💡 ЭТО 23 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Смирнов уже взялся за ручку двери, его фигура отбрасывала длинную тень в прихожей, когда Кирилл, будто очнувшись от столбняка, резко поднял голову.
— Николай Петрович! — его голос прозвучал громче и твёрже, чем он ожидал.
Смирнов обернулся на пороге, одна бровь вопросительно поползла вверх. В его позе не было нетерпения, лишь лёгкое, привычное ожидание. Он словно знал, что этот момент настанет.
— Да, Кирилл? У тебя ещё какой-то вопрос?
Кирилл встал. Ладони у него были влажными, а в груди колотилось что-то тяжёлое и горячее, вытесняя остатки страха и нерешительности. Он сделал шаг вперёд, навстречу этому взгляду, в котором читалась вся тяжесть двухсотлетнего опыта.
— Я… я подумал. О том выборе, что вы мне предложили. — Он сглотнул, собираясь с мыслями, стараясь говорить чётко, без дрожи. — Стать человеком… с маленькой силой, но без всех этих… рисков. Или стать тем, кем должен был стать.
Он выдохнул и посмотрел Смирнову прямо в глаза.
— Я выбираю свой род. Я буду ведьмаком. Как мой отец. Я готов пройти эту инициацию. Принять всё, что с этим связано.
Он сделал паузу, чувствуя, как по его спине бегут мурашки — не от страха, а от осознания произнесённого вслух решения.
— Стану ли я следователем… я не знаю. Двести лет службы… это серьёзно. Мне нужно время, чтобы понять, готов ли я на такое. Но стать ведьмаком — я готов. Окончательно и бесповоротно.
Тишина в студии стала плотной, звонкой. Даже Никлаус перестал вылизываться и уставился на них обоих своими изумрудными глазами, словно наблюдая за историческим моментом.
Смирнов не ответил сразу. Он медленно кивнул, и на его жёстком лице появилось выражение глубокого, почти отцовского удовлетворения. В его глазах не было ни тени удивления.
— Я, в общем-то, не сомневался, что твой выбор будет именно таким, — произнёс он наконец, и его голос прозвучал как-то по-домашнему тепло, без признаков какой-либо насмешки. — Кровь есть кровь. Она всегда возьмёт своё. — Он сделал шаг навстречу, снова войдя в комнату. — Рад, что ты принял решение осознанно, не под влиянием сиюминутного страха или эйфории.
Он сложил руки на груди, его взгляд стал оценивающим, профессиональным.
— Но ситуация с тобой, Кирилл, сильно отличается от стандартной. Обычно сыновья следователей проходят инициацию в двадцать лет. Они к этому моменту уже лет десять как знают о своём даре, умеют с ним обращаться, общаются с артефактами и сущностями. Их отцы проводят им, скажем так, «домашний» обряд. Тихий, камерный. Просто последний штрих.
Он покачал головой.
— Ты же — совершенный неофит. Твоя сила спала двадцать пять лет и проснулась в экстремальной ситуации. Твой «дом» — это хаос и незнание. Стандартный обряд для тебя не подойдёт. Он будет просто бесполезен. Тебе нужен мощный толчок. Место Силы. Ритуал, который не просто откроет дверь, а сорвёт её с петель.
Он замолчал, его взгляд стал тяжёлым, задумчивым, будто он перебирал в уме карту невидимых глазу энергетических узлов.
— Мне нужно подумать. Выбрать подходящее место. Это не должно быть случайным пятном на карте. Это должно быть… идеально. — Он посмотрел на Кирилла. — В понедельник, когда мы встретимся у клиники и отвезём это чёртово зеркало, я скажу тебе, где и когда мы проведём твою инициацию. Договорились?
Кирилл кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Горячая волна от своего решения и холодная — от серьёзности слов Смирнова сталкивались внутри него, создавая странное, бодрящее вихревое течение.
— Договорились, — хрипло выдохнул он.
— Отлично, — Смирнов снова повернулся к двери. На этот раз его уход был окончательным. — До понедельника, Кирилл. И… добро пожаловать в семью.
Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Кирилл остался стоять посреди комнаты, слушая, как за окном заводится и отъезжает машина. Воздух казался густым от значимости произошедшего. Он сделал это. Он выбрал свою судьбу.
И тут его мысли прервал громкий, недовольный мысленный голос:
«Ну, и сколько ещё мы будем стоять здесь, как вкопанные? Ты же пообещал мне посуду для еды. Или твоё «окончательное и бесповоротное» решение не распространяется на зоомагазины?»
Кирилл обернулся. Никлаус сидел на полу, поджав хвост, и смотрел на него с самым оскорблённым видом, на какой только был способен.
И Кирилл вдруг рассмеялся. Смех был нервным, срывающимся, но настоящим. Он провёл рукой по лицу, сметая остатки напряжения.
— Да, конечно, ваше высочество. Сейчас, сию секунду. — Он взял с вешалки в прихожей куртку. — Перебирайся в свою корзинку. Едем выбирать тебе трон. Прошу прощения, столовые принадлежности.
Подписываемся и читаем дальше…
#фэнтези #фантастика #мистика #городскоефэнтези #рассказ #история #детектив #роман #магия #ведьма #ведьмак #домовой #оборотень #вампир #лесовик