Пока я занимался дачными делами и анализировал непривычный привкус на губах, в калитку постучали:
— Кто там?
— Скорая! Можете открыть дверь!?—голос был сердитый и усталый.
Замешкавшись, снимая на ходу перчатки, толкнул калитку–передо мной стояла пожилая женщина в натянутом на верхнюю одежду халате:
— Вызывали, а дверь закрыли. Как к вам достучаться?
Я опешил, потом догадался:
"Это вероятно соседка- сердобольная душа, вызвала",— с благодарностью подумалось мне,—но со мной всё в порядке, извините за недоразумение,— уже вслух я озвучил свои мысли.
Женщина в халате ощупывала меня взглядом, как будто на медицинской комиссии.
—Жалоб нет?— проскрипел её голос.
—Немного поташнивает, но уже проходит,—ответил я.
—Серёжа!— крикнула женщина в халате водителю,—давай сюда фонендоскоп и инструменты . С шофекского места легко спрыгнул подвижный худой человек с чемоданом с красным крестом и лёгкой походкой потрусил к нам. Чемоданчик он поставил возле ног женщины, вытащил из бокового кармана путевой лист и протянул ей же.
—Так, так— она пробежала взглядом по мятой странице:
—Травма...сотряс... перелом,— и продолжила тоном, не допускающим возражений.—Подавай машину, Серенький, только задом—тут ЧМТ– период мнимого благополучия, ретроградная амнезия. Вам нужна госпитализация. Подозреваю опасность развития и субдуральной или эпидуральной гематомы.
Водитель повернул ключ зажигания , двигатель кудахтнул. Скрая лихо развернулась, будто крутанулась на месте. и стала пятиться. Я столкнулся в зеркале бокового вида взглядом с водителем.
На меня смотрел жёлтый глаз с продольными зрачком. На секунду показалось ухо. Остроконечно, поросшее волосом оно мелькнуло и исчезло.
Дверь открылась, опустилась ступенька-пандус виде лопаты
—Залазьте!— скомандовала медик..