Есть два параллельных мира, в которых мы все живем одновременно. Первый — это мир Закона. Он прописан в кодексах, инструкциях и правилах. В нем есть логика, процедуры и, по крайней мере в теории, презумпция невиновности. Это светлый, понятный мир, где дважды два всегда четыре.
А есть второй мир. Мир «поступившей информации». Он существует в виде справок без исходящих номеров, рапортов в папках с пометкой «для служебного пользования» и устных распоряжений. В этом мире нет логики, нет правил, а вместо презумпции невиновности царит презумпция подозрительности. Это теневой мир, где дважды два может равняться чему угодно — в зависимости от того, кто считает.
И самое страшное случается, когда эти два мира пересекаются. Когда теневой мир вдруг врывается в светлый и отменяет все его законы. Именно в такой точке пересечения оказался обычный владелец оружия, назовем его Виктор, и эта история — не выдумка, а сухой, документальный протокол крушения здравого смысла.
Проверка, которая казалась пустяком
Давайте представим себе эту сцену. Обычный день, обычный дом. У Виктора, как у многих мужчин его поколения, есть свое увлечение — оружие. Не арсенал Рэмбо, а понятный и законный набор: гладкоствольное охотничье ружье ИЖ-17 16-го калибра и травматический пистолет МР-80-13Т для самообороны. Все документы в идеальном порядке, разрешения продлеваются годами, ни единого нарекания.
Раздается звонок в дверь. На пороге — инспектор из лицензионно-разрешительного отдела. Плановая проверка условий хранения. Процедура знакомая и, в общем-то, рутинная. Виктор, как человек законопослушный, без всяких задних мыслей впускает представителя власти.
«Показывайте, где храним», — говорит инспектор.
Виктор открывает сейф. Вот ружье, вот пистолет, все в чистоте и порядке.
Инспектор обходит сейф, похлопывает по нему, пробует сдвинуть с места и с видом знатока произносит: «А ящик-то у тебя, хозяин, к стене не прикручен. Непорядок».
У Виктора, должно быть, в этот момент промелькнула досадливая мысль: «Вот же, докопался...». Но инспектор тут же сменил тон со строгого на отеческий, по-свойски так: «Слушай, не переживай. Давай сделаем по-человечески. Я сейчас оружие временно изымаю, чтобы формальность соблюсти. Ты за пару часов сейф прикрутишь, как положено, и сразу приходи ко мне, заберешь свои стволы. Делов-то».
Понимаете, в чем ловушка? Ему предложили решить вопрос «по-простому», без протоколов, без волокиты. И Виктор, как любой нормальный человек, который доверяет людям в погонах, согласился. Зачем усложнять? Он же не злостный нарушитель. Он просто упустил деталь. Он пожал плечами, отдал оружие и, как только инспектор ушел, взялся за дрель. Через час сейф стоял прикрученный к стене намертво. Сделав дело, Виктор стал ждать звонка.
Дорога в один конец: от штрафа до «черной метки»
Но телефон молчал. Зато через некоторое время почтальон принес официальное постановление. За тот самый неприкрученный сейф на Виктора был наложен административный штраф — 500 рублей по части 4 статьи 20.8 КоАП РФ. Неприятно, конечно. Обещали ведь «по-человечески». Но сумма не смертельная. Виктор пошел и оплатил штраф, решив, что на этом инцидент исчерпан.
Он ошибался. Это было только начало. Оружие ему так и не вернули. А еще через пару месяцев он получил письмо, от содержания которого, я уверен, у него похолодело внутри. В документе говорилось, что его лицензии на хранение и ношение оружия аннулированы. Основание? Он, Виктор, оказывается, «создает опасность для прав и свобод граждан, а также представляет угрозу государственной и общественной безопасности».
Давайте остановимся и осмыслим эту фразу. Человека, чья единственная доказанная вина — это четыре дырки от анкерных болтов, которых не было в стене, по сути, приравняли к категории особо опасных элементов. Одним росчерком пера его перевели из категории обычных граждан в касту «особо неблагонадежных». Тех, на кого у системы есть «свои виды».
Это как если бы за насморк человека пожизненно помещали в инфекционный изолятор строгого режима. Не потому, что он действительно опасен, а потому, что «есть информация», что его чих может вызвать ураган на другом конце света. Бред? Да. Но это наша реальность, заверенная печатью.
Виктор, естественно, пошел искать правду в суде. И первая инстанция, Новоалександровский районный суд Ставропольского края, эту правду нашел. Судья задал Росгвардии простой вопрос: «На основании какого документа вы сделали столь серьезные выводы?». Представители ведомства показали бумагу. Это было не официальное, мотивированное «Заключение», как того прямо требует статья 13 Федерального закона «Об оружии». Это было «информационное письмо» из местного отдела полиции.
Вдумайтесь в разницу. «Заключение» — это итог проверки, официальный вердикт. А «информация» — это, по сути, служебная записка. Что в ней? Кто её автор? Какие факты она содержит? Этого никто не знал. Тайна.
Районный суд рассудил здраво: закон требует конкретный документ — «заключение». Представленная бумага таковой не является. Следовательно, аннулирование лицензии незаконно. Виктору постановили вернуть его права. Казалось бы, победа! Но система так просто не сдается.
Апелляция: где здравый смысл не ночевал
Росгвардия подала апелляцию в Ставропольский краевой суд. И вот там началось то, что иначе как юридической эквилибристикой не назовешь. Логика судей апелляционной инстанции заслуживает отдельного разбора.
Аргумент первый, «формальный»: «А где в законе прописана точная форма этого «заключения»? Нигде. А раз так, то любая бумага, где есть подпись и дата, может считаться заключением. И вообще, не ваше дело вникать в суть».
Аргумент второй, «корпоративный»: «Росгвардия не уполномочена проверять информацию, поступившую из МВД. Мы ведомства-партнеры. Если коллеги из полиции написали, что гражданин опасен, значит, так оно и есть. Наше дело — взять под козырек и исполнить».
Вот так, двумя простыми тезисами, краевой суд отменил решение районного и узаконил произвол. Он создал опаснейший прецедент: отныне для того, чтобы лишить человека фундаментального права, не нужны доказательства. Достаточно секретной «информации», которую никто не видел, которую нельзя проверить и невозможно оспорить.
Ваши права, записанные в Конституции, заканчиваются там, где начинается безымянная папка на столе у майора.
Я уже писал об этом деле у себя в Telegram-канале, потому что эмоции требовали выхода, а формат «Дзена» не всегда позволяет говорить максимально прямо. Там я и выложил для всех желающих полный текст этого апелляционного определения. Если хотите своими глазами увидеть, как бюрократический язык убивает логику и право, загляните ✈️. Там мы можем обсуждать такие вещи без обиняков.
Театр абсурда или новая норма?
Эта история — не частный случай и не ошибка. Это симптом. Симптом того, как теневой мир «понятий» и «информации» поглощает светлый мир Закона. Сегодня это коснулось владельца оружия, которого по щелчку пальцев лишили его собственности и увлечения. А кто будет следующим? Водитель, которого лишат прав на основании «информации» о его «агрессивном стиле вождения»? Предприниматель, которому откажут в лицензии, потому что «есть сведения» о его неблагонадежности?
И вот главный урок, который мы должны извлечь.
- Протокол — это ваша единственная броня. Никогда, ни при каких обстоятельствах не соглашайтесь на решение вопросов «по-человечески» с представителем власти. Любое его действие должно быть запротоколировано. Если бы Виктор в самом начале потребовал составить протокол изъятия, где черным по белому было бы написано: «Причина — не прикручен сейф», то вся дальнейшая история с «угрозой нации» развалилась бы, не начавшись. Правильный ответ на предложение «давай по-простому» должен быть один: «Давайте по закону. Вот бумага, вот ручка, пишите».
- Процедура — слабое место любой системы. Чиновники и бюрократы обожают создавать сложные инструкции, но ненавидят их соблюдать. В этом их уязвимость. Боритесь не только за суть дела, но и за каждую букву процедуры. Не тот документ, не та форма, не соблюден срок — все это ваши козыри в суде. Именно за это и зацепился грамотный районный судья. Цепляйтесь за процедуру, и у вас появится шанс.
И прежде, чем поставить точку, я хочу искренне поблагодарить тех из вас, кто поддерживает мой блог. Ваши комментарии, лайки и, что уж греха таить, финансовая помощь — это тот самый ресурс, который позволяет мне часами сидеть в архивах судебных решений, выискивая вот такие истории. Это кропотливый и честный труд — превратить сухой канцелярит в живой рассказ с полезным уроком. В эпоху, когда интернет завален статьями, написанными роботами ради трафика, мне кажется, такая работа имеет особую ценность. И если вы считаете так же, и хотите, чтобы этот костер горел и дальше, — вы знаете, что делать.
А Виктору и тысячам других, попавших в похожие жернова, можно лишь посочувствовать. Он играл по правилам в игре, где у крупье всегда есть право передернуть карту.
Так что, друзья, прикручивайте сейфы. Но куда важнее — намертво прикручивайте к своей жизни знание своих прав. Потому что, как показывает практика, открутить их пытаются гораздо чаще.
Источник: Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 21.10.2025 N 33а-1638/2025 (УИД 26RS0025-01-2025-001013-79). Имена и некоторые детали могут быть изменены.
👍 Понравилась статья? Поставьте лайк и поделитесь с друзьями, особенно с теми, кто владеет оружием.
💬 Есть что сказать? Переходите в комментарии. Что думаете об этой ситуации? Сталкивались с подобным?
✒️ Хотите еще таких историй? Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые разборы.
💰 Считаете эту работу важной? Поддержите автора рублем, это лучшая мотивация для поиска новых дел.
⚖️ Нужна помощь? Если у вас сложная юридическая ситуация, пишите, попробуем разобраться.