Дешевая палка против элитной стали: экономика войны
Давайте начистоту. Копье – это не просто оружие. Это сама идея оружия, доведенная до абсолютного, примитивного совершенства. Его ровесники из каменного века – топор да нож. Но, как справедливо замечено, топор и нож – это в первую очередь бытовой инструмент. Шкуру снять, палку-копалку заточить, древко для того же копья выстругать. А копье – оно только для одного. Оно создано, чтобы создавать отверстия в живых существах. Желательно, на расстоянии. Больше оно не умеет ничего. И в этом его гениальность. Англоязычные историки, копаясь в окаменелостях, робко предполагают, что предки человека швырялись заостренными палками в разную африканскую фауну уже 450 000 лет назад. Это настолько древняя концепция, что она, вероятно, старше, чем наша способность внятно об этом говорить. А что такое меч? Меч – это капризный юнец. Самые древние его «прототипы» из бронзы или обсидиана едва насчитывают 4000 лет. К тому моменту, как человек додумался отлить первый бесполезный бронзовый «меч», копье уже сотни тысячелетий успешно выполняло свою работу.
Разница между ними не в дизайне, а в экономике. В этом вся суть. Что такое копье? Это длинная, дешевая деревянная палка (ресурс, который буквально растет под ногами) и небольшой металлический наконечник. Даже в бронзовом веке, когда металл стоил безумных денег, сделать один копейный наконечник было в десятки раз дешевле, чем отлить один меч, который требовал массу дорогой бронзы. А уж в железном веке разница стала еще очевидней. Любой деревенский кузнец мог наклепать сотню «листовидных» наконечников из не самого качественного болотного железа за то же время, что у мастера-оружейника ушло бы на ковку одного-единственного меча. Меч – это много металла, это сложная ковка, это закалка, это балансировка. Это дорогой, штучный, элитный товар. Копье – это ширпотреб. И как любой ширпотреб, оно победило мир.
Второй фактор – обучение. Англичане правы, когда говорят, что копье проще в освоении. Чтобы научить крестьянина фехтовать мечом, нужны годы. Чтобы научить его тыкать длинной палкой в сторону врага в составе строя – нужен один день. "Бери и толкай". Это оружие тотальной войны, оружие массовой армии. Оно дешевое, его легко производить, им легко пользоваться. Меч, напротив, – оружие личное. Это символ статуса, дорогой аксессуар, который показывает, что его владелец – человек непростой. Это средневековый аналог спортивного автомобиля. Он красивый, он престижный, он требует навыков вождения, но на войну армии приезжают на грузовиках. И копье – это тот самый армейский «Урал». Он некрасивый, но он делает работу. Вся история войн, по сути, – это история копья. А меч – это просто разрекламированное запасное оружие (side-arm), личное оружие, которое доставали, когда основное (копье, лук или алебарда) было сломано, потеряно, или когда враг прорвался слишком близко.
Дуэль без доспехов: фатальное преимущество в дистанции
Теперь к самому интересному – к поединку. Что будет, если на узкой тропинке встретятся мечник и копейщик? Кино и фэнтези приучили нас к тому, что мечник – это герой, который сейчас красиво покрутит клинком, отрубит наконечник и разделает врага на части. В реальности все будет гораздо прозаичнее и закончится очень быстро. Как справедливо заметил русский автор, будь у него выбор, он бы предпочел драться с алебардистом. Алебарда – тяжелая, ей надо махать. А копейщик – это крайне неудобный, неприятный противник. Худший сценарий для мечника – это как раз бой без доспехов и щитов. Потому что у копейщика есть главное, непреодолимое преимущество – дистанция.
Он держит свое двухметровое (а то и длиннее) древко двумя руками. Его руки находятся у корпуса, мечом до них не дотянуться. А острие – в двух метрах от него, и оно стабильно смотрит вам в живот или грудь. Что вы будете делать? Пытаться отбить выпад? Это катастрофа. Как только вы бьете мечом по древку, пытаясь отвести удар, направленный вам, скажем, в горло, вы в лучшем случае лишь слегка его отклоните. И он, соскользнув по клинку, попадет вам в живот. А это, как метко подмечено, медленный и крайне мучительный исход. Копейщик не будет махать копьем, как шестом, – это было бы большой ошибкой, которая лишает его всех преимуществ. Если он так сделает, «справиться с ним будет до смешного просто». Он будет делать то, что умеет: короткие, быстрые, возвратно-поступательные уколы.
