Глава 9(1)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
— И что делать? — спросил я у Капеллана, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.
Разведчик молчал, его взгляд метнулся к Свиблову, который в десяти метрах от нас размахивал руками, отдавая какие-то распоряжения с видом полководца после великой победы. Капеллан что-то прикидывал в уме, и судя по выражению его лица, математика выходила неутешительная.
К нам подошел Папа. Старший сержант Рычков выглядел так, словно только что обнаружил, что его любимое пиво разбавили мочой. Лицо красное, жилка на виске пульсирует, кулаки сжаты так.
— До мамаши-богомолихи, мать ее за ногу, мы не доберемся ни при каких раскладах, — промычал он, обращаясь к Капеллану. В его голосе слышалась едва сдерживаемая ярость. — Какие мысли?
Вокруг нас солдаты приводили себя в порядок — перезаряжали оружие, проверяли броню на повреждения, обрабатывали раны. Кто-то тихо матерился, кто-то молился, а один парень просто сидел и смотрел в пустоту тем взглядом, который бывает у людей, окончательно смирившихся со своей участью.
— Двигайтесь быстрее, черти ленивые! — заорал Свиблов откуда-то сбоку. — У нас задание! Мы должны уничтожить это логово!
Капеллан наклонился ближе к Папе, понизив голос до заговорщического шепота.
— Надо срочно отсюда уходить, сержант. Это самоубийство.
— Но как, если этот дебил, — Папа кивнул на Свиблова, стараясь не привлекать внимания, — не хочет ничего слушать?
Я невольно хихикнул — нервный смешок вырвался сам собой.
— Похоже, и так и так нам конец.
Папа резко повернулся ко мне, и его глаза сузились до размера бойниц.
— Мажор, ты чего уши греешь? — рявкнул он с такой силой, что слюна полетела мне в лицо. — А ну свалил отсюда, пока старшие разговаривают!
Он схватил меня за бронескаф, как котенка, и развернул на сто восемьдесят градусов.
— Тебе заняться нечем? Иди мины готовь, они нам скоро сильно понадобятся!
Пинок под зад, который последовал за этими словами, был настолько мощным, что я пролетел метра три, прежде чем восстановил равновесие. Спасибо сервоприводам ратника — без них я бы точно растянулся на слизком полу.
Потирая ушибленное достоинство бронескафа, я поплелся к своим. Толик, Мэри и Кроха стояли кучкой у стены, и на их лицах читалось то же, что чувствовал я — смесь недовольства, усталости и какого-то фаталистического юмора.
— Ну что, герой? — спросил Толик, когда я подошел. — Выяснил что-нибудь утешительное?
— О да, — кивнул я. — Мы в полной заднице, причем задница эта имеет множество входов.
Я с важным видом показал на темные отверстия в стенах пещеры.
— Видите эти проходы? — продолжил я, делая умное лицо. — Богомолы могут напасть через любой из них. Или через все сразу.
Кроха — двухметровый шкаф с лицом добродушного медведя — издал звук, похожий на скулеж щенка. Для человека его габаритов это выглядело особенно жалко.
— То есть мы окружены? — уточнила Мэри своим обычным бесстрастным тоном, словно обсуждала погоду.
— Хуже, — покачал я головой. — Мы в их доме. Это как влезть в муравейник и удивляться, почему вокруг столько муравьев.
Приподнятое настроение моих товарищей — если оно вообще было — окончательно испарилось. Толик выругался так витиевато, что я мысленно записал пару оборотов для будущего использования.
Краем глаза я заметил, что Капеллан и Папа все еще о чем-то шепчутся. Разведчик что-то чертил пальцем в воздухе, показывая Рычкову. Тот кивал, хмурился, снова кивал. Явно что-то замышляли, но что?
— Строиться! — неожиданно проорал Свиблов, и его голос эхом прокатился по пещере. — Живо! Рота, продолжаем движение!
Я схватил две мины — теперь уже привычным движением закинул их на плечо — и побежал в начало строя. Остальные «гренадеры» делали то же самое. Лица у всех были мрачные, вернее отрешенные, как на похоронах. Собственных похоронах.
Итак мы двинулись дальше, продираясь через месиво трупов богомолов. Это было мерзко. Под ногами хрустели обугленные панцири, хлюпала зеленая кровь, смешанная со слизью. Запах стоял такой, что даже через фильтры шлема хотелось блевать. Представьте себе смесь горелой резины, тухлых яиц и канализации — и вы получите примерное представление.
Свет наших фонарей выхватывал из темноты все новые кошмары. Стены были испещрены царапинами и ошметками богомолов. В некоторых местах виднелись коконы из какой-то органической субстанции. Я старался не думать о том, что может быть внутри. Вроде бы как до мамаши-богомолихи мы не добрались, значит это не ее яйца. Брррр!
Пещера постепенно расширялась. Своды поднимались все выше, теряясь в темноте. Эхо наших шагов возвращалось искаженным, создавая иллюзию, что кто-то идет следом. Или это была не иллюзия?
Примерно метров через сто мы вышли на своеобразную площадку — расширение пещеры, откуда расходились два больших прохода. Место было стратегически паршивое — открытое пространство без укрытий, а враг мог напасть с двух направлений.
И тут я услышал это. Гул. Знакомый, низкий, вибрирующий звук, от которого дрожали внутренности. Он шел отовсюду — из стен, из-под земли, сверху. Но главное — он шел из обоих туннелей впереди.
— Они идут! — крикнул кто-то, и в его голосе слышалась паника.
— Сразу с двух сторон, суки! — добавил другой.
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.