Но Константин Иванович всегда мог найти в завалах нужную вещь.
В октябре 2025 года героем авторский рубрики обозревателя «СЭ» Юрия Голышака — «Голышак ищет» — стал Вячеслав Каневский. Когда-то он от ЦК ВЛКСМ был приставлен к футбольной и хоккейной сборным СССР.
Отойдя от футбольных дел, нырял в бизнес. Держал собственную типографию. Снова уходил в футбол — и работал уже в московском «Динамо». Сейчас Вячеслав Сергеевич занимается изучением Торы. В отрывке ниже — рассказ Каневского о кабинете Бескова и своем уголке на стадионе «Динамо».
Все в пиджаках, Блохин — в пуловере
— Тренера сборной Малофеева футболисты Лобановского ненавидели — и сплавили при первой возможности. Бесков с ними ладил?
— Вот история. 9 мая сборная отправляется класть венки к первому рубежу обороны Москвы. Как раз когда Яшин помог проехать. Все вышли в костюмах сборной команды, на кармане расшитый золотом герб. Только Блохин в пуловере.
— Такая же история была когда-то с хоккеистом Ларионовым.
— Олег Владимирович стоит в свитере — как будто так и нужно. Бесков смотрит, багровеет. Ко мне: «Слава!» — «Чего?» Указывает на Блохина: «Иди поговори с ним, я уже не могу...»
— Разговор сложился?
— Ничего страшного, он же не голый вышел — но все-таки команда. Говорю: «Милый мой, ты чего?» — «А шо случилось?» — «Ты ж умный человек, не зря тебя лучшим футболистом Европы назвали. Сделай одолжение, накинь пиджак...» — «Ну ладно...» Пошел и надел. Вспомните себя в 20 лет — вы чудили?
— Еще как. Лучше не вспоминать. Последняя встреча с Бесковым?
— Увиделись на «Динамо» — он в 74 года снова стал тренировать. Встретились в приемной Коли Толстых. Бесков оттуда, а я — туда. Усмехнулся, кивнул на дверь: «Скажи ему — пусть хоть уберется в кабинете...»
— Беспорядок у Николая Александровича легендарный. Если и можно с чем-то сравнить завалы — только с моей мытищинский квартирой.
— Но как он разбирался в этом бардаке — это же цирк! Безошибочно из кучи выдергивал нужную бумажку! А после него пришел Заварзин. Все сразу выкинул, чистота идеальная. Я однажды дверь открыл — подумал, не туда зашел.
— Что ж вы не помогли Николаю Александровичу разобраться?
— Сколько раз предлагал — бесполезно! Бескову так и ответил: «Это не изжить». Мы с Колей с института знакомы. Он был комсоргом в команде — а я комсоргом от ЦК. Помню, водил их на завод, где «Рубины» собирали.
— Телевизоры?
— Ага. Завод был шефом у московского «Динамо». На субботники к ним ходили. Таскали эти телевизоры. Знаете, сколько весили? 60 килограмм! А юношеские сборные на овощную базу возил. Даже олимпийскую.
Кабинет Берии
— В вашем-то кабинете было просторнее и светлее?
— Я на стадионе «Динамо» сидел в кабинете Берии! Мне рассказали — этот кабинет на стадионе специально был отписан Лаврентию Павловичу. Довольно небольшая комнатка.
— Шляпа не осталась?
— От Берии там ничего не было. Зато очень удобно выходить в ложу, прекрасный вид на поле. Петрашевский ко мне туда любил заглядывать.
— О, великий селекционер, создал все ранние команды Лобановского.
— Совершенно верно. А дорабатывал в московском «Динамо». Александр Сигизмундович смотрит на поле, горюет: «Что-то наши сегодня тачку возят...» Я отвечаю: «Вы ж профессиональный человек, знаете — в команде должна быть ось. Классный вратарь, центральный защитник, полузащитник и нападающий. А нам кого набрали?» Он так взглянул: «Понимаешь!»
— Чувствовали, что понимаете?
— Нет, конечно. Ничего не смыслю. Если уж Николай Старостин мне говорил: «Я в футболе 50 лет — и ничего в нем не понимаю...» А вот любить — это другое. Как раньше любили футбол! Я жил на Плющихе возле маленькой церкви, где Чехов венчался. Знаете ее?
— Насчет венчания Чехова — для меня новость.
— А рядом с ней дом, где жил Виктор Понедельник.
— Вот к нему-то я часто ездил на Плющиху. Рядом дома Юрия Белоуса и Вячеслава Добрынина.
— Замечательно! Я в этот дом переехал из коммуналки. Мой приятель Коля Толстых как-то является в гости. Во дворе пацанва играет в футбол. Мячик к нам отлетает — и Коля толково его останавливает, отпасовывает назад. Все-таки мастер спорта. Ребята оцепенели: «Вы — Николай Толстых?!» — «Да». — «Как вы здесь?!» — «Да вот к другу...» После этого даже на меня во дворе смотрели с великим почтением. Друг Николая Толстых из «Динамо»!
— Хоть раз видели его в полковничьем мундире?
— Кого, Колю?! Кто вам сказал, что он полковник?
— Мне казалось, все знают.
— Я в первый раз слышу. Знаю, что он числился начальником отдела МУРа. Но мне казалось, в какой-то момент ушел и снял погоны. Вообще-то Николая об этом не расспрашивал. Если через МВД ему сохранили звание, чтоб больше денег получал, — то и слава богу.
— Характер удивительный.
— Его переубедить очень тяжело. В школе была кличка Железяка. Но он же не за свои штаны борется! