Началоhttps://dzen.ru/a/aNPPd3wE2nsnfdV8
Я и до того стояла неподвижно, но теперь вообще застыла, как каменная статуя. Мередит, дочь Кареи да Цинр, была сестрой Ардена? Как это?..
- Названная! - выкрикнула леди Элмор. - Названная сестра, от брака, закончившегося уже вот как десять лет назад!
- Закончившегося? - тихо повторил Арден. - Она умерла, мама. Не ушла, не убежала, не исчезла. Стефани умерла.
- Так и что? До конца жизни будешь горевать? Пора уже подумать и о будущем! Кому достанется этот замок, графство? Когда я подержу на руках своих внуков?
Арден молчал, но выдержать не могла уже я. Даже когда я не видела его лица, было настолько болезненно очевидно, что он горюет, что ему вовсе не до этих бестактных вопросов матери. И что бы там ни врал мне Лорьен, а все же его слова о том, что Арден погибнет через девять дней, а уже выходит, через восемь – все никак не выходили у меня из головы.
Поэтому я перехватила поднос поудобнее и уверенно толкнула дверь покоев, даже не тратя время на то, чтобы постучать.
- Чай, - объявила я, прерывая только что открывшего рот Ардена, чтобы что-то ответить матери.
Леди Элмор, стоявшая ко мне спиной, уперла руки в бока.
- Ну, наконец-то, Элли. Как была ты медлительной, так такой и осталась. Гнал бы ты ее, Арден…
А потом она недовольно оглянулась на меня, и поняв, что я не Эйвор, закатила глаза, даже не пытаясь этого скрыть.
- Это ты ... И на эту глупую девчонку ты променял девушку с бала? - спросила она, поворачиваясь к Ардену. Я замерла от такой наглости, почему-то казалось, что в лицо мне леди Элмор все же грубить не будет. - Посмотри - ни лица, ни тела. Не то что та лебедушка – вот она была красавицей...
Уже тогда, когда леди Элмор закончила говорить, повернувшись ко мне снова спиной, я поняла, что говорила она не на кандолинском. Это был другой язык, но также мне знакомый – артонский. Поблагодарить здесь я, вероятно, должна была бы филологической университет.
Арден нахмурился, но, как и Мерика, думал, что я ничего не поняла. А мне уже начинало подрывать терпение.
Поэтому я слишком громко поставила поднос на кофейный столик, а потом отступила три шага к двери.
- Эта глупая девчонка может вас услышать. Хотя бы подождали, пока я уйду, прежде чем мне кости перемывать, – сказала я леди Элмор тоже по-артонски.
Та резко оглянулась ко мне, но я уже взялась за ручку двери. Рука, обернутая бинтами, болела, но я старалась этого не замечать.
- Что? - пробормотала Мерика.
Но я не услышала ее следующих слов, женщину мне заслонил вдруг оказавшийся рядом Арден. Глаза его были прищурены в подозрении, но смотрел он вовсе не на мое лицо, а на раненую руку.
- Ты в порядке? - спросил он, осторожно касаясь моего запястья. Я ожидала, что от этого прикосновения кожа и сами кости под ней отзовутся болью, но этого не случилось, наоборот, по руке словно пронесся холодок, снимая напряжение и остатки ожога.
Я не стала заглядывать под бинты, не перед леди Элмор, но почему-то знала точно, что когда сделаю это, от ожога на коже не останется ни следа.
А Лорьен же вчера тоже видел рану. И то ли не захотел, то ли не смог помочь.
- Да, лорд Элмор, - отозвалась я. От моего обращения уголок Арденового глаза недовольно дернулся. - Небольшая производственная травма.
Арден кивнул, но не выглядел довольным. И я вовсе не была уверена, что он мне поверил. Но разговоры леди Элмор таки убедили меня, что Аодхану в этом замке не место. Она все-таки попробует убрать и его, и меня, как только узнает, что дракон принадлежит не какой-то знатной леди, а самой обыкновенной зайди-служанке.
- Будь осторожной, Мари, - тихонько добавил Арден. И без всякого стеснения поднял мою ладонь и поцеловал самые кончики пальцев, не скрытые бинтами. Я же прижалась спиной к двери, на какое-то очень короткое мгновение забывая, что в комнате мы не одни.
Но игнорировать присутствие Мерики было не то что непросто, а невозможно, поэтому она кашлянула словно случайно, и я отскочила от Ардена, словно мячик. А он, еще на мгновение задержав мою руку в своей ладони, отпустил.
Но взгляд его говорил совсем другое – и от одного только него я почувствовала, что краснею до самых ушей.
– Я ... у меня много дел, - пробормотала я, а в следующее мгновение уже оказалась в коридоре, громко захлопывая за собой дверь. Подслушивать не хотелось, поэтому я просто бросилась по коридору прочь.
Но далеко уйти не успела, дверь скрипнула снова, и за моей спиной показалась тень.
- Мари ..., - Арден остановился. Я почему-то тоже. – Пожалуйста. Поговори со мной.
Я подняла брови. Поговорить?
– Я бы охотно, - сказала я, склоняя голову. - Но это ты убегаешь от меня, как от чумы.
Челюсть Ардена сжалась, и он сделал ко мне несколько шагов. На пальцах его блуждали одинокие искры, а ладони то сжимались в кулаки, то разжимались снова. Ладони его выглядели так, словно он надел черные перчатки – и все из-за проклятия, которое уже не сплеталось ядовитыми лозами, а захватывало всю кожу.
Чудом оно еще не заполонило все лицо – едва касалось глаз и бровей, подступало к губам, сделав их несколько синюшными. Но во всем остальном лицо Ардена было бледное, как у мертвеца.
Он приблизился ко мне уже так, что наши носы почти столкнулись. Подхватил мою ладонь, руки его были неестественно горячие, и поднес ее к своей груди. Положил на самое сердце, я слышала, как оно стучало отчаянно под рубашкой и расстегнутым камзолом.
- Прости меня, - лихорадочно прошептал Арден. Он прикрыл глаза, словно даже тусклый свет в коридоре был для него слишком ярким. - Прости меня, Мари. Я думал ... думал, что справлюсь сам. Что смогу защитить тебя.
Уже по моим ладоням пробежали искры – не волшебство, а статическое электричество от одного только прикосновения. Ноги стали ватными, и они бы подогнулись, если бы только не понимание, что тогда я действительно упаду. Арден сейчас был точно не в том состоянии, чтобы меня подхватывать.
- Ты можешь рассказать мне сейчас, - предложила я тихо. Стены вокруг нас словно сузились, мы уже не стояли в широком коридоре, в нескольких метрах от разгневанной матери Ардена, которая могла броситься его искать в любой момент.
Нет, мы стояли совсем одни, в маленьком потайном пространстве. А потом Арден отвел мою ладонь от своей груди и переплел наши пальцы.
- Да, - горько выдохнул он, а потом сделал несколько резких шагов прочь из коридора. - Но не здесь.
Он говорил отрывисто, коротко, но и эти слова отнимали львиную долю его сил. Я не стала спорить.
Арден, несмотря на то, что не возвращался в замок десять лет, казалось, знал его, как свои пять пальцев, он уверенно свернул в какой-то тайник под лестницей, которого я не замечала неделями, а потом завернул на узкую винтовую лестницу, ведя нас вниз.
- Куда мы идем? - не смогла удержаться от вопроса я, когда уже совсем прекратила узнавать стены.
Маленькие окошки, видневшиеся где – то далеко вверху, постепенно исчезали с каждым пролетом, мы уже были где-то в подвалах. В той их части, что мне не доводилось видеть раньше.
– Святилище. Сердце Зимнего замка.
