Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Психология отношений

– Кто это?! – показываю мужу фото, где он с ребенком. – Мой старший сын. Часть 16

Я снова чувствую себя юным смелым мальчишкой, проворным хулиганом, которому наплевать на нормы приличий и на все правила, которые придумывают скучные людишки вокруг... Лена, как ни крути, прекрасна. Мне пока слишком сложно перестать воспринимать ее как куклу, как функцию, но... она слишком хороша! Она заслуживает большего! Лучшего! Она заслуживает того, чтобы рядом с ней был мужчина, который будет обеспечивать ее и бросать к ее ногам весь мир! А чего же заслуживаю я сам?! Сложные философские вопросы, которым здесь и сейчас совершенно не место в моей голове, в объявлении посадки. Делать нечего: придется возвращаться на свои места. Я сажусь, сразу же натыкаясь на полные ужаса глаза своего сына. – Что такое?! – спрашиваю у Артура, который смотрит на меня, как затравленный волчонок, и зажимает уши обеими ладонями. – Где ты был, папа?! Мне очень больно... – бормочет сын сквозь зубы. – Ну, это потому, что мы начали снижаться, – успокаиваю я его и протягиваю бутылку волы: – Пей. Когда сглат
Оглавление

Михаил

Я снова чувствую себя юным смелым мальчишкой, проворным хулиганом, которому наплевать на нормы приличий и на все правила, которые придумывают скучные людишки вокруг...

Лена, как ни крути, прекрасна.

Мне пока слишком сложно перестать воспринимать ее как куклу, как функцию, но... она слишком хороша!

Она заслуживает большего!

Лучшего!

Она заслуживает того, чтобы рядом с ней был мужчина, который будет обеспечивать ее и бросать к ее ногам весь мир!

А чего же заслуживаю я сам?!

Сложные философские вопросы, которым здесь и сейчас совершенно не место в моей голове, в объявлении посадки.

Делать нечего: придется возвращаться на свои места. Я сажусь, сразу же натыкаясь на полные ужаса глаза своего сына.

– Что такое?! – спрашиваю у Артура, который смотрит на меня, как затравленный волчонок, и зажимает уши обеими ладонями.

– Где ты был, папа?! Мне очень больно... – бормочет сын сквозь зубы.

– Ну, это потому, что мы начали снижаться, – успокаиваю я его и протягиваю бутылку волы: – Пей. Когда сглатываешь, становится лучше.

– Я уже пробовал, – хнычет Артур. – Не помогает.

– Тогда попробуй позевать, – выглядывает с заднего сидения Лена. – Обычно это помогает выравнять давление.

Мы с ней вдвоем пытаемся помочь Артуру, но без спрея, который брызгала ему моя жена и о котором я, конечно, ничего не знал, сыну не становится лучше. Уши закладывает, периодически, как он говорит, внутри что-то булькает и перекатывается, сильно колет, он даже жалуется, что начинает хуже слышать...

– Ничего, – говорю я, стараясь оставаться спокойным. – Скоро приземлимся – и все пройдет. А в обратную дорогу я обязательно куплю тебе тот самый спрей... спрошу про него у мамы.

– А чего ты сразу не спросил?! – сын смотрит на меня глазами, полными боли.

– Прости, сынок, забыл...

Чувствую себя очень по-дурацки: виноватым, ужасным отцом, который не знает, что нужно его собственному ребенку...

Лена меня успокаивает:

– Ничего страшного. Ты не обязан знать все. Поверь: это не критично. Мы приземлимся – и сразу все наладится. Артур будет в восторге от места, где мы окажемся, и позабудет, что его вообще что-то беспокоило...

– Надеюсь, – киваю я.

Наконец мы приземляемся и долго-долго едем по полю, пока не припаркуемся возле рукава.

– Как твои уши?! – спрашиваю я у сына.

– А?! – переспрашивает он.

– Ты плохо слышишь?!

– Да... кажется... хуже, чем обычно...

– Скоро пройдет, – обещаю я. – Боль есть?!

– Нет.

– Очень хорошо. Вставай, идем.

Как пара с ребенком, мы довольно быстро проходим пограничный паспортный контроль, потом забираем на багажной ленте наши чемоданы, а когда выходим из аэропорта – нас уже ждет отельный трансфер.

– Сейчас доберемся до номера, примем душ, переоденемся и пойдем кушать, – обещаю я сыну, который выглядит грустным, встревоженным и постоянно прикладывает ладони то к одному, то к другому уху.

– А можно позвонить маме?! – спрашивает он.

– Попозже, милый, – говорю я.

Конечно, я дам ему поговорить с матерью, но хочу, чтобы он сначала пришел в себя.

Хочу, чтобы Артур позвонил ей и сказал: мамочка, как здесь здорово! – а не: мама, у меня болят уши, и папа не знает, что делать!

Потому что Саше не обязательно знать о возникших проблемах.

Не хочу слышать ее «я была права, тебя никуда нельзя отпускать одного с ребенком!»

Я со всем разберусь.

Мне просто нужно немного времени.

Александра

– Ну так что же... – снова говорит мой новый знакомый. – Точно не хотите полететь в Анталью вместе со мной?!

– Я... я... – запинаюсь, мотаю головой.

Мне, конечно, во весь голос хочется закричать: да, полечу!

Но я вспоминаю слова Ирины Петровны, своего адвоката, что пока я в выгодной позиции, в положении, когда суд будет на моей стороне, но если я сейчас полечу в Турцию и попытаюсь забрать Артура, если будет какое-то насилие с моей стороны, какой-то скандал, какой-то инициированный мною стресс для сына, все может измениться.

