Повозка катила вперед. Из окна хмурого серого неба Азграна было почти не видно. Чтобы разглядеть его я запрокинула голову и прижалась щекой к плечу. Тучи так и толпились над городом, сбившись в кучу, как стадо баранов. Мимо нас проплывали конусы деревьев, высаженных вдоль дороги, ведущей к храму. После Долины всё здесь казалось необычным. И зеленые изгороди, и каменные особняки, и внезапно вырастающие вдоль дороги скалистые стены, уходящие вверх. Я ловила себя на мысли: всё это похоже на сон, и то, что я вижу – нереально, и происходит не со мной. Казалось, что скоро наступит рассвет, мама разбудит меня легким касанием руки, проснутся сёстры и потребуют завтрака. Что горячий луч солнца упадёт на лицо, заставив зажмуриться. Что полдня я буду переписывать старые книги на древнем языке в башне мастера Ги, а потом вернусь домой сидеть с сестрами и готовить ужин. Что ночью буду слушать, как поёт сверчок, а когда он замолчит, подойду к окну, где меня будет ждать Ромео.
Сердце кольнуло. «Если он любит меня, то почему не хочет быть со мной? Разве любовь не должна преодолевать все преграды, указывать путь во тьме, как светлячок?»
Наверное, я и впрямь задремала, потому что, когда повозка резко дернулась, чуть не повалилась на мастера Торна, лишь в последний момент успев схватиться за ручку.
Я бросила взгляд в окно. Кованные грифоны смотрели на меня с ворот укоризненно.
Иль выскочил из повозки первым, подал мне руку. Я уже ступила на приступку, когда услышала хлопки. Ворота начали открываться. Навстречу нам шла Руна. Её светлые кудри задорно пружинили от каждого шага, контрастируя с недовольным выражением на лице.
- Как ни посмотрю, вас никогда нет в библиотеке. Я знала, что люди быстро забывают своё место, но вы сумели сделать это с первого же дня! Хочу напомнить, что вас вызвали для того, чтобы работать с древними языками. А не чтобы кататься со следователем Дарреном в повозке и покупать обновки, - она ткнула пальцем в мой плащ, - за счёт мастера Торна. Нам посторонние не нужны!
Я почувствовала, как меня подтолкнули сзади, и спустилась с приступки.
Лицо Руны вытянулось.
- Учитель! Я не знала, что вы тоже здесь.
Мастер Торн спустился, повозка тут же подпрыгнула вверх, словно вздохнув от того, сколько сбросила тяжести.
- Впредь решай подобные вопросы через меня, Руна. Чтобы не возникало недоразумений.
Голос его звучал беззлобно, но девушка явно чувствовала себя не в своей тарелке, так нелепо попавшись на попытке возвысить себя над новичками.
- Конечно, Учитель. Непременно, - ответила она смущённо. – Я скажу, чтобы начинали готовить ужин.
Руна покинула нас, но её упрёки всё равно остались висеть в воздухе. Тем более теперь, когда Мастер Торн изрядно потратился на наше содержание.
- Руна очень ответственная ученица, - сказал он, будто услышал мои мысли. – Не принимайте её слова на свой счёт. У неё есть свои причины для беспокойства. Отдыхайте сегодня, а завтра принимайтесь за дело.
- Она права, - возразила я. – Нам с Илем, действительно, следует заняться книгами.
***
В тишине библиотеки было слышно каждый шорох: тихое поскрипывание стульев, шелест переворачиваемых страниц. Иль сидел, сгорбившись над книгой. Его лицо было серьёзным. Оказалось даже странно видеть его таким сосредоточенным. Если бы мы не поехали в Азгран вместе, я так и считала бы его другом Иона, насмешником и разгильдяем. Кто бы мог подумать, что этот мальчишка окажется совсем не таким, каким я его привыкла видеть в Долине?
Руна, переписывающая что-то из одного длинного реестра в другой, подняла на меня глаза. Я стыдливо уткнулась в книгу. Тут же отругав себя за эту слабость, снова посмотрела на неё, дождалась, пока наши взгляды встретятся, и уставилась, не моргая, пока она не отвела глаза. Внутри потеплело. Я не собиралась терпеть её высокомерие. Да, мы приехали из Долины. Но это даже не было нашим желанием, в нас нуждались Азгран и мастер Торн. И я не собиралась позволять какой-то девчонке стыдить меня за то, что мои знания понадобились следователю, за то, что со мной захотел побеседовать верховный жрец.
Едва почувствовав вкус победы, я снова уткнулась в книгу. Пока речь в ней шла о философских вопросах, мне стоило больших трудов не задремать над открытыми страницами. Особенно сонливо стало, когда я добралась до «Трактата о единстве милосердия и безжалостности». Имя мастера, написавшего его, стерлось с обложки за давностью лет, но текст всё ещё читался: «На первый взгляд, милосердие и безжалостность представляются полными противоположностями. Однако при глубоком рассмотрении становится очевидно, что эти понятия тесно переплетены и могут являться проявлениями одной сущности».
