Я встал с кровати, завернулся в простыню и взглянул на жену.
— Я в ванную, — сказал я.
— А я пока ты будешь мыться, разогрею в духовке мясо с картошкой, — ответила Вика, накинула халатик и пошла за мной.
Она догнала меня у двери, обняла сзади и прижалась всем телом.
— Я так тебя люблю, — сказала она, встала на цыпочки, и чмокнула меня в затылок. — А ты меня? Что ты чувствуешь рядом со мной?
— Я тоже, — бросил я через плечо. — Человеческая чувственность и сентиментальность дополняют супругам в браке, помогая им преодолеть любые невзгоды.
— Последнее время ты говоришь как робот, — заметила Вика. — Эти слова не твои.
— Откуда ты знаешь? — спросил я.
— Я женщина, я чувствую, — ответила она.
— Что ты чувствуешь?
— В твоих словах я слышу суровую нетерпимость и жесткость.
— Я с юности считал чувственность для мужчины излишней.
— Я помню тебя другим, — с досадой сказала Вика.
— Как и я тебя, — ответил я, закрывая дверь ванной. — И так бы считал, если бы не потерял доверие к тебе.
— Игорь, наши опрометчивые поступки заставляют нас пересмотреть классические ценности. Они дают шанс начать жизнь сначала, — сказала она в закрытую дверь. — Ты меня слышишь?
— Слышу, но легче не становится, — ответил я, включая поток воды на всю мощность.
— Игорь, кто без греха? — крикнула она, стараясь перекричать шум.
— Я тебя не слышу, — ответил я под душем.
Почистив зубы, я посмотрел на своё отражение в зеркале. Долго рассматривал каждую морщинку, снова сполоснул лицо.
— Пора возвращаться, — решил я, не отрываясь от зеркала. — Интересно, что жена думает обо мне? Считает ли меня сильным мужчиной или «половой тряпкой»?
— Милый, ты скоро? — услышал я голос жены из-за двери. — Всё готово. Мне тоже надо в душ…
Я стоял у зеркала, погруженный в мысли.
— Наконец-то, — раздражённо сказала Вика, открыв дверь. — Я уже вся мокрая.
Она вытолкнула меня в спину из ванной и захлопнула дверь.
— Ты всегда думаешь только о себе, — бросила она.
Через минуту дверь приоткрылась.
— Игорь, если хочешь, я ещё под душем, — хитро сказала она, оставив дверь приоткрытой.
Через пять минут Вика вышла улыбаясь.
— Почему не пришёл? — спросила она, садясь за стол напротив меня.
— Мне нужно заправиться, — ответил я, ласково глядя на жену.
— Перед серьёзным разговором нужно закончить предыдущий диалог, — напомнила она.
— Согласен.
— Представь, что мы заканчиваем школу, потом институт. Для нас счастье — получить достойную профессию, — сказала Вика. — Согласен?
— Да.
— После института мы стремимся к денежной и престижной работе.
Я кивнул, предвидя её вопрос.
— Вика, я согласен со всем, что ты говоришь, — ответил я. — Но не понимаю, как это связано с нашей проблемой.
— Чуть не потеряв тебя, я поняла, что не смогу жить без тебя, — призналась она. — Я искала обеспеченную жизнь, но пришла к единственному верному решению.
— Какому?
— Только сбросив скорлупу ограничивающих правил, мы сможем быть счастливы.
— Слишком сложно, — отметил я. — Скажи проще.
— Любимый, если мы не проявляем эмоции, то теряем возможность чувствовать друг друга. И тем самым ограничиваем свою жизнь.
— Всё равно не понимаю.
— Как ты не понимаешь! — она сжала кулаки от нетерпения. — Эмоциональность и сладострастие должны быть неразделимы.
— Почему?
— Я всегда считала тебя мягким мужчиной.
— Поэтому ты решила лечь в постель с жёстким?