Это не удар. Это «тычок». Он едва заметен глазу. Копье «ходит, как челнок – вперед-назад, расчетливыми экономными движениями». Амплитуда минимальная. Выловить этот тычок мечом почти нереально. У вас просто не хватит длины клинка, чтобы контролировать оружие врага, который на полтора метра дальше вас. Даже полуторный меч, бастард, здесь не спасает. Пока вы будете пытаться дотянуться до его рук (единственная уязвимая точка), он четыре раза успеет нанести вам фатальные раны. Личный опыт автора из источника, которого «не особенно и опытный» копейщик «завалил в четыре секунды», хотя он до этого держался против троих мечников, – это не случайность, это правило. Средневековые мастера фехтования, вроде Фиоре деи Либери, в своих манускриптах (учебниках фехтования, Fechtbücher) недвусмысленно показывали: единственный шанс мечника – это отчаянный рывок внутрь дистанции, подныривая под копье. Но для этого надо быть либо отчаянным смельчаком, либо гением глазомера, чтобы рассчитать тычок врага с точностью до миллисекунды. Это лотерея, в которой на кону ваша жизнь.
Железные аргументы: вступление щита и доспеха в игру
Ситуация начинает меняться, как только у мечника появляются две вещи: хороший доспех и, что еще важнее, большой щит. Как верно сказано, «лучшее средство против копья – щит». Но не любой. Маленький круглый баклер, которым так любят щеголять дуэлянты, здесь не поможет. Тычок копья его просто проломит или выбьет из руки. Нужен «нормальный такой щит, чем ближе к формату бронедвери, тем лучше». Большой каплевидный щит викинга или, еще лучше, прямоугольный римский скутум. Эта штука уже способна принять на себя тычок копья, не развалившись и не покалечив владельца. Щит – это пропуск. Он позволяет мечнику пережить атаку, нейтрализовать преимущество в дистанции и войти в ближний бой.
И вот тут копье превращается в обузу. В ближнем бою двухметровая палка абсолютно бесполезна. Ей нельзя ни ткнуть, ни взмахнуть. А вот короткий меч (вроде римского гладиуса) внезапно становится королем ситуации. Именно поэтому римские легионы, действуя как единый механизм «щит-меч», раз за разом взламывали неповоротливые македонские фаланги. Римляне не фехтовали с копьями. Они принимали первый удар на стену щитов, а потом, как таран, врубались в строй, и начинался ближний бой в упор, где длинная сарисса была бесполезна. Долговечность, о которой упоминает английский источник, тут тоже играет роль. Древко копья можно перерубить мощным ударом, особенно если оно застряло в щите. А вот стальной меч сломать гораздо труднее.
Теперь про доспехи. Против кольчуги копье – победитель. Его узкий граненый наконечник легко раздвигает кольца или пробивает их. Ламеллярный доспех (из пластинок) держит удар чуть лучше, но и на него «ставить не стоит». А вот хороший латный доспех... тут копье сталкивается с проблемой. Пластинчатая кираса как раз и создавалась, чтобы держать укол. Острие, скорее всего, просто соскользнет. И здесь меч снова получает преимущество в универсальности. Копье – это почти всегда укол. А мечник в доспехе может использовать технику «полумеча» (half-swording), перехватив клинок рукой за середину и превратив его в короткое, точное шило, чтобы тыкать в уязвимые щели доспеха. Или он может перевернуть меч и бить навершием (яблоком), как молотом. Меч адаптируется. Но и копье адаптировалось. Оно превратилось в алебарду, полэкс, глефу – чудовищные гибриды копья, топора и крюка, созданные специально, чтобы вскрывать «консервные банки» рыцарских доспехов. Так что гонка вооружений не прекращалась.
Стена из древков: как копье определяло исход войн
Как бы ни был силен мечник в доспехах и со щитом, это все еще история про поединок. А войны выигрывают не дуэлянты, а формации. И в бою «стенка на стенку» меч против копья не имеет вообще никаких шансов. Вся военная история, от шумеров до XVII века, – это история о том, как одна формация с копьями победила другую. Английский источник абсолютно прав, упоминая тактику «фаланги». Возьмем македонскую фалангу Александра Великого. Это был ощетинившийся еж из 16 рядов пехоты. Первые пять рядов держали свои чудовищные 5-7 метровые пики, сариссы, горизонтально. Перед врагом была просто стена из острых наконечников. Любая армия мечников, попытавшаяся атаковать это в лоб, была бы остановлена пиками, даже не достав до первого ряда солдат.
Или возьмем шотландцев в их войнах за независимость. Их знаменитый «шилтрон» – это, по сути, та же фаланга, только в виде круга. Это была тактика отчаяния для пехоты, у которой не было шансов против тяжелой английской рыцарской конницы. Но она работала. В битве при Бэннокберне в 1314 году шотландские шилтроны просто перемололи лучшую конницу Европы, которая разбивалась об эту стену копий. Та же история в XIV-XVI веках со швейцарскими пикинерами и их немецкими конкурентами – ландскнехтами. Эти ребята со своими 5-метровыми пиками правили полями сражений. Они были мобильной крепостью, которая с одинаковым успехом уничтожала и конницу, и пехоту.
А где же был меч? А меч был на поясе. У того же ландскнехта висел короткий, но широкий меч «Кацбальгер» (буквально «кошкодер»). Зачем? А как раз на тот случай, если строй сломается. Если враг (скорее всего, другая такая же колонна пикинеров) прорвется внутрь, пики становились бесполезны. Начиналась свалка. И вот тут, в «тесных компактных условиях», как пишет английский источник, меч снова становился королем. Его доставали, чтобы выжить в хаосе, когда основное оружие – пика – уже не работало. Меч был оружием последнего шанса. Всю основную, грязную работу по победе в битве делала «стена из древков».
Инструмент простолюдина против символа аристократа
Почему же тогда в нашей культуре меч занимает такое почетное место, а копье – это оружие безликой массовки? Ответ опять же в экономике и социальном статусе. Как мы уже выяснили, копье – дешевое. Меч – безумно дорогой. В Средневековье хороший меч стоил как небольшая деревня или стадо коров. Его производство требовало редкого и дорогого ресурса – качественной стали, и еще более редкого ресурса – мастера, который умеет с ней работать. Позволить себе меч мог только профессиональный воин, аристократ, рыцарь. Для него меч был не только оружием, но и символом его статуса, его власти, его «чести». Японский самурай мог молиться на свою катану, называя ее своей «душой». Но будем честны: на поле боя тот же самурай предпочитал воевать копьем (яри) или луком (юми). Катана была оружием самообороны, дуэлей и символом статуса.
Копье – это оружие простолюдина. Оружие крестьянина, которого согнали в ополчение. Ему не поклоняются. С ним не позируют для портретов. Оно простое, утилитарное, как лопата. Но именно этот утилитарный инструмент и решал исход сражений. Вся наша культура пронизана аристократическим взглядом на войну. Мы читаем истории о короле Артуре и его рыцарях с мечами, а не о безвестном пехотинце Джоне, который ткнул копьем коня вражеского барона. Меч – это про индивидуальность. Копье – это про коллектив, про строй, про безликую массу.
В итоге, если выбирать победителя, то английский источник совершенно прав: побеждает копье. Оно доминировало на полях сражений 450 000 лет. Оно дешевле, проще в освоении и эффективнее в 90% боевых ситуаций, от охоты на мамонта до битвы при Бэннокберне. Даже в дуэли один на один у неопытного копейщика, как показывают современные реконструкции, гораздо больше шансов против опытного мечника, чем наоборот. Меч – это великолепный, универсальный, сбалансированный инструмент. Но он – «вторичное оружие», запасное. А копье – это оружие. Простое, как гвоздь, и такое же эффективное. Вся история меча – это история о том, как элита пыталась найти способ победить дешевую палку простолюдина. И, по большей части, у нее это не получалось.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Подписывайся на премиум и читай дополнительные статьи!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера