Наташа не поняла тогда мамины знаки.
Утром перед встречей с нотариусом она разбирала мамины вещи. В секретере, между старыми документами, нашла конверт. На нем маминой еще твердой рукой было написано: «Наташе».
Внутри — завещание. Датированное четырьмя годами назад. Через полгода после инсульта, когда у мамы был период улучшения. Все заверено нотариусом. Квартира — Наташе. Полностью.
Руки дрожали. Наташа перечитывала снова и снова. Не верила. Мама успела. Мама все предвидела. Мама позаботилась.
В нотариальной конторе Лена с Игорем сидели уже за столом. Деловые, собранные.
— Давайте быстрее, — торопил Игорь. — У меня самолет через четыре часа.
Нотариус открыл дело о наследстве. Полистал бумаги.
— Есть завещание, — сказал спокойно.
Лена дернулась.
— Какое завещание?
— Покойная оставила всю квартиру дочери Наталье.
Тишина. Игорь первый опомнился.
— Это подделка! Мама была недееспособная после инсульта!
— Завещание составлено в период ремиссии, — нотариус показал документы. — Есть заключение врача о вменяемости на тот момент. Все законно.
— Ты знала! — Лена вскочила, ткнула в Наташу пальцем. — Ты специально! Обработала больную!
— Я узнала сегодня утром.
— Врешь!
— Не вру. Мама сама решила. Видимо, понимала, кто рядом, а кто раз в месяц звонит.
— Мы будем оспаривать! — Игорь стукнул кулаком по столу. — Это несправедливо!
— Несправедливо? — Наташа посмотрела на брата. — А то, что вы пять лет даже не приезжали — справедливо? Что денег на лекарства не присылали? Что я работу потеряла, жизнь свою?
— Никто не просил! — огрызнулась Лена.
— Да. Никто не просил. Я сама. И мама это оценила.
Игорь с Леной переглянулись.
— Мы все равно получим обязательную долю, — сказал Игорь. — Как наследники. По закону положено.
Нотариус кашлянул.
— Обязательная доля полагается только нетрудоспособным наследникам. Инвалидам, пенсионерам. Вы оба трудоспособны.
— Но... это же наша мать!
— По завещанию квартира переходит полностью Наталье. Таково волеизъявление покойной.
Лена схватила сумку.
— Ну и подавись этой квартирой! Сдохнешь тут одна, как мама!
Хлопнула дверью. Игорь молча вышел следом.
Наташа осталась подписывать документы. Нотариус сочувственно смотрел.
— Не переживайте. Со временем простят.
— Не простят, — сказала Наташа.
— И не надо.
Через месяц квартира была оформлена на нее. Наташа сделала ремонт в маминой комнате. Выкинула медицинскую кровать, ходунки, памперсы. Купила новую мебель.
Устроилась администратором в поликлинику. Зарплата маленькая, но стабильная. На жизнь хватало.
Лена с Игорем не звонили. На годовщину смерти не приехали. Наташа стояла одна у могилы. Положила мамины любимые белые розы.
— Спасибо, мам, — сказала тихо. — За все.
Дома, в мамином кресле, нашла старый фотоальбом. На снимке — они втроем маленькие. Лена, Игорь и она. Обнимаются, смеются. Мама молодая стоит рядом, улыбается.
Наташа закрыла альбом. Прошлое не вернешь. Да и не надо.
Квартира досталась ей. Но цена оказалась выше рыночной стоимости. Цена — в потерянных родных. В пяти годах у постели. В одиночестве, которое теперь навсегда.
Стоило оно того? Наташа не знала. Знала только, что по-другому не могла. И мама это понимала. Одна понимала.
В секретере остался еще один конверт. Маленький, без надписи. Внутри — мамина записка, корявым почерком левой руки: «Прости их. И живи».
Наташа сложила записку. Простить? Может, когда-нибудь. Жить? Придется. Выбора нет.
Как и пять лет назад.
Подписывайтесь на Telegram скоро там будет много интересного!
РОЗЫГРЫШ!!!
Всем большое спасибо за лайки, комментарии и подписку) ❤️
Навигация по каналу Юля С.
Ещё рассказы: