Почти уверен: не только я задавался вопросом о том, куда так неожиданно исчезла со страниц истории могучая Спарта? Вот она побеждает Афины, чтобы править греческим миром, вот вторгается в Персию – а дальше рассказов о ней практически нет. Что случилось с эпичными качками, которые на долгие тысячелетия стали эталоном мужества? Что произошло с ними, когда возвысились македонцы и римляне?
Согласно сведениям археологам, люди стали постоянно жить на территории Спарты почти ровно 3 тысячи лет назад. Это произошло после завершения периода миграций и войн, связанных с катастрофой бронзового века, когда орды варваров стерли в пыль древние царства.
В то время дорийцы стали одним из крупнейших древнегреческих племен. Заселяли они большую часть территории полуострова Пелопоннес и его окрестности. Их признанным центром стала махонькая область Лакония. В греческие темные века там было основано множество небольших деревень. Из слияния четырех из них примерно в 1000-м году до н.э. возникла Спарта.
Здешние поселяне любили устраивать кулачные (и не только) бои 2:2. Поэтому после примирения и объединения выбрали для себя сразу двух вождей – этим объясняется спартанская традиция двоецарствия. Следующее столетие стало временем бурного роста, так как город находился в самой плодородной части долины.
Тем не менее, недостаток ресурсов при увеличившемся населении стал причиной многих раздоров. Накопившиеся противоречия разрешил законодатель Ликург. Он по праву считается отцом-основателем могущества Спарты. Благодаря этому человеку его сограждане стали народом воинов.
В 743-м году началась завоевательная война против соседней области Мессения, которая длилась на протяжение поколения. По ее итогам спартанцы покорили точно таких же дорийцев, как и они сами. Но, вопреки обычаям своего времени, их не стали обращать в рабство, а держали в положении илотов – государственных крепостных.
После этого Спарта утвердилась в качестве региональной державы сначала на Пелопоннесе, затем во всей Элладе и, наконец, в Восточном Средиземноморье. Ее мужчины фактически были первой в мире профессиональной армией, которая стяжала славу непобедимой.
Царь Крез из Лидии обратился за помощью против персов. Черноморские скифы искали поддержки во время знаменитой экспедиции царя Дария. Наконец, в ходе персидской попытки завоевать Грецию, ни один полис не оспаривал право Спарты возглавлять общую армию на суше и даже на море. С этим смирились и гордые афиняне.
Но землетрясение 464-го года до н.э. запустило длинную цепочку событий, которые в конечном счете привели к падению Спарты. Несмотря на политическую конкуренцию, Афины были настроены к соперникам дружественно. Главным образом, потому, что суровые качки жили только войной и не вмешивались в экономические дела.
Когда Зевс сотряс землю, были разрушены стены Спарты, и ее тут же атаковали побежденные, но не покорившиеся илоты-мессенийцы. Началась длительная и тяжелая война, в которой каждое из греческих государств сочло за необходимость отправить спартанцам вспомогательный отряд. Помощь союзников приняли с благодарностью, но афинян подозревали в коварстве, поэтому их попросили вернуться домой.
Это привело к охлаждению отношений и к разрушительной для всей Эллады войне. Пелопоннесский союз во главе со Спартой начал длительное противостояние с Делосским союзом, которым «рулили» Афины. Спарта победила, но крайне высокой ценой – гегемония в Греции перешла к семивратным Фивам. Этот полис придерживался нейтралитета, а потому сумел сохранить в полном порядке и экономику, и свои вооруженные силы.
Против Спарты сложилась коалиция в составе Фив, Афин, Коринфа и Аргоса – причем, союзники воспользовались персидской финансовой помощью. Тем не менее, воины Лакедемона шли на войну, от скуки поплевывая – «боевые извращенцы» из Священного отряда Фив не славились, как бойцы.
