Темнота мартовской ночи 1801 года окутала Михайловский замок, когда группа офицеров ворвалась в опочивальню императора. Павел I отказался подписывать отречение. Вскоре император был убит заговорщиками в собственной опочивальне
В соседней комнате, не решаясь войти, стоял двадцатитрехлетний наследник Александр. Он дал молчаливое согласие на переворот, но никак не ожидал, что все обернется кровавым преступлением.
Утром уже весь Петербург узнал, что император почил. У Павла осталось четверо сыновей. Казалось бы, братья по крови должны были держаться друг друга, поддерживать и защищать.
Но реальность оказалась иной.
Александр I - император с незаживающей раной
Первенец императора Павла появился на свет в декабре 1777 года и сразу был отнят у родителей. Екатерина Великая, правившая тогда Россией, сама занялась воспитанием внука. Она мечтала вырастить из мальчика идеального монарха, образованного, просвещенного, либерального.
Это у неё получилосью. Александр действительно вырос умным, начитанным, владеющим языками.
Но юноше пришлось научиться и ещё одному искусству, под названием притворство. Бабушка ненавидела его отца Павла и не скрывала желания передать престол сразу внуку. Отец же видел в сыне конкурента и угрозу. Молодому великому князю приходилось постоянно лавировать. Он старался быть любезным с Екатериной, но не раздражать Павла. То есть говорил одно, думал другое, а делал третье.
Когда в ноябре 1796 года Екатерина Великая скончалась, на престол вступил Павел I. Его царствование продлилось всего четыре с половиной года, но император успел настроить против себя практически все дворянское сословие.
Его деспотичность, его непредсказуемые гневные вспышки, массовые опалы и суровые наказания породили заговор.
Цесаревич Александр знал о готовящемся перевороте.
Историки спорят о степени его вовлеченности, но факт остается фактом. Молодой наследник не остановил заговорщиков. Возможно, он действительно надеялся лишь на отречение отца, а не на его физическое устранение. Но результат оказался трагическим.
Когда в ту мартовскую ночь до Александра донесся шум из царских покоев, когда ему сообщили о гибели отца, наследник, по воспоминаниям очевидцев, рыдал и кричал, что не примет корону, запятнанную кровью.
Но путь назад был закрыт. В двадцать три года он стал самодержцем всероссийским с несмываемым клеймом отцеубийцы.
Это бремя давило на императора всю жизнь.
С годами Александр все больше погружался в религиозный мистицизм, искал искупления грехов через молитвы и покаяние. В дневниковых записях поздних лет он размышлял о расплате перед Всевышним за тот страшный поступок юности.
В ноябре 1825 года сорокасемилетний государь внезапно скончался в далеком Таганроге при весьма загадочных обстоятельствах. Почти сразу родилась легенда, что царь инсценировал собственную кончину и удалился в сибирские скиты под именем странника Федора Кузьмича.
Доказательств этой версии нет, но сама ее живучесть говорит о многом. Современники прекрасно понимали, насколько тяжел был для Александра груз вины.
Отношения с братьями у первого императора складывались сложно. Константина он держал при себе, но настоящего доверия между ними не возникло. А вот младших, Николая и Михаила, старший брат почти не знал. Слишком велика оказалась разница в годах и обстоятельствах воспитания.
Константин Павлович - цесаревич, выбравший сердце вместо скипетра
Второй сын императорской четы родился в мае 1779-го. Имя младенцу выбирала сама Екатерина II. Она нарекла внука Константином в честь великих византийских василевсов. У императрицы был грандиозный замысел. Она хотела разгромить Османскую империю, возродить Византию и посадить внука на константинопольский трон.
Проект так и остался мечтой, но имя прижилось в династии Романовых.
По характеру второй великий князь оказался полной противоположностью старшему. Там, где Александр демонстрировал мягкость и дипломатичность, Константин проявлял резкость и прямолинейность.
Если первый увлекался философией и изящной словесностью, то второй страстно любил все военное. За неукротимый темперамент великий князь получил меткое прозвище «деспотический вихрь».
Когда Константину исполнилось двадцать лет, он получил шанс проявить себя на поле боя. В 1799 году молодой князь участвовал в знаменитых итальянской и швейцарской кампаниях под командованием Александра Суворова.