И я боюсь рисковать.

Поэтому все-таки говорю:

– Нет, спасибо, я не полечу с вами. Не подумайте, что причина в вас, просто... мой адвокат посоветовала мне оставаться дома.

– Понимаю, – он кивает.

– Спасибо.

В этот момент что-то объявляют по громкоговорителю, и мужчина оживляется:

– Ну наконец-то!

– Ваш рейс? – догадываюсь я.

– Да, объявили регистрацию.

– Я очень рада, – слабо улыбаюсь. – Надеюсь, вы все-таки не опоздаете на консилиум, и мальчик будет спасен.

– А я надеюсь, что вы быстро вернете своего сына, – говорит мужчина в ответ, потом достает из портфеля свою визитку и вручает мне.

Я читаю:

«Короленко Станислав Германович. Детский невролог-реабилитолог».

После имени и специализации – номер телефона, адрес электронной почты и название частной клиники, где он принимает пациентов.

– Потребуется помощь – звоните, пишите, – говорит он.

– Спасибо... Станислав Германович.

Конечно, я вряд ли позвоню или напишу, но все равно приятно, что он предлагает свою помощь и поддержку.

– Вот и познакомились, – улыбается мужчина. – А как ваше имя?

– Саша... – начинаю почему-то, потом спотыкаюсь и поправляю себя: – Александра Евгеньевна, – и протягиваю ему руку.

Он осторожно пожимает мои маленькие холодные пальцы своими большими и теплыми:

– Очень приятно, Александра Евгеньевна. Ну, я пойду. Был рад познакомиться и пообщаться. Пусть все будет хорошо.

– И у вас тоже, – я киваю. – До свидания.

– До встречи, – говорит он и уходит в сторону своей регистрационной стойки, а я, проводив его взглядом и спрятав данную мне визитку в карман, вздыхаю, тоже встаю с места и выхожу из аэропорта.

Надо возвращаться в будни, в дела, в работу.

Я понимаю, что звонить сейчас Мише бессмысленно: они все равно в полете, телефоны в авиарежиме.

Придется ждать, и это ожидание – настоящая пытка для меня.

Но делать нечего: я беру такси и еду на работу.

И так уже опоздала, пришлось писать маме своего подопечного, что у меня форс-мажор, сложные личные обстоятельства.

К счастью, они с сыном никуда не торопились, пошли мне навстречу и согласились подождать в коридоре у моего кабинета.

Но мне все равно очень неловко.

Когда мы наконец встречаемся, я начинаю просить прощения:

– Ольга Игоревна, мне так стыдно...

– Ну что вы, Александра Евгеньевна, – сразу же возражает мама моего подопечного. – Вы нас столько раз ждали, столько раз терпели наши истерики и панические атаки, столько раз соглашались перенести занятия, потому что мы неожиданно заболевали... да мы вас готовы ждать целую вечность!

– Целую вечность не надо! – смеюсь невольно, а сама смотрю на часы: я опоздала на сорок минут почти, ужас!

Ну, ничего: зато теперь старательно позанимаемся.

Торопиться-то мне все равно больше некуда сегодня: ни мужа, ни сына, дома никто не ждет...

После занятия я отправляюсь домой.

По дороге захожу в магазин, купить что-нибудь на ужин и завтрак... готовить, конечно, нет ни сил, ни времени, так что беру готовые супы и салаты, колбасную и сырную нарезки, немного свежих овощей и фруктов.

Вообще, у нас в доме принято питаться правильно, полезно и разнообразно, но пока я одна – плевать.

Потому что энергию сейчас важно пустить в другое русло.

В то, чтобы поскорее вернуть сына.

Посмотрев по табло рейсов, что самолет уже приземлился в Анталье, я набираю номер Миши.

Готова, что будет дикий роуминг, но лишь бы он взял трубку!

Длинные гудки выводят из себя, выкручивают нервы, но муж все-таки отвечает мне!

– Алло, – говорит нарочито-расслабленным голосом, и я сразу представляю, как он там валяется на лежаке под зонтом, а в метре от него ласкают золотой песок бирюзовые волны...

– Что с моим сыном?! – спрашиваю я без всяких предисловий.

– Он в полном порядке, – ленивым тоном отвечает муж.

– Дай мне поговорить с ним!

– Он спит... устал... позвони позднее.

– Как он перенес полет?!

– Прекрасно перенес.

– У вас был с собой спрей?! Который от аллергии?!

– Конечно, – говорит Миша уверенным тоном, и я немного успокаиваюсь. – За кого ты меня принимаешь?!

– А спф-крем взяли?!

– Само собой.

– А что на счет школы?! Он будет заниматься и выполнять домашние задания?!

– Нет. Он на отдыхе. Потом наверстает.

– Ты хоть понимаешь, что... – начинаю я, полная гнева, но потом слышу, как мой пока что муж говорит кому-то, кто находится рядом с ним:

– Да, конечно, милая...

Милая?!

Он там что, с любовницей?!

У него есть любовница, помимо Каролины?!

Та самая Елена?!

Что за ерунда?!

– Миша! – рявкаю я так громко, как могу, чтобы привлечь его внимание. – Как только Артур проснется, пусть позвонит мне, ясно?!

– Ясно, – говорит муж и, не дав мне больше сказать ни слова, просто сбрасывает вызов.

Вот ведь негодяй!

Продолжение следует. Все части внизу 👇

***

Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:

"Развод. И снова любовь", Элли Лартер ❤️

Я читала до утра! Всех Ц.

***

Что почитать еще:

***

Все части:

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12 | Часть 13 | Часть 14 | Часть 15 | Часть 16

Часть 17 - продолжение

***