Жизнь и закон | Юрист Михаил Яковлев

Русский человек искренне верит: если перед тем, как набедокурить, замотать лицо шарфом или скрутить номера с машины, то ты автоматически надеваешь на себя шапку-невидимку. Все, я в домике! Меня здесь нет, и никакой участковый меня не найдет. Вот только на дворе давно не благословенные аналоговые девяностые, когда после ДТП можно было юркнуть в лабиринты гаражного кооператива, закрыть железные ворота на амбарный замок и раствориться в истории навсегда. Сейчас мы живем в мире, где цифровой глаз смотрит на нас даже тогда, когда мы думаем, что вокруг глухой лес...

— Котик, я хочу, чтобы джакузи стояло прямо тут, посреди гостиной! Буду пить шампанское и смотреть на закат. А эту уродливую бетонную трубу в спальне мы снесем, она мешает моей гардеробной! — щебетала 20-летняя Снежана, наматывая на палец светлый локон. — Любой каприз для моей девочки, — масляно улыбнулся 50-летний Игорь, поглаживая внушительный живот. — Сносим всё к чертовой матери! Я плачу. Если бы солидный бизнесмен Игорь знал, во что ему обойдется эта дизайнерская фантазия, он бы бежал от Снежаны пешком до самой китайской границы...

Вся эта история с кредитами по СМС — это какой-то узаконенный сюрреализм нашего времени. Кто вообще придумал эту муть, что серьезные финансовые обязательства можно вешать на человека путем ввода четырех цифр из сообщения? Раньше, чтобы взять рубль до зарплаты, мы шли к соседу, смотрели ему в глаза, обещали отдать с получки. Мужской договор, слово чести. В девяностые, если ты брал в долг, ты понимал всю глубину ответственности своим имуществом и здоровьем. А чтобы взять кредит в банке, нужно было...

Самое дорогое удовольствие в нашей стране — это не черная икра, не элитный коньяк и даже не покупка нового китайского внедорожника. Это наше родное, непробиваемое мужицкое «авось», щедро приправленное любовью к бесплатной добыче. Лезешь в воду за халявной рыбкой, предвкушая вкусный ужин под сто грамм, а выныриваешь с таким долгом, за который в суровые 90-е могли и гараж отобрать. Вы думаете, времена поменялись? Времена-то поменялись, а вот люди — ни на грамм. Только теперь вместо братков с утюгами к вам приходит судебный пристав с исполнительным листом...

Покупать сегодня новую машину — это как играть с наперсточниками на Казанском вокзале где-нибудь в суровом девяносто пятом году. Только тогда перед тобой стоял ушлый тип в спортивном костюме «Адидас» с бегающим взглядом, а сегодня — причесанный мальчик в белой рубашке и с бейджиком «Ведущий специалист по продажам». Суть, братцы мои, не поменялась ни на йоту. Кручу-верчу, запутать хочу. И самое сладкое, самое гипнотическое слово в их мышеловке — это «Скидка!». Вспомните, как мы покупали машины раньше, в нашей нормальной, «аналоговой» жизни...

Люблю я нашу систему. Вот честно, иногда кажется, что главная задача государственной машины — это не жизнь людям облегчить, а придумать такой хитровыдуманный квест, чтобы ты на ровном месте почувствовал себя без вины виноватым. Стоишь перед человеком в погонах или мантии, хлопаешь глазами и понимаешь: здравый смысл покинул это помещение еще во времена царя Гороха. Зато бумажка — во главе угла. Сегодня я расскажу вам историю одного мужика, который не захотел мириться с откровенным бредом. Историю...

— Верни мою фамилию, нищебродка! — багровел бизнесмен Валерий, с размаху швыряя на стол ключи от «Мерседеса». Звон металла потонул в тишине дорогого ресторана. — Чтобы к пятнице вымарала ее из паспорта! Ты больше не Золотова, поняла? Ты обычная дворняжка! Елена молча отпила остывший капучино, аккуратно поставила чашку на блюдце и посмотрела на брызжущего слюной бывшего мужа с легкой, почти материнской жалостью. Если бы Валера знал, какой холодный душ приготовил ему закон, он бы поберег свои голосовые связки...

— Можешь забирать мои старые носки, Олежек, больше у меня ничего нет! — Вадим вальяжно развалился в кожаном кресле, со смаком стряхивая пепел от сигареты прямо на дорогой паркет. — По документам я гол как сокол. Так что сворачивай свои бумажки и гуляй. Ищи ветра в поле! Олег стоял посреди шикарной гостиной, до хруста в костяшках сжимая в кармане куртки исполнительный лист на пятнадцать миллионов рублей. За неделю до этого разговора Вадик тайком сбегал с молодой женой к нотариусу и технично переписал на неё две элитные квартиры, новенький «Ленд Крузер» и загородную фазенду...

— Инесса Эдуардовна, а зачем вы замок повернули? — тридцатилетний логист Антон нервно дернул ручку дубовой двери. — Антоша, ну какие накладные в половину девятого вечера? — владелица крупной торговой базы томно оперлась на столешницу. Верхняя пуговица ее шелковой блузки была расстегнута, а в воздухе густо повис тяжелый шлейф дорогих сладких духов. — Скучно же. Сбрось напряжение. Давай выпьем коньяку. У меня к тебе… особые, стратегические поручения. Антон, примерный семьянин, у которого в голове пульсировали мысли о жене, стынущем ужине и невыплаченной ипотеке, сглотнул...

— Ты думала, я совсем олень?! — Игорь швырнул разблокированный смартфон на кухонный стол так, что жалобно звякнули фарфоровые чашки. Экран предательски светился перепиской, от которой у любого нормального мужика потемнело бы в глазах. — Чей это ребенок, Марина?! Завтра же подаю на развод! Выметайся из моей квартиры! Марина, демонстративно поглаживая заметно округлившийся живот, даже не дрогнула. Она медленно отпила остывший чай, смерила багрового мужа ледяным взглядом и с легкой усмешкой процедила: — А вот фигушки тебе, Игорек...