Легендарный полководец весьма положительно отзывался о храбрости и хладнокровии юного Романова в сражениях. Из всех четырех братьев лишь Константин лично водил полки в атаку под вражескими ядрами.
После мартовских событий 1801 года второй сын автоматически стал официальным наследником престола. Однако перспектива царствования его нисколько не вдохновляла. Великий князь отлично понимал собственные слабости, свою излишнюю вспыльчивость, нетерпеливость и неспособность к долгим дипломатическим интригам. Для управления огромной империей требовались совсем иные качества.
Судьба распорядилась так, что в 1815 году цесаревич оказался назначен наместником Царства Польского. Именно в Варшаве произошла встреча, перевернувшая всю его дальнейшую судьбу.
На одном из балов тридцатишестилетний Константин Павлович увидел двадцатилетнюю польскую графиню Жанетту Грудзинскую и влюбился без памяти.
Юная аристократка поражала не столько классической красотой, сколько каким-то особым очарованием, выразительным взглядом темных глаз, умной улыбкой и изяществом манер. Она обладала незаурядным характером.
Когда могущественный наследник российского престола начал оказывать ей недвусмысленные знаки внимания, девушка решительно отказала. Воспитанная в строгих религиозных правилах, она не желала становиться фавориткой женатого мужчины, каким бы высоким ни был его титул.
Целых пять лет великий князь добивался благосклонности неприступной красавицы. Пять лет он ждал, писал письма, умолял, надеялся. Наконец в апреле 1820 года император Александр разрешил брату расторгнуть династический брак с немецкой принцессой Анной Федоровной, от которой у Константина не было детей. И в мае того же года состоялась скромная свадьба цесаревича с польской графиней. Не было никакой пышности, никаких торжеств.
Молодая жена получила титул светлейшей княгини Лович.
Согласно династическим законам, дети от неравного брака не имели прав на престол. В августе 1823 года Константин составил письменное отречение от наследования трона в пользу следующего брата, Николая Павловича. Документ этот держали в строжайшей тайне, его планировалось обнародовать только после кончины правящего монарха.
Когда в декабре 1825-го пришла весть о внезапной смерти Александра I, началась невероятная путаница. Константин категорически отказывался приезжать из Варшавы в столицу и формально отрекаться.
Николай Павлович, узнав о тайном манифесте, первым присягнул старшему брату. За ним присягнула гвардия, сенат, все государственные учреждения.
Даже монеты успели выпустить с профилем «императора Константина I».
А упрямый цесаревич продолжал сидеть в Варшаве рядом с любимой женой и слать письма, в которых настаивал на своем отказе. Жанетта тоже была категорически против, горячая патриотка Польши меньше всего желала стать императрицей страны, подчинившей ее родину.
Почти месяц огромная держава существовала без ясности, кто же ею правит.
Именно эта неразбериха дала возможность декабристам попытаться осуществить переворот. Формальным лозунгом восставших стала защита «законных прав Константина Павловича».
Николай I - третий брат, ставший самодержцем поневоле
Третий сын императорской четы появился на свет в июне 1796-го, когда Павел Петрович еще не взошел на престол. Через несколько месяцев его отец стал императором, а еще через четыре с небольшим года мальчик остался сиротой.
Воспитанием младших великих князей занималась мать, вдовствующая императрица Мария Федоровна, а непосредственным наставником был назначен генерал Матвей Ламздорф.
Этот военный, не имевший никакого педагогического опыта, воспитывал мальчиков по принципам казарменной муштры. Царила жесткая дисциплина и наказания за малейшую провинность.
В результате Николай вырос замкнутым, недоверчивым человеком, привыкшим держать эмоции под строжайшим контролем.
Третьего великого князя никто не готовил к царствованию, он был слишком далек от престола. Он мечтал о спокойной службе и тихом семейном счастье с обожаемой супругой Александрой Федоровной.
Но в 1819 году все переменилось.
Александр I в приватной беседе сообщил брату потрясающую новость о том, что Константин собирается отказаться от наследования трона, а значит, следующим императором предстоит стать Николаю. Для великого князя это известие стало настоящим ударом. Он категорически не хотел царствовать, понимая всю тяжесть этого бремени.
Однако судьба распорядилась именно так.
