С коротким гортанным вскриком Ирина обвалилась на постель и прошептала, переводя дух:
— Ты обалденный…
— Я знаю, — ответил Илья, чрезвычайно довольный тем, что не ошибся в выборе досуга на этот вечер.
Свидание с Ирой подарило куда больше приятных впечатлений, нежели обещали мрачные раздумья о жизни и будущем. Он придвинулся к ней ближе, и она оплела его бесконечными стройными ногами, прижалась разгоряченным телом, дав вдохнуть исходящий от ее кожи терпкий возбуждающий аромат.
Предыдущая глава 👇🏿
Они собирались провести у Ирины весь день, потом съездить за костюмом, в котором Илья достойно выглядел бы на бракосочетании сестры, а на обратном пути поужинать в каком-нибудь хорошем ресторане. Последним номером программы, разумеется, предполагалось возвращение обратно к Ире с последующим триумфальным повтором дневных любовных достижений. План Илью устраивал, потому что позволял не думать. А думать было о чем.
***
— После вашего со Златой отъезда Машенька еще какое-то время проработала в отеле, а потом уволилась, — рассказывала Тамара.
— Этот выгнал, что ли? — зло перебил Илья.
— Да нет. Бабушку инсульт разбил, а дед стал уже таким немощным, что совсем ничего не мог. Пришлось ей с работы уйти, чтобы за стариками глядеть.
— На что же они жили?
— А на их пенсии. — Тамара тяжело вздохнула, и Илья прекрасно понял, что означал этот вздох: как вообще можно выжить втроем на копеечный доход?
— Конечно, Маша еще какие-то пособия получала, да и я помогала чем могла… Ты, Илюш, не суди меня за то, что я при этом изувере в отеле-то осталась…
— Я и не думал, Тамара, ты что!
Илья действительно не посмел бы обвинить никого из персонала “Белого ириса” в том, что люди не покинули рабочие места, кормившие их семьи, только из-за слухов о грязных махинациях, в результате которых отчим прибрал к рукам наследство умершей жены. Наоборот, благодаря их честному и самоотверженному труду отель не уронил планку и вернулся в руки Вышинских по-прежнему прибыльным и с той же репутацией, какую создали ему Регина и Станислав, отец Ильи и Златы.
— Словом, Машеньке нелегко пришлось, — продолжала повествовать Тамара. — Потом один за другим старики ушли, и осталась она сама по себе… Учиться уж не могла, некогда было, так что устроилась в клининговую компанию, где и работала много лет. Со мной связи не прерывала, по сей день дружим.
— А как она у Иры Савицкой в домработницах оказалась?
— Да как… — Тамара опять вздохнула. — Уволили ее, она ко мне и обратилась. Мол, не ищет ли кто помощницу по хозяйству. Готова была хоть в уборщицы — деньги-то нужны… Я тогда уже здесь жила. Спросила Злату, та пошукала по знакомым, и оказалось, что этой самой Ирине требуется такой человек. Надежный, ответственный и чтобы один и тот же, а не как в клининговых конторах: кого пришлют — того пришлют.
— А почему Машу уволили? — полюбопытствовал Илья.
Не то чтобы это казалось ему важным, просто хотелось узнать о Машиной жизни все до мельчайших подробностей, а еще у него сохранялось стойкое ощущение, будто Тамара чего-то не договаривает.
— Да я сама не знаю. — Тамара пожала плечами. — Она упоминала, что болела много в те годы. Тогда все болели, Илюш, зараза страшная людей косила…
Он кивнул и тут опять почувствовал знакомый холодок. Повел плечами, надеясь отвести неведомую беду, и сосредоточился на беседе.
— А как вообще жизнь у нее сложилась? Замуж вышла?
Тамара быстро глянула на него и отвела глаза.
— Нет.
— Что же, так и живет одна? — Илье стало грустно от этой мысли.
Ведь Маша, на его взгляд, достаточно привлекательна. Даже сейчас, несмотря на скромную одежду и не слишком ухоженный вид, она остается красавицей. Почему же никого не появилось?
Тамара внезапно вскочила и принялась убирать со стола.
— Поздно уже, а мне завтра вставать рано, завтрак готовить, Златке помочь надо… Давай закругляться и спать!
