Говорят, что как только большевики пришли к власти в России, они стали грабить русскую православную церковь, а потом вообще ее уничтожили. Но факты говорят об обратном – до самого 1922 года советская власть не изъяла ни из одной церкви по всесильным революционным законам ни одной драгоценности, а когда потребовалось уговорить патриарха помочь в преодолении голода в Поволжье, большевики попробовали заставить его действовать по законам религиозным. Но патриарх не только отказался помогать страждущим, но еще и призвал официально к вооруженным бунтам против советской власти. И что-то ему за это было? Ничего ему за это не было, против него хоть и завели уголовное дело, но даже не посадили.
Говорят, что когда большевики пришли к власти в 1917 году, они начали грабить все церкви и присваивать себе церковное имущество.
Это интересный миф всегда раздувался на Западе во времена СССР, а после его развала превратился как бы в официальную версию, которая, правда, не имеет особых доказательств.
Да, большевики с самого начала попытались грабить церкви, но это не было официальной политикой новых властей. Среди отрядов «красногвардейцев» было много бандитов, которые пытались заниматься банальным грабежом, но все эти вылазки большевистскими властями преследовались и наказывались. Не все, правда – просто многих бандитов не успевали поймать. Но когда ловили – расстреливали мародеров без суда и следствия.
На самом деле большевикам не светила перспектива восстановить против себя народ, грабя церкви, иначе этот самый народ бежал бы от бандитских властей в ряды белых армий, и революция быстро закончилась бы. Вместо этого власти пошли по более долгому пути – они начали с разоблачений основных церковных догм, стремясь показать, каким весьма примитивным, а потому и наглым образом попы обманывали народ.
Но к этим разоблачениям Ленин приступил не сразу, а только через год после захвата власти. 22 октября 1918 года появился Декрет об отделении церкви от государства, и теперь церковные структуры не могли получать от нового государства никаких преференций. С этого момента церковь была принуждена существовать только на пожертвования прихожан, которых в России после революции становилось все меньше и меньше.
И вот, как раз с обнародованием Декрета об отделении церкви от государства и для его фактического осуществления большевики начали проверку мощей - останков людей, которые в разные времена после смерти были причислены к лику святых. Этим мощам обычно поклоняются верующие, и под это дело церковь и собирает пожертвования.
Нельзя сказать, что большевики не хотели уничтожить церковь, а предпочитали относиться к ней по либеральным меркам. Они ее уничтожить хотели как можно быстрее, но, как писалось выше – обстановка не позволяла. Поэтому решено было начать с самого простого, но очень эффективного процесса – разоблачения церковного обмана.
И это разоблачение пошло довольно значительными темпами, причем все было организовано по всем законам, причем не революционным, которые кем-то могли и не приниматься, а по нормальным, демократическим.
Вот как производилась проверка раки с мощами Александра Свирского в Александро-Свирскогом монастыре в Олонецкой губернии
«…Вскрытие раки проводилось в присутствии священников и протоколировалось. Отчёт VIII-го отдела Народного комиссариата юстиции Съезду Советов был напечатан в журнале «Революция и церковь», где было сказано, что «в литой раке, весящей более 20 пудов серебра, вместо «нетленных» мощей Александра Свирского была обнаружена восковая кукла»…
Всё понятно? Сколько времени прихожане поклонялись восковой кукле, и даже предположить не могли, что попы их банально обманывают.
А вот еще один отчет, при этом надо учитывать, что большевики не действовали анонимно, кроме представителей уездных комитетов РКП при вскрытиях присутствовали архимандриты и монахи, а также понятые из числа обычных граждан. По результатам составлялись протоколы, подписывавшиеся всеми участниками проверок со всех трех сторон – большевики, церковнослужители, обычные граждане.
«…Мощи Артемия Веркольского, в Архангельской губернии, оказались смесью обыкновенного угля, ржавых гвоздей и мелкого кирпича»…
И еще:
«…В Жабынской пустыне, Тульской губернии, массивная серебряная гробница, в которой, якобы, находилось, по уверениям церковников, нетленное тело Макария, оказалась совершенно пуста»…
Всего в тот период комиссиями было проведено 63 вскрытия и выявлено, что дорогие серебряные гробницы содержали в себе либо истлевшие до пыли останки, либо имитацию тел с помощью железных каркасов, обмотанных тканями, чулок, ботинок, перчаток, ваты, окрашенного в телесный цвет картона.
И вот, когда прихожане узнавали, как их всю жизнь обманывали за их же деньги, как вы думаете, как начинало меняться у них отношение к церкви?
Поэтому не следует удивляться, почему красные победили белых, и откуда в рядах их армий взялись буквально миллионы ранее богопослушных прихожан.
Также следует сказать, что церковь даже в этих условиях не была на грани поражения, большевики религию не запрещали никогда, и до самого последнего момента не собирались изымать из храмов и монастырей огромные богатства, которые они накопили за время своего существования при царях.
Но во время Гражданской войны церковь сделала все, чтобы большевики ее в итоге разгромили. Следует напомнить, что церковь не жалела средств на создание белой армии, монастыри стали центрами антисоветских мятежей, там были размещены склады с оружием, колокольни монастырей стали прекрасными огневыми точками. Понятно, что это была идеологическая борьба, в которой нет правых или неправых, но совершенно не удивительно, что после войны большевики припомнили церкви все это.
Однако опять-таки – нужен был предлог, причем ненадуманный, а совершенно убедительный.
В 1921 году в Поволжье вспыхнул голод, и тогда же советская власть, не в состоянии справиться с ним после разорительной Гражданской войны, обратилась к церкви с просьбой дать взаймы государству предметы из золота, серебра и драгоценных камней для закупки продовольствия.
Неважно, что «взаймы» в этой ситуации могло означать просто «отдай». Важно, что новое государство реально нуждалось в денежных средствах, но патриарх Тихон не только властям отказал, но и призвал всех прихожан совершать противоправные действия, чтобы защитить богатства, необходимые для голодающих. Так, при изъятии церковных ценностей были даже крупные вооруженные столкновения. Эти столкновения между представителями власти и верующими были организованы отдельными (но очень многими, учитывая размеры страны) представителями духовенства, взявшими за идеологическую основу своей деятельности послание патриарха Тихона.
Естественно, вооруженное восстание в стране большевиков могло караться однозначно – как минимум заключением, и огромная масса организовавших это вооруженное сопротивление священнослужителей уехали в места не столь отдаленные, где пробыли аж до самого 1943 года, когда Сталин в процессе политики сближения церкви и государства не выдал им послабления.
И вот скажите – разве не имели права большевики требовать от церкви помощи голодающим? Конечно, имели, странно только, что они не разгромили церковь раньше и не отобрали все ее богатства еще в 1918 году, хотя бы на нужды Красной Армии.
Но нет, даже в 1922 году властям потребовались железные доказательства того, что церковь обязана помогать страждущим, и это для нее не просто обязанность, а долг. Вот, например, как это записано в «Правилах православной церкви с толкованиями Никодима епископа»:
«…Бывали многочисленные примеры того, что епископы брали из церкви все, что в ней было самого драгоценного, даже священные сосуды, и обращали их в деньги, когда являлась потребность накормить голодных или выкупить пленных. Это были дела милосердия, заповеданные Самим Богом, и к ним не может быть применимо ни это правило, ни другие подобные ему»…
А что же это за правило, в котором могут быть исключения?
Дело в том, что патриарх Тихон считал, что церковные ценности по церковным канонам принадлежат Богу и Церкви и распорядителю – епископу, а по отношению к изъятию церковных ценностей в пользу голодающих кем-либо, в том числе органами советской власти он употреблял выражение «святотатство» в значении «похищение священных вещей».
Правильно он считал, или неправильно? Лично я думаю, что это просто мракобесие, независимо от того, кто у него просил поделиться ХЛЕБОМ с голодающими – хоть даже большевики.
Короче, как бы не ругали большевиков за то, что они якобы разгромили церковь и ограбили ее, все это одна сплошная ложь. Церковные богатства были изъяты у церкви законно, никто церковь не громил, а те священнослужители, которые были расстреляны или отправлены в места длительного заключения, совершили конкретные уголовные преступления, которые не могли оправдать даже самые фанатично настроенные верующие.
Ну, а то, что 30-х годах Сталин приказал разрушить наиболее значительные православные храмы – так то уже совсем другая история, к делу об ограблении и уничтожении церкви не относящаяся. Я эту историю рассмотрю в другой публикации, и окажется, что и тут большевики во главе со Сталиным были правы как минимум с идеологической точки зрения.
Хотя лично я, конечно же, никогда не одобрял разрушения архитектурных ценностей. Впрочем, насколько я знаю, большевики никогда не разрушали конкретно старинных храмов, которые безусловно являлись исторически ценными сооружениями. А храм Христа Спасителя в Москве, который был взорван в 1931 году – совсем новенький, и 70 лет не стукнуло, и вряд ли когда-то представлял собой историческую ценность.
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ НА МОЁМ КАНАЛЕ:
Сколько капиталистов было в КПСС, и откуда они брали свои капиталы?