Она стояла перед зеркалом, рассматривая себя. Тонкие пальцы пробежали по каштановым волосам, пытаясь уложить непослушную прядь. Серые глаза казались глубже обычного — два омута, полных невысказанных слов.
Дыхание перехватило. Сегодня. Это случится сегодня.
Анна поправила ворот блузки и вздохнула. После пятнадцати лет тишины она наконец решилась на встречу с человеком, который когда-то был ей ближе всех.
Кафе оказалось уютным, с приглушенным светом и легкой музыкой. Она пришла раньше намеченного времени, выбрав столик в углу — так было спокойнее. Официант принес меню, но Анна заказала только чай.
Колокольчик над дверью звякнул. Это был он.
Время было к нему безжалостно: виски посеребрились, у глаз залегли морщины. Но осанка осталась прежней — прямая спина, чуть приподнятый подбородок. Александр. Их взгляды встретились, и пятнадцать лет разлуки растворились в одном мгновении.
- Здравствуй, Аня, — его голос звучал хрипло.
- Привет, Саша.
Он сел напротив, положив руки на стол. Пальцы нервно постукивали по деревянной поверхности.
- Ты совсем не изменилась.
- А ты врать не разучился, — улыбнулась она.
Неловкая пауза повисла между ними. Столько несказанного. Столько упущенных лет.
- Как ты? — спросил он.
- Хорошо. Работаю в издательстве, переводы, редактура. Своя квартира, кот.
- Замуж не вышла?
- Нет.
Он кивнул, словно получил подтверждение чему-то, известному только ему.
- А ты как? — спросила она.
- Женился. Двое детей. Старшему тринадцать.
Арифметика была простой: значит, через год после их расставания.
- Поздравляю, — она удивилась тому, как спокойно восприняла эту новость.
Он заказал кофе, когда подошел официант. Их пальцы почти соприкоснулись на столе, но оба отдернули руки, как от огня.
- Зачем ты позвонил, Саша?
Он долго молчал, глядя в окно. На улице начинался дождь, капли барабанили по стеклу.
- Мой отец умер. Три недели назад.
Она вздрогнула.
- Мне жаль.
- Перед смертью он попросил найти тебя. Сказать, что... сожалеет.
Анна почувствовала, как к горлу подступает ком. Всё вернулось: крики, угрозы, ультиматумы. "Либо я, либо она". Властный голос отца Александра. Последняя встреча. Молчаливая капитуляция любимого человека.
- Я нашел твоё письмо, — продолжил Александр. — ТО САМОЕ. Я его не видел раньше.
Она замерла. Письмо. Написанное в отчаянии, со слезами. Отправленное, когда надежды уже не было. Где она рассказывала о своей беременности.
Взгляд Александра стал пронзительным.
- Аня, где наш ребенок?
- Его нет. Я потеряла его на третьем месяце.
Он закрыл глаза. Потом снова открыл.
- Почему ты не искала меня?
- А что изменилось бы? — тихо спросила она. — Ты сделал выбор.
- Я был трусом, — его голос дрогнул. — Мальчишкой, который боялся собственного отца. Я должен был бороться за нас.
- Это было давно, Саша.
- Не для меня.
Они замолчали. Официант принес счет. Александр расплатился, не глядя на сумму.
- У тебя счастливая семья, — сказала она. — Не нужно тревожить прошлое.
- А если я скажу, что никогда не переставал любить тебя?
Анна встала.
- Тогда я скажу, что тебе пора домой. К жене и детям.
Они вышли из кафе. Дождь усилился, но никто не спешил раскрывать зонты.
- Могу я... увидеть тебя снова? — спросил он.
Капли стекали по его лицу. Или это были слезы?
- Зачем, Саша?
- Просто поговорить. Как друзья.
Она покачала головой:
- Мы никогда не были друзьями. И сейчас уже поздно.
- Неужели ничего нельзя вернуть?
- Нельзя вернуть то, что никогда не имел смелости удержать.
Она повернулась, чтобы уйти, но он поймал ее за руку.
- Я люблю тебя, Аня. Всегда любил.
- А я научилась жить без этой любви, — она осторожно высвободила руку. — Прощай, Саша.
И она пошла прочь, чувствуя, как дождь смешивается со слезами на щеках. Он не пошел следом.
В ту ночь Анна достала старую шкатулку с фотографиями. Их было немного: два юных лица, счастливые улыбки, переплетенные пальцы. В этой же пачке лежал снимок УЗИ — крошечное пятнышко, которое могло стать их ребенком.
Утром она проснулась с необычайной легкостью. Впервые за пятнадцать лет. Прошлое наконец отпустило её.