Язык автора был таким витиеватым, что мне пришлось перечитать этот абзац заново дважды. Каждый раз я ловила себя на том, что прочла текст, но мысли мои витали где-то далеко, и я не могу пересказать, о чем только что прочитала.
«Милосердие без мудрости часто превращается в попустительство, а безжалостность, продиктованная высшими соображениями, может быть актом истинного сострадания. Врачеватель, причиняющий боль пациенту во время операции, демонстрирует кажущуюся безжалостность ради спасения жизни - это высшая форма милосердия.
Истинное милосердие требует силы быть безжалостным, когда это обусловлено обстоятельствами. Безжалостность должна быть пронизана состраданием и мудростью, чтобы не обернуться жестокостью.
Милосердие и безжалостность - не антагонисты, но инструменты в руках того, кто постиг их глубокую связь.»
Перед глазами вдруг снова встало лицо Ромео. Может, то, что я прочла и было ответом на мои вопросы? Если он действительно любит, как сказал в ту ночь, вероятно, не возвращается именно поэтому? Его связь с заговорщиками, о которых говорил жрец, почти очевидна. Может, так он бережёт меня? Бережёт от темных богов, от заговорщиков и чёрной хвори и… от себя?
Я снова вернулась к тексту.
«Таким образом, изречения мастера Кло о том, что все божества безжалостны, но в то же время все божества милосердны, не являются взаимоисключающими».
Внутри у меня всё сжалось.
В этих строках не было ничего о черной хвори, но я чувствовала, что вышла на след. Я лихорадочно перелистнула страницу, и сердце ухнуло вниз.
На обратной стороне был изображен рисунок плетения, который с ходу я не смогла разобрать. Следующий лист попросту отсутствовал. Кто-то вырвал его из книги.
Я вскочила с места и опрометью бросилась к Руне. Заметив меня, она встрепенулась.
- Ты нашла упоминание черной хвори?
- Не совсем… Но здесь сказано о божествах. О том, что они милосердны и безжалостны…
Лицо Руны мгновенно из заинтересованного стало каменным.
- Нас не интересует божественная природа. Рассуждать о божествах – прерогатива жрецов. Или ты просто ищешь повод снова прокатиться в храм со следователем Дарреном?
Я опешила. Настолько, что на мгновение потеряла дар речи.
- Но это всё может быть взаимосвязано. Смотри, здесь не хватает страницы, а ещё здесь упоминается мастер Кло. Думаю, нужно найти все его книги, потому что…
Слова застряли у меня в горле.
«Потому что Ромео говорил, что тоже когда-то читал и переписывал труды мастера Кло. А теперь он, возможно, связался не с теми людьми, я видела его сегодня у храма и есть вероятность, что он причастен к распространению черной хвори…»
Я не готова была произнести эти слова вслух и уж тем более не собиралась говорить их Руне.
- Потому что ты так решила? – переспросила она надменно.
Мы услышали, как хлопнули двери, и обернулись к выходу. За стеллажами послышались тихие шаги. Это был явно не мастер Торн.
Вошла Лилли. Она оглядела нас с любопытством.
- У вас такие лица, будто вы обе проголодались. Опять ругаетесь из-за пустяков?
По крайней мере в одном она была права. Я действительно ужасно хотела есть.
- Пойдёмте, на кухне уже накрыли стол к ужину, - позвала Лилли.
Иля дважды уговаривать не пришлось, он подскочил первым.
- Ну наконец-то, а то у меня уже буквы перед глазами расплываются.
- Я думала ты питаешься запахами книг, - засмеялась Лили. - Такой худой, по тебе не скажешь, что ты любишь поесть.
- Это распространенное заблуждение, - парировал он и направился к выходу из библиотеки.
Руна тоже поднялась из-за стола.
- Я поговорю с мастером Торном. Если он посчитает, что твоя идея имеет смысл, то мы займёмся поисками книг мастера Кло. А пока у нас и так целый стол, заваленный непрочитанными древностями.
Она ушла следом за Илем.
- Пойдём, - нетерпеливо потребовала Лилли. – А то нам ничего не достанется.
- Минутку, только вещи свои заберу. Не успела отнести наверх.
Заходите в мой ТГ канал, чтобы раньше узнавать о выходе новых глав
Я вернулась к столу, подхватила старый ученический балахон, не удержала из-за спешки, и он выпал из моих рук. Из кармана налету вывалилась записка.
Лилли первой успела подобрать её и, к моему ужасу, прочла, что там было написано.
Моё сердце застучало быстрее.
- Что это, Майя? Ничего не хочешь рассказать?