Арден остановился перед высокой дверью, больше напоминавшей кованые ворота. Они выглядели такими старыми, ржавыми и тяжелыми, что я серьезно засомневалась, сможет ли Арден открыть их в таком-то состоянии. Но не успела я даже предложить свою помощь, как он осторожно положил ладонь на выемку, скрывавшуюся в тени, и дверь скрипнула, понемногу отворяясь.
Изнутри, на удивление, полилась тонкая полоска рассеянного сияния, она упала мне на ноги и начала подниматься, когда дверь приоткрылась пошире. Свет был точно не от солнца – слишком оранжевый. Тусклый, но не совсем уж и слабый.
Я посмотрела на Ардена и едва не отступила. Как только этот свет попал на лицо и руки мужчины, они словно перевоплотились: на несколько мгновений я заметила того Ардена, который только прибыл в зимний замок – с бледной, но еще не совсем больной кожей. Безо всяких следов проклятия.
Но стоило ему отступить в тень, как все вернулось – и мужчина даже пошатнулся, словно его отпустили руки, до того поддерживавшие. Я без слов подставила Ардену плечо и толкнула тяжелую дверь, чтобы она распахнулась пошире.
Мы оба вступили в зал одновременно – и оба остановились, пораженные увиденным зрелищем.
Тут точно не обошлось без магии, иначе я и представить не могла, как такая огромная комната, с этими высокими сводами, стенами, терявшимися далеко в тенях, могла вообще уместиться в замке. Но больше всего поражало не это, а сидевшие с обеих сторон к драконы.
Я сперва даже испугалась и едва не упала, и только через мгновение сообразила, что драконы не настоящие. Это были статуи, выточенные из мрамора и изумрудного камня чьей-то чрезвычайно искусной рукой. И выглядели они как настоящие из-за еще одной детали - в полураскрытых пастях с блестящими, острыми зубами, горел огонь.
Он был еще слаб, но понемногу разгорался, и именно он освещал комнату оранжевым сиянием, которое все кружилось на стенах и сходилось на огромных лапах в противоположном уголке зала.
- Что это?
Что это... это ... это…
Я спросила шепотом, но эхо от голоса прокатилось по каменным покоям и затерялось где-то между стенами. Я испуганно расширила глаза – каждое эхо звучало уже не так, как предыдущее, словно это не мой голос отражался от стен, а какие-то другие люди, затерянные в старых лабиринтах, подхватывали чужие слова.
Арден приложил палец к своим губам, приказывая молчать, а потом закрыл за собой дверь. В тот же миг опустилась такая полнейшая тишина, какой мне не доводилось слышать почти никогда. В последний раз, когда я пробудила Аодхана, в той странной пещере, где годами хранилось яйцо дракона.
На удивление, шаги не создавали эхо и мы совершенно беззвучно шли между каменных драконов, приближаясь к еще одному. Этот был больше других, по крайней мере, в три раза. Изумрудный, крупный. с пастью, что могла бы легко проглотить человека, даже не раскусывая его. Скульптор вырезал дракона, склонившегося мордой почти до самой земли, с чуть открытой пастью, из которой вот-вот должно было бы вырваться пламя.
И внутри этой пасти тоже горело пламя, но иначе, чем у других драконов. Сильнее, не оранжевым, а голубым, более горячим пламенем.
Я не решалась снова говорить, и только смотрела вопросительно на Ардена. Теперь я вовсе не испытывала страха, словно оказалась не в страшном тусклом зале, а в давно забытом доме. И что-то в пасти огромного дракона казалось мне призрачно знакомым, хоть я пока и не могла сообразить, что именно.
Мужчина сильнее склонился к моему плечу. Руки у него еле дрожали, хоть и выглядел он в этом зале лучше, чем где-либо в Зимнем замке. Вероятно, это место действительно было источником силы всего дворца, странным святилищем, как и та поляна, что показал мне Арден. И как и та пещера, что я нашла сама.
– В этом зале..., - тяжело начал Арден. Его голос охрип, но, в отличие от моего, не отозвался десятками голосов в углах. - Собраны все драконы, когда-то поддерживавшие Элморов. Все, до последнего.
