Сашка закрыл чемодан и отставил его к стене, чтоб не мешался.
- Я положила на твою карту две тысячи, - сказала Тамара.
- У, да я богач, - засмеялся Сашка. - Ты положила, бабуля дала… и у меня было…, - признался он.
- Ладно, богач, иди, прими душ, и спать, завтра разбужу рано, - строго сказала Тамара и вышла из его комнаты.
Глава 91
Сашка плескался в душе. Тамара, постелив постель на диване, заводила будильник, когда к её плечу прикоснулся рукой супруг.
- Том.
- Аа? Что? – развернулась она к нему лицом. Легкая дрожь пробежала по её спине.
- Том, можно я не поеду завтра утром на вокзал Сашу провожать? – спросил он, виновато опустив голову.
- Можно, – ответила она. - А почему не поедешь? Есть причина? – тень удивления скользнула по её лицу.
- Да…, - махнул он рукой и поморщился.
«Вокзал, стук железнодорожных колёс, вагоны…», - мысленно отозвалась Тамара на его неопределённое «да».
- Не объясняй, я поняла, - сказала она вслух. – Ты правильно решил. Конечно, лучше тебе не ездить. Я с тобой полностью согласна. Не волнуйся, я провожу его, и всё объясню. Он уже не маленький, поймёт…, не обидится, - сказала Тамара.
- Я не трус, но я боюсь, - тихо сказал Иван Непомнящий. Он думал, что объясняет ей своё состояние, а она подумала, что он вспомнил слова маленького Серёжи.
- Кто так всегда говорил, когда приходил к нам в спальню? – спросила Тамара, улыбнувшись. Глаза её засветились, но тут же погасли, услышав его ответ.
- Не помню…, - покачал головой Иван Непомнящий.
- Чего ты ещё боишься? - спросила Тамара, поставив будильник на стол. – Садись, - предложила она ему, указав на разложенный диван, и села сама. Иван Непомнящий уселся рядом. Их разговор продолжился.
- Ты говорила, что информация забывается. Вот сейчас я не помню то, что происходило со мной пятьдесят лет. И помню очень хорошо всё, что произошло после того, как я очнулся. Вот я и думаю…, что произойдёт с моей памятью, когда я вспомню прошлое? Всё, что я помню сейчас, сотрётся? Буду ли я так же хорошо помнить, как сейчас то, что происходит вокруг меня, или как все буду всё забывать? – сбивчиво говорил он.
- Аа, так вот что тебя мучает… Вот на какие проблемные вопросы ищешь ответы? Признаюсь честно, я, как и ты, не знаю. И я думаю, никто не знает, что произойдёт, когда к тебе вернётся память. Ты же знаешь, что твой случай уникален и достоин изучения, - ответила Тамара.
- Ага, вернётся память, и вся моя уникальность исчезнет, - усмехнулся Иван Непомнящий. - А ты не хочешь сохранить хоть что-то от этой уникальности? – спросила Тамара.
- Хоть что-то, это равносильно исчезновению. Я хочу, чтобы она не исчезала, – признался он.
- М-дааа…, - протянула Тамара. « И, вероятнее всего, это твоё «Не хочу» мешает тебе вспомнить свое прошлое», – подумала она. Вдруг дерзкая мысль промелькнула у неё в голове, и она за неё ухватилась. – Володь, понимаешь, никто, абсолютно никто не знает, что ты чувствуешь…, чему радуешься…, что тебя огорчает…, как ты ощущаешь себя в этом мире, – сказала она и посмотрела ему пристально в глаза. - Откуда и как ты черпаешь информацию, тоже никто не знает. И то, как ты читаешь…, как запоминаешь тексты…, как вспоминаешь, то, что слышал, читал, или видел. Никто не знает, как ты думаешь…, какие приходят в твою голову мысли…, как, чему и у кого ты учишься. О том, как мир воспринимают дети написано столько книг. А как это бывает у взрослых в их уникальных случаях, никто ничего не знает. Возможно, конечно, я ошибаюсь. В узких кругах, я имею в виду нейрохирургов, психологов и прочих специалистов, что-то известно. Но то, что происходит с тобой, поверь, никому неизвестно. Попробуй описать правдиво и подробно всё, что с тобой происходило и происходит. И тогда не будет так страшно ждать того момента, когда к тебе вернётся память прошлого…, - сказала она.
- Том, я не писатель, - возразил Иван Непомнящий, перебив её.
- Да, не писатель. Но ты же будешь писать для себя.
- Ну, если только для себя…, то можно и попробовать, - согласился Иван Непомнящий.
**** ****
Ночью в Москве снегопад всё-таки был, но совсем не такой, который ожидали коммунальщики. Поэтому к утру все дороги были расчищены и пробок на дорогах не было. Аркадий Борисович и Трофим приехали в холдинг даже раньше, чем обычно.
- Через полчаса вместе с Анисимовым жду вас у себя, - сказал Аркадий Борисович Трофиму, выходя из лифта.
Трофим лишь чуть наклонил голову, в знак согласия.
« Как всегда, немногословен, - отметил мысленно Аркадий Борисович, открывая дверь приёмной.
- Здравствуйте, Аркадий Борисович, - Ксения встала с кресла, приветствуя шефа.
- Здравствуйте, Ксения.
- Аркадий Борисович, Крапивин желает с вами встретиться. Уже три раза звонил, - сообщила она.
- Кроме него были звонки? – спросил Аркадий Борисович, открывая дверь своего кабинета.
- Пока нет, - ответила Ксения.
- Крапивину сообщите, что я жду его прямо сейчас, - сказал он и скрылся за дверью.
А Ксения по внутренней связи тут же вызвала адвоката к шефу.
Сергей Михайлович зашёл в кабинет и, поприветствовав Аркадия Борисовича, сразу приступил к докладу.
- Я вчера в следственном комитете был. Илона Георгиевна объявила, что не будет давать свои показания без моего присутствия, - сообщил он.
- И? – прищурил правый глаз Аркадий Борисович.
- Я зашёл к Роману Андреевичу, написал свой отказ по причине того, что буду представлять потерпевшую сторону, то есть вашу. И уехал. Но Илоне Георгиевне нужно срочно увезти вот это…, - Сергей Михайлович положил на стол перед Хайманом распечатанный список вещей.
Аркадий Борисович пробежался глазами по списку.
- Ну, раз вы будете представлять мою сторону, то и встречаться с Илоной Георгиевной будете вместо меня. Всё, что здесь написано, заберёте из её квартиры и увезёте ей, - сказал он.
- Но…, рыться в женских вещах…, - попробовал возразить, ошарашенный таким поворотом Крапивин.
- Ангелина с удовольствием вам поможет. Она скоро подъедет сюда. Ксения сообщит когда. Вы встретитесь с ней, ну и займётесь делом…, - не моргнув глазом, объявил своё решение Хайман. - У вас ещё есть вопросы? – спросил он.
- Пока, нет, - встал со стула Сергей Михайлович и развернулся к выходу.
«С одной стороны хорошо, что он отказался, а с другой…, с другой мы бы знали, как идёт следствие…, - подумал Хайман. – Да, что там, нам и так всё известно, - махнул он рукой. - А Гелька…, Гелька будет только рада свести счёты с соперницей…» - думал Аркадий Борисович, поглядывая на часы и ожидая Трофима с Павлом Сергеевичем.