Но, то ли грамотная тактика фиванского полководца Эпаминонда, то ли смерть царя Клеомброта в самом начале сражения – так или иначе, спартанцы были вынуждены спасаться бегством впервые в истории. И после этого надолго умерили пыл. Им даже пришлось смириться с освобождением Мессении, которая являлась житницей Спарты на протяжение многих столетий.
Живший в то время Аристотель в своем трактате «Политика» рассматривал причины упадка Спарты. Он утверждал, что это случилось внезапно, на протяжение одного-двух поколений. И, как истинный грек, заявлял, что во всем виноваты бабы:
Слишком вольготное положение женщин оказывается вредоносным с точки зрения той главной цели, какую преследует государственный строй, и не служит благополучию государства вообще… Женщины владеют почти двумя пятыми всей земли, так как есть значительное число дочерей-наследниц, да и за дочерями дают большое приданое…»
Спарта столкнулась с тревожным сокращением численности свободных и равноправных граждан, которые всю ее историю составляли центральную часть армии. Она так и не оправилась после потерь, нанесенными фиванцами в 371-м году до н.э. в битве при Левктрах. Чтобы вернуть господствующее положение, ей не хватало ни людей, ни денег.
Поэтому, в целом, она смирилась с возвышением Македонии и практически не мешала завоеванию Греции. Тем не менее, все еще являлась сильной региональной державой – ни Филипп II, ни его сын Александр никогда не пытались воевать со спартанцами.
В 3-2-х веках до н.э. Спарта время от времени участвовала в войнах то за Македонию, то против нее, то за Рим, то против. Нараставшие кризисные тенденции не были преодолены – царь Агис IV был казнен за попытку реформ, все богатства Лакедемона сосредоточились в руках ста знатных семей.
Зато олигархи отличались более трезвым видением. В 146-м году до н.э. военачальник Луций Муммий в ходе краткой военной кампании деклассировал армию Ахейского союза. Греция была завоевана и стала провинцией Римской республики, дружественная ей Спарта оказалась «свободным городом». Но ее владения в Пелопоннесе победители не вернули.
Степень этой «свободы» не очень ясна. Ввиду того, что все Средиземноморье подчинялось вечному городу, воевать и заключать союзы возможности не было. Но считается, что первые лет эдак сто квириты не шибко вмешивались в спартанские внутренние дела. Пока аборигены не смирились с тем, что фактически находятся на правах автономии в составе крупного и могущественного государства.
Знатные римляне даже порой приезжали, чтобы полюбоваться на красочные руины старой Спарты. А окончательно деградировавшие местные жители за пару сестерциев показывали им то ли «борьбу нанайских мальчиков», то ли потешные гладиаторские бои. Здесь бывали императоры Октавиан и Адриан, а Каракалла даже набрал спартанскую когорту, чтобы былой славой Павсания и Леонида шугануть ненавистных персов. Персы (а точнее, парфяне) не шуганулись, и фактически победили в войне.
Ясное дело, что к тому времени Спарта представляла из себя совершенно обычный провинциальный эллинистический город. Хотя и вполне себе процветала экономически – во 2-м веке н.э. местные были достаточно богаты, чтобы оплатить устройство 12-ти километрового акведука.
В 396-м году Спарту сжег вестготский король Аларих, который целый год без всякого сопротивления разорял Грецию. Впоследствии город был восстановлен, но прежнего значения уже не достиг. А культурный и экономический центр Лаконии с того времени сместился в лучше укрепленный город Мистра.
В период раннего средневековья Греция неоднократно подвергалась вторжениям аваро-славянских армий, вплоть до того, что ославянилась до самого Пелопоннеса. Греческое население было вынуждено отступить на побережье, которое продолжала контролировать Византия.
Поэтому именно в то время, в 7-8-х столетиях и была покинута древняя Спарта. Впоследствии территории были возвращены и заново эллинизированы. Но новое поселение на том же месте возникло лишь через много столетий.