Арден махнул рукой в самое начало зала, где были самые маленькие каменные статуи, размерами они едва превышали драциний. Драконы вырождались, становились меньше, слабее. Пока, очевидно, не исчезли из Элмора совсем.
- Зачем ты меня сюда привел? - все же спросила я.
Для чего?... Зачем?..
Я старалась не обращать внимания на голоса – женские и мужские, эхом звучавшие мне в ушах.
- Чтобы ... объяснить. И дать присягу.
Арден пошатнулся, но вдруг отстранился от моей руки. Он встал ровно и смотрел в глаза самому большому дракону, а те были вырезаны из какого-то голубого, прозрачного камня. И в этих глазах собирались и отражались все огоньки зала.
- Это древний дракон. Первый из тех, что стали союзниками Элморов в Великой войне, а потом остались, чтобы согревать своим пламенем горнило нашего рода.
Голос Ардена вдруг обрел силу, словно даже само упоминание о драконах придавало ему воодушевление.
- Перед этим древним драконом мы приносили клятвы, давали обеты. Женились. - Арден на мгновение остановился, и несмотря на вес его слов, а говорил он точно мне, он все еще смотрел в каменные глаза дракона. - Но когда последние драконы исчезли, свет погас. Я мечтал, что когда-нибудь он вернется. Но сейчас, если мне нужно отказаться от Мари, чтобы вернуть драконов к Элмору, я…
Я замерла. Так Арден действительно меня не узнал! Действительно думает, что это какая-то леди-лебедь пробудила дракона…
– Я не хочу этого, - четко сказал Арден. - Не хочу, и потому отказываюсь, Аод–
- Остановись!
Я выкрикнула это громче, чем планировала, и мой голос отозвался толпой. Как будто с каждым словом все больше эхо в зале пробуждалось, и все они кричали одновременно со мной:
Остановись! Остановись! Остановись!
И Арден действительно так и сделал, словно ему перерезало какие-то ниточки, благодаря которым он еще как-то держался. И он ослаб, едва поворачивая ко мне голову.
- Ты для меня важна, Мари. Важнее драконов, которых я даже никогда не видел.
Я прикусила губу. Лорьен предупреждал, не говорить Ардену об Аодхане. Что если я расскажу, а меня изведет из этого мира его мать, а дворяне не примут. Возможно, это даже была правда.
- Тогда расскажи мне о них. О драконах.
В груди мне горело, и я знала, что это было – связь с Аодханом, сидевшим сейчас в моей комнате, неспособный выйти, чтобы не показаться кому-то на глаза.
Арден пошатнулся, и я снова подхватила его за плечо. Нити проклятия, что в этом зале ненадолго отступили, начали снова стягиваться и едва ли не сильнее, чем раньше. Я медленно повела его в сторону – к статуе самого большого дракона. Между двумя когтями его левой лапы была щель, достаточная для того, чтобы в ней могли сесть два человека, опершись на когтистые каменные когти.
Арден вздохнул и наконец посмотрел на меня. В его взгляде была усталость, тоска, но еще какая-то призрачная надежда, улавливавшаяся на самом донышке взгляда.
- На балу появился дракон. Кто-то разбудил его, младенец, но больше, чем все новорожденные драконы, о которых хранятся записи. Это настоящее чудо, - горько выплюнул он. - А значит, драконы, где бы они ни были, проявили свою волю.
- Волю? - переспросила я тихо, но голоса в зале все равно подхватили слова.
– Да. Раньше, еще столетие назад, когда кто-то из Элморов выбирал себе пару, нужно было представить ее драконам. И они видели нечто, неподвластное глазу человека и либо одобряли невесту или жениха, либо же нет. И идти против воли драконов ... Поэтому они и исчезли. Кто-то из моих предков ослушался их желания, и они забрали защиту из графства. Ушли.
Я медленно кивнула. Арден откинулся головой на каменную чешую на лапе дракона.
Продолжение следует...