Константин:
Привет, друзья! С вами подкаст «Невротики». Сегодня у нас в гостях Ваня — психолог Ильич. И, как шутим мы, «вредный взрослый». Хотя, конечно, шутка.
Ильич:
Да, я вообще «батя абьюза», как говорится. Но сегодня поговорим не про родителей — хотя, конечно, психологи часто их обвиняют во всём. А вот про других взрослых, которые тоже сильно влияют на детей: воспитателей, учителей, тренеров и даже нянь.
Кто такие «значимые взрослые»?
Константин:
А кого вообще можно считать взрослым в контексте влияния на ребёнка?
Ильич:
В психологии есть понятие «значимые взрослые» — это не только родители. Сюда входят бабушки, дедушки, старшие братья и сёстры (если разница в возрасте большая), воспитатели, учителя, тренеры, наставники… Всё те, кто проводит с ребёнком достаточно времени и влияет на его поведение и мировоззрение.
Даже старшие друзья могут повлиять, но уже ближе к подростковому возрасту — и их влияние скорее поверхностное. А вот наставник — это уже взрослый, с которым ребёнок учится чему-то важному. Это другая категория.
Няни и воспитатели: первые «чужие» взрослые
Константин:
С кем ребёнок сталкивается первым — с няней или воспитателем?
Ильич:
Зависит от семьи. Няню можно нанять с самого рождения, а в детский сад дети идут обычно с 1,5–3 лет. Главное отличие: няню выбирают родители, а воспитателя — нет. Это уже риск.
Няня может стать для ребёнка вторым родителем — особенно если он большую часть времени проводит именно с ней. И если у неё другие ценности, взгляды, установки — ребёнок начнёт перенимать именно их. Особенно в обеспеченных семьях, где родители заняты работой, а воспитанием занимается персонал.
Это ловушка: вы хотите передать ребёнку свои идеалы, но он растёт в окружении людей с другими убеждениями.
Константин:
А бывает наоборот — родители грубят, а няня, наоборот, добра и заботлива?
Ильич:
Бывает. И это огромный ресурс для ребёнка. Такие взрослые дают ощущение: «Я не такой уж плохой. Меня кто-то любит. Есть нормальные люди». Это критически важно для формирования здоровой самооценки и защиты от травмы отвержения.
Воспитатели в детском саду: между заботой и выгоранием
Константин:
А что с воспитателями? Ведь в группе много детей — не до каждого дойдёшь.
Ильич:
Главная проблема — не количество детей, а кадровый голод. Многие воспитатели — переученные няни, работают на износ, получают мало, сталкиваются с агрессивными родителями. И иногда это выливается в крики, грубость, даже физическое воздействие.
Мы сталкивались с таким: в яслях одна воспитательница вела группу в одиночку — и за месяц из неё ушло 12 детей. Ребёнок приходил домой напуганным, замкнутым, начинал избегать всех взрослых, кроме родителей.
Константин:
Как понять, что воспитатель — не тот?
Ильич:
Смотрите на поведение ребёнка: стал ли он тревожным, плаксивым, начал ли избегать садика? Это тревожные звоночки. В частных садах можно установить камеры, в госучреждениях — нет. Но самый надёжный индикатор — реакция самого ребёнка.
Хороший воспитатель, напротив, даёт ребёнку ощущение безопасности в мире: «Люди в целом добры. Не только мама меня любит».
Бабушки, дедушки и нарушение иерархии
Константин:
А как насчёт бабушек и дедушек?
Ильич:
Они тоже могут сильно влиять — и не всегда в плюс. Частая проблема — нарушение семейной иерархии. Например: родители запрещают есть сладкое перед обедом, а бабушка кормит пирожками. Ребёнок учится манипулировать: «у мамы одни правила, у бабушки — другие».
Если в семье нет чёткой структуры — кто за кого отвечает, чьё мнение главнее — ребёнок теряется. Он не понимает, кому верить: учителю, который ругает за невыполненное задание, или дедушке, который говорит: «Ты молодец, они там все дураки».
Школа: первое столкновение с системой
Константин:
А учителя? Что они дают ребёнку?
Ильич:
Школа — это первый опыт взаимодействия с большой системой, почти с государством. Здесь ребёнок учится не только предметам, но и социальным навыкам: как договариваться, как быть в коллективе, как справляться со стрессом.
Хороший учитель — это наставник, пример профессии, проводник в мир взрослых ролей. Но плохой — может нанести серьёзную травму: через унижение, игнорирование, несправедливость.
Особенно тяжело приходится нейроотличным детям — с СДВГ, аутизмом и т.п. Учителя часто их не замечают или списывают на «плохое поведение». В итоге такие дети быстро становятся «педагогически запущенными» и теряют интерес к учёбе.
Константин:
А если ребёнка обижают в школе?
Ильич:
Буллинг почти невозможен без попустительства взрослых. Даже если учитель не участвует напрямую — его бездействие уже поддержка агрессоров. К сожалению, многие педагоги просто выгорают и не имеют ни сил, ни знаний, чтобы вмешиваться.
И если в такой ситуации родители встают на сторону учителя, не защищая ребёнка — у него формируется глубокое ощущение бессилия: «Мне никто не поможет. Я ничего не могу изменить».
Тренеры: наставники или тираны?
Константин:
А тренеры? Они ведь тоже значимые взрослые.
Ильич:
Да, и их влияние может быть ещё сильнее, чем у учителей. Потому что ребёнок сам выбирает секцию, видит в тренере идеал: сильного, умелого, уверенного.
Хороший тренер даёт ребёнку ощущение автономности: «Я сам чему-то учусь, становлюсь экспертом, даже лучше родителей в этом». Это важнейший опыт самореализации.
Но плохой тренер — особенно в «олимпийских» видах вроде гимнастики или фигурного катания — может превратить спорт в жестокую дрессировку: «Или ты побеждаешь, или ты никто».
А если к этому добавляются амбиции родителей, получается токсичный коктейль: ребёнок живёт не своей жизнью, а чужими мечтами. Это сочетание нарциссической эксплуатации и слияния — одна из самых тяжёлых психологических травм.
Константин:
И потом такие дети не знают, что делать после спорта…
Ильич:
Да. У них нет навыков самостоятельности, только навык «делать, как сказал тренер». Многие после завершения карьеры теряются, сходят с дистанции — как герой фильма «Москва слезам не верит», бывший хоккеист, который после окончания карьеры просто сбухался.
Главный вывод: будьте родителем — не учителем, не тренером
Константин:
Так как же быть родителям? Как выбрать «правильных» взрослых для ребёнка?
Ильич:
Любите ребёнка. Верьте в него. Не пытайтесь реализовать через него свои мечты и страхи. Помните: он — отдельная личность, пусть и пока «в процессе сборки».
И самое главное — будьте для него родителем, а не учителем, не тренером, не наставником. Ваша задача — быть на его стороне, защищать его интересы, давать опору. А всё остальное — пусть приходит от других взрослых, но в безопасной и уважительной форме.
Константин:
Спасибо, что были с нами! Это был подкаст «Невротики» — про травмированных взрослых, которые всё ещё учатся быть хорошими для детей.
Если вам было полезно — поделитесь этим выпуском с теми, кому он действительно нужен.