В декабре 1825-го неожиданно скончался Александр I. Началась невообразимая неразбериха с престолонаследием.
Наконец, после мучительных недель неопределенности, четырнадцатого декабря была назначена переприсяга уже Николаю Павловичу.
И в этот самый день на Сенатской площади произошло восстание гвардейских полков. Офицеры-декабристы вывели около трех тысяч солдат и потребовали Конституцию, отмену крепостного права и возвращение трона Константину.
29-летний Николай провел этот день на площади, пытаясь урегулировать ситуацию мирно. Но переговоры зашли в тупик. Граф Милорадович, пытавшийся уговорить мятежников, был смертельно ранен.
К вечеру император принял тяжелейшее решение. Он приказал верным войскам открыть огонь картечью по восставшим. Площадь залила кровь. Восстание было подавлено за несколько часов.
Этот трагический день определил весь стиль тридцатилетнего правления Николая I. Император превратился в символ жесткой руки и непоколебимого самодержавия. Он усилил полицейский контроль, расширил полномочия Тайной канцелярии, ввел жесточайшую цензуру. Любые проявления вольнодумства подавлялись в зародыше.
При этом сам государь не был жестоким тираном.
К декабристам во время следствия не применяли пыток, казнили лишь пятерых главарей. Николай искренне верил, что только строгий порядок и дисциплина способны удержать огромную империю от хаоса и развала. Он видел себя не деспотом, а защитником России.
Михаил Павлович - незаметный младший среди ярких старших
Самый младший из братьев родился в феврале 1798-го, уже в период царствования отца. Михаил оказался единственным из четверых, кто появился на свет, когда Павел I носил императорскую корону. Но эта особенность не принесла ему никаких преимуществ.
Когда мальчику исполнилось три года, произошла трагедия в Михайловском замке. Отца не стало, и Михаил рос под опекой матери и того же сурового генерала Ламздорфа, что воспитывал Николая.
Младший великий князь всю жизнь провел в тени трех старших братьев, каждый из которых был гораздо заметнее его.
Он участвовал в военных кампаниях, получал награды и чины, дослужился до генеральских погон. Но все его достижения терялись на фоне яркой биографии Николая I.
Михаил оставался послушным исполнителем царской воли, не более того.
В личной жизни младшему брату повезло больше. Он женился на немецкой принцессе Шарлотте Вюртембергской, принявшей православное имя Елена Павловна. Супруги любили друг друга, у них родилось пятеро дочерей. Михаил находил счастье в тихом семейном кругу, вдали от государственных бурь.
После кончины Константина в 1831-м и до совершеннолетия наследника Александра Николаевича младший великий князь формально считался следующим в линии престолонаследия. Впрочем, все понимали условность этого статуса, ведь у императора Николая подрастали здоровые сыновья.
Михаил Павлович скончался в августе 1849-го в возрасте пятидесяти одного года. Его жизнь прошла тихо и незаметно, не оставив яркого следа. Из четырех сыновей Павла I он был самым неприметным и, вполне возможно, самым счастливым.
Четверо чужих или как братская любовь изменила судьбу России
Четыре сына одного отца и четыре абсолютно разных жизненных пути. Александр до конца дней нес на душе тяжкое бремя вины за гибель отца. Константин пожертвовал троном ради любви, но невольно спровоцировал кровавый мятеж декабристов.
Николай стал самодержцем вопреки собственному желанию и превратил империю в полицейскую казарму. Михаил тихо прожил жизнь в тени великих братьев, так и не оставив значительного следа.
Они не были близки между собой. Огромная разница в возрасте, принципиально разное воспитание, несхожие темпераменты.
Александр и Константин, выросшие в эпоху Екатерины, смотрели на мир совсем не так, как Николай с Михаилом, воспитанные в атмосфере военной дисциплины после гибели отца.
Могло ли быть иначе?
Могли ли сыновья Павла I стать настоящей дружной семьей, а не собранием чужих друг другу людей?
На этот вопрос нет ответа, ведь история не терпит сослагательного наклонения. Остается лишь констатировать печальный факт. Четверо мужчин, получивших при рождении все мыслимые привилегии и возможности, так никогда и не обрели самого главного, а именно подлинной братской близости, которую не купишь ни властью, ни богатством, ни императорской короной.