Найти в Дзене
Дом Римеоры

Креативность, интеллектуальная собственность и парадокс Лодердейла

Продолжаю читать "Культурные коды экономики" Александра Аузана. Рассуждая о возможностях и проблемах российской культуры с экономической точки зрения, автор книги указывает, что в России не принято ценить интеллектуальные разработки. У нас, мол, их слишком много и платить за них не принято (зачем, если можно придумать самому?). Потому до готового продукта доводят очень немногие идеи и прибыль страна не получает. Мнение это можно встретить часто. Оно, в целом, разумно — но, к сожалению, обходит молчанием один вопрос: если мы всё-таки внедрим институт интеллектуальной собственности, что случится с общенародным "котлом идей", из которого мы все сейчас черпаем умные мысли? В этой связи полезно вспомнить старый, но крепко забытый парадокс Лодердейла: частные богатства (public riches) растут по мере уменьшения богатства общественного (public wealth). Механизма здесь два. Когда общественное благо становится относительно редким, пользователи изъявляют готовность платить за него. А это создаёт

Продолжаю читать "Культурные коды экономики" Александра Аузана. Рассуждая о возможностях и проблемах российской культуры с экономической точки зрения, автор книги указывает, что в России не принято ценить интеллектуальные разработки. У нас, мол, их слишком много и платить за них не принято (зачем, если можно придумать самому?). Потому до готового продукта доводят очень немногие идеи и прибыль страна не получает.

Мнение это можно встретить часто. Оно, в целом, разумно — но, к сожалению, обходит молчанием один вопрос: если мы всё-таки внедрим институт интеллектуальной собственности, что случится с общенародным "котлом идей", из которого мы все сейчас черпаем умные мысли?

В этой связи полезно вспомнить старый, но крепко забытый парадокс Лодердейла: частные богатства (public riches) растут по мере уменьшения богатства общественного (public wealth).

Механизма здесь два. Когда общественное благо становится относительно редким, пользователи изъявляют готовность платить за него. А это создаёт стимул для частных лиц присваивать общественное благо и организовывать его производство и продажу. В России и странах Запада люди давно и крепко усвоили, что за еду надо платить. Воздух используют бесплатно — его много. А вот питьевая вода перешла из категории общественного богатство в обычный потребительский товар буквально на моей памяти.

Однако механизмы воспроизводства общественных благ могут существенно отличаться от частного производства. Некоторые из этих благ воспроизводятся только на очень больших масштабах. Каждый может разводить хомячков в городской квартире, но попробуйте организовать ферму по выращиванию слонов!

Есть ощущение, что идеи больше похожи на слонов, чем на хомячков.

Иными словами:

  1. Присвоение и частное производство интеллектуального продукта в России можно поставить на широкую ногу, когда интеллектуальный потенциал людей, в среднем, станет меньше и они будут готовы за такой продукт платить.
  2. Данное присвоение приведёт к распаду (хотя бы частичному) единого информационного пространства и дальнейшему снижению интеллектуального потенциала общества.

Такого сценария хотелось бы избежать. Но как в таком случае научиться доводить идеи до готового продукта? Приглашаю высказываться в комментариях.