Илья оторопел: она даже не пыталась скрыть, что просто-напросто уходит от разговора, не желая отвечать на неудобные вопросы! Только он никак не мог понять, что из спрошенного им вызвало такую реакцию. Увольнение Маши? Отсутствие у нее семьи? Сам черт не разберет этих женщин. Но не ругаться же с Тамарой, в самом деле!
А секунду спустя Илья ощутил злость и обиду. Не хотят говорить — и черт с ними обеими! Если у Маши проблемы, он мог бы помочь, но раз она молчит да еще Тамару в союзницах держит, то так ей и надо. Пусть сама разбирается. Их отношения в прошлом, они друг другу ничего не должны, у него своя жизнь, у нее своя. Значит, так тому и быть!
Приняв решение, Илья, казалось, успокоился, но наутро любопытство с новой силой принялось терзать его, и даже теперь, в постели со сногсшибательной женщиной, не получалось выбросить Машу из головы.
С глубоким сожалением он заставил себя отлипнуть от Ирины и встал. Она перекатилась на бок и подперла одной рукой голову. Илья посмотрел на нее и чуть не завыл от восхитительного зрелища, но рефлексировать было уже невмоготу.
— Поднимайся, красивая, поедем кататься, — проворчал он, проклиная все, что не давало ему просто наслаждаться моментом.
***
Брак Златы и Михаила зарегистрировали прямо в отеле “Белый ирис”, и там же и отпраздновали. Банкет вышел по-семейному уютным. Кроме Ильи, Ирины, Андрея и Тамары среди гостей не было никого из тех, кого Вышинские знали до своего бегства из города, зато собрались люди, последние десять лет трудившиеся бок о бок со Златой и от всей души радующиеся за нее. Беспрестанно звучали поздравления, трогательные тосты и веселые крики “горько!” Под конец вечера невеста жаловалась на то, что у нее губы распухли от нескончаемых поцелуев, а жених подсчитывал, сколько проглотил помады. Тамара не могла сдержать слез умиления, при этом старательно избегая оставаться с Ильей наедине. Он отлично видел все ее маневры, но решил, что свадьба сестры не место для выяснения отношений и дознаний.
Злата была великолепна. Илья знал, что она отчаянно не хотела надевать белое, но подходящих моделей среди платьев других цветов не нашлось, а заказать наряд у портнихи Злата вовремя не догадалась. Ее долго убеждали согласиться хотя бы на примерку, и надев очередной зефироподобный шедевр, она сдалась. Элегантное, мягко облегающее стройную фигуру платье смотрелось изумительно, и сама Злата выглядела в нем лет на десять моложе. Илья не мог наглядеться на сестру: будто и не было в ее жизни всех этих скитаний и страшных утрат. Хоть бы Михаил оказался нормальным мужиком, и все у них сложилось! Украдкой покосившись на Андрея Балашова, Илья грустно улыбнулся. Не зря ему всегда казалось, что друг неровно дышит к Злате. Сейчас у Балашова на лице читались все чувства и к ней, и к ее новоиспеченному супругу, и если среди первых преобладали нежность и восхищение, то на Михаила Андрей смотрел исключительно недобро. Тем лучше. Значит, за Злату в случае чего вступятся уже двое, так что Деденеву придется стать идеальным мужем.
Праздник постепенно завершался. Распрощавшись и расцеловавшись с гостями, новобрачные скрылись в лифте, мгновенно унесшем их наверх в свадебный люкс. Андрей, как всегда не пивший ни капли спиртного, вызвался отвезти Тамару домой в поселок, но она замахала руками:
— Ты что удумал, в такую даль из-за меня ехать! Вот если до квартиры добросишь, буду благодарна. Ты, Илюш, куда?
Илья, ощутив, как пальцы Ирины нежно поглаживают ему загривок, с готовностью ответил:
— Мы с Ирой к ней на такси.
Поймав осуждающий, как ему показалось, взгляд старушки, он подмигнул ей и, пожав на прощание руку Балашову, отбыл вместе с Савицкой.
Уже сидя в машине, Илья вдруг понял, какая деталь не давала ему покоя весь вечер: на банкете не было ни одного гостя со стороны Михаила, кроме тех, с кем он успел сблизиться в отеле. Никого из его семьи или друзей из родных мест. Странно. Михаил так одинок или намеренно скрывает от жены и ее брата свое прошлое? Обдумать это Илья не успел, потому что Ирина принялась отвлекать его поцелуями и нашептывать в ухо что-то бессмысленное, но безумно возбуждающее…
***
Очередное утро в минималистичной обители Савицкой началось не с привычных уже медитативных мелодий, а с ругани. Открыв глаза, Илья не сразу понял, что слышит, но потом разобрал слова:
— Да вы знаете вообще, сколько она стоила?!
— Я возмещу, Ирина Львовна…
— Вам и за сто лет не заработать таких денег!
— Простите…
Маша! Илья мигом вскочил на ноги и чертыхнулся: опять вся одежда где-то там! Как отучить Ирину от дурацкой традиции запрыгивать на него в порыве бешеной страсти прямо на пороге квартиры?
Он подкрался к двери, ведущей из спальни в гостиную, и прислушался. Ирина отчитывала Машу, а та оправдывалась. В узкую щель была видна фигура Савицкой, держащей в руках какой-то предмет. У ее ног лежали непонятные черепки. Маша стояла напротив, обхватив себя руками, и вид у нее был до того несчастный, что у Ильи заныло сердце. Что бы она ни натворила, нельзя же унижать и пугать человека! Он помнил Машу высокой и статной, а сейчас она так сгорбилась, что казалась на голову ниже своей нанимательницы.
Илья высунулся в гостиную и громко позвал:
— Ирина! Будь любезна, подай мне одежду!
Завидев его, Маша вжала голову в плечи и метнулась куда-то в сторону. Через минуту она появилась вновь с совком и веником и принялась сгребать черепки с пола.
Ирина со снисходительной улыбкой вручила Илье требуемое и проворковала:
— Ты невероятно страстный, котик… Скидываешь с себя все за километр до постели!
Подавив ехидный смешок, Илья промолчал. Это он-то котик? А кто тогда сама Ирина, больше всего как раз и напоминавшая похотливую мартовскую кошку, самку, готовую на все, ради секса?
Маша закончила уборку и молча ждала, когда Ирина повернется к ней. Та окинула ее надменным взглядом и велела:
— На сегодня вы свободны, Мария.
— Завтра как обычно? — в голосе Маши прозвучала не то что надежда — она просто-таки умоляла позволить прийти, чтобы заработать хотя бы те небольшие деньги, что Ирина платила ей.
— Доброе утро, Маша, — поздоровался Илья, выходя в гостиную уже одетый.
Та робко ответила:
— Доброе утро, Илья Станиславович.
Это обращение по имени-отчеству тоже резануло. Маша звала его так лишь в присутствии гостей отеля или кого-то из персонала. Наедине они, конечно, были Ильей и Машей.
— Идите уже! — Ирина с выражением полнейшей скуки на лице махнула рукой и продефилировала на кухню.
Маша бросилась в прихожую, быстро накинула куртку, натянула ботинки и через минуту исчезла. Разыгравшаяся сцена оставила в душе Ильи неприятный осадок.
— Мне кажется, ты слишком высокомерна и резка с ней, — высказался он, когда Ирина поставила на стол две чашки американо и принялась вынимать из холодильника продукты для завтрака.
Услышав слова Ильи, она изумленно уставилась на него.
— Она разбила коллекционную фарфоровую вазу. А я так долго искала ее! Не представляешь, как трудно вписать декор в мой интерьер.
Вышинский хмыкнул: это уж точно. В склеп вообще мало что вписывается!
— И еще сказала, что возместит! Ну не дура? Да разве что почку продаст! И то вряд ли ее потроха столько стоят…
Илье стало противно, и он перебил Ирину:
— Маша не рабыня. Она работает для тебя, так имей уважение. Если эта ваза была тебе дорога, я найду похожую! Хочешь?
Глаза Ирины сузились.
— А что это ты защищаешь какую-то уборщицу?
— Не какую-то. Я знаком с Машей: она работала в нашем отеле еще при маме.
Савицкая поджала губы и задрала подбородок, не отрывая взгляда от его лица. Стало неуютно, но Илья выдержал. Он ожидал, что сейчас Ирина пристанет с расспросами, заподозрив его в близких отношениях с Машей, что было бы естественно. Ирина, однако, не проронила ни слова и больше к разговору о случившемся не возвращалась. Илья тоже счел за благо молчать. Он уже пожалел, что сболтнул о знакомстве с Машей: кто знает, как Ира отыграется на несчастной домработнице, которой и так некуда деваться?
Продолжение 👇
Все главы здесь 👇