.
Продажа квартиры: быстрый успех
С квартирой повезло — уже на следующий день нашёлся заинтересованный покупатель. Мужчина, переехавший в город по работе, искал жильё в этом районе и сразу оценил преимущества трехкомнатной квартиры женщины: хороший этаж; ремонт; развитая инфраструктура вокруг.
После короткого торга стороны сошлись на цене. Изольда, хоть и чувствовала неловкость, согласилась на условие покупателя:
— Мне нужен месяц после подписания договора, чтобы решить вопрос с другим объектом — недостроенным домом сына.
Покупатель, человек деловой, кивнул:
— Понимаю. Месяц — нормально. Но прошу не затягивать и сроки передачи недвижимости и Вашей выписки закрепим в договоре, иначе...
-Да-да, месяца достаточно! Включайте данный пункт в договор купли-продажи! - торопливо проговорила Изольда, чтобы не спугнуть покупателя.
Договор о продаже квартиры подписали через неделю. На руках у Изольды оказались деньги
Дом: упорное сопротивление
А вот с домом сына всё шло не так гладко. Несмотря на подробные фото, видео и даже виртуальные туры, которые Светлана добавила в объявление, покупатели колебались. Кто‑то приходил на осмотр, охал, ахал, но в итоге отказывался:
— Слишком много работы предстоит. Стены есть, а окон нет, дверей нет…
— А фундамент надёжный? А вдруг трещины пойдут?
— Да и место… далеко от центра.
Изольда наблюдала за этими переговорами со смешанным чувством. Где‑то в глубине души она почти надеялась, что дом не продастся — что это знак, что она делает что‑то не то. Но Светлана не давала ей расслабиться:
— Не переживай, мам. Найдётся покупатель. Может, застройщик возьмёт под ключ — они любят такие объекты.
Но дни шли, а дом по‑прежнему стоял — молчаливый, недостроенный, будто ждал возвращения хозяев.
****
Вечер выдался тяжёлым. Макар вернулся с вахты уставшим — смена была длинной, мороз пробирал до костей. Он едва успел снять рабочую одежду, как Оксана подошла к нему, держа в руках телефон с открытым объявлением.
— Макар, совсем ничего не понимаю… Вот посмотри, это же точь‑в‑точь наш дом продают! Мне случайно объявление выскочило на доске объявлений!
Макар нахмурился, взял телефон. На экране — знакомые до боли очертания: недостроенный дом, участок, даже угол съёмки был тем самым, откуда он сам когда‑то делал фото для семейного альбома. Он полистал фото, вчитался в описание, потом посмотрел адрес… и кровь отхлынула от лица.
— Так это же… мама решила наш дом продать?! — прошептал он.
— Она всегда была против моей инициативы с домом, вот, похоже, совсем сбрендила на старости лет! Точно, тут и контакты продавца есть — Изольда Викторовна! Уж точно на наш провинциальный город двух Изольд Викторовн с одинаковыми домами не водится.
Он сжал телефон в руке, чувствуя, как внутри закипает ярость.
— Ну сейчас я матери позвоню, я ей сейчас всё выскажу! Ишь чего удумала?! — Макар резко поднялся, начал искать свой телефон.
— Подожди, Макар, — Оксана мягко, но твёрдо взяла его за руку. — Давай обдумаем всё хорошо, прежде чем звонить.
Продолжение уже на канале. Ссылка ниже ⬇️
Ставьте 👍Также, чтобы не пропустить выход новых публикаций, вы можете отслеживать новые статьи либо в канале в Телеграмме, https://t.me/samostroishik, либо в Максе: https://max.ru/samostroishik
Продолжение тут: