— Смотри, бабушка, какой тренд! — внучка, с восторгом протянула планшет пожилой женщине. На экране были знаменитости в стильных пальто и с шерстяными платками, изящно повязанных на головах. — Снова в моде! Называется «бабушкин шик».
Анастасия Петровна внимательно посмотрела на яркие картинки и тихо рассмеялась.
— «Шик»... У нас, милая, это не шиком было, а жизнью. Зимой без платка — как без рук. Не то что на моду смотрели, а выживали. Со временем все меняется…
Катя присела рядом, чувствуя, что сейчас услышит нечто большее, чем краткая модная справка.
— Как он спасал-то? — продолжила бабушка, глядя в окно на метель. — Представь, мороз под сорок, ветер, что ножом режет. Шапка? Она уши-то прикроет, а шея, затылок? А платок — он как кокон.
Его особым образом складывали, повязывали — и ни один лукавый ветерок под него не просочится. Всю голову, уши, шею закрываешь, концы крест-накрест на груди завяжешь под шубой — и тепло.
Ни сквозняк не возьмет, ни простуда. Это тебе не каприз, а защита настоящая.
Анастасия Петровна подошла к шкафу. Открыла его и достала свой платок. Она поднесла его к лицу , а её пальцы, помнящие другой ритм жизни, нежно провели по шерсти.
— А еще это была грамота, которую все читали, — в её глазах блеснула усмешка. — По платку можно было о женщине всё узнать. Девушка могла косу на показ носить, а замужняя — обязана была голову покрывать. Это был символ скромности, целомудрия. Словно говорил: «Я под защитой своего мужа, мои мысли и красота — только для семьи».
Дорогой, с кистями платок — значит, из зажиточной семьи. Скромный, ситцевый — простая труженица. Это сейчас вы по сумкам статус определяете, а мы — по платочкам.
Катя, завороженная, слушала. Её учебники по истории моды молчали об этом.
— А в кино, бабушка, это показано?
— Ещё как! — оживилась старушка. — Помнишь «Девчат»? Моя любимая Анфиса, которую Светлана Дружинина играла?
Бежит она на свидание, вся из себя бой-девка, а на голову накидывает платок — чисто от ветра, не думая. А получается — вся её удаль и женственность в этом жесте!
А в «Тихом Доне»? Аксинья зимой... Идет по степи, вьюга воет, а платок её — единственная защита и от стужи, и от людской молвы. В нём и горе, и сила, и покорность судьбе. Это вам не для красоты повязывали.
Она перевела взгляд на планшет.
— А сейчас... Сейчас красиво. Я не спорю. Но другое. Для вас это — аксессуар, часть образа. А для нас... Это была вторая кожа, часть души. Он и от холода спасал, и слезы утирал, и ребенка в колыбельке им укрывали.
Он историю в себе носил. Моя мама рассказывала, как в войну платок был самым ценным, что можно было передать дочери. В нем и молитва была, и труд, и любовь.
Катя молчала. Теперь она видела в этих ярких платках на экране не просто «винтаж». Она видела в них тепло русской печи, стойкость женщин, гулкую тишину заснеженных полей и мудрость, которую не выразить словами.
— Бабушка, а ты научишь меня?... Как правильно его повязывать? Не для «шика», а по-настоящему. Чтобы и тепло было, и память. Тогда много работали летом, осенью и зимой, и весной, волосы убирали под платок, чтобы не мешали.
Анастасия Петровна улыбнулась, и в её улыбке была вся связь времен.
— Конечно, научу, родная. Подвинься ближе. Смотри... Сначала складываем его уголком... Так и учили …
И, беря в руки шерстяной квадрат, она поняла, что мода, сама того не ведая, пишет историю по спирали, и вот он, бумеранг памяти, возвращает в наш дом и грустные и самые тёплые воспоминания.
И это тепло — живое. Оно струится по ниточкам, связывающим поколения.
А какие истории согревают вас? Что рассказывали вам ваши мамы и бабушки, во что заворачивали ваше детство, словно в самый надёжный и мягкий платок? Поделитесь — давайте вместе потрогаем эту память руками.
С любовью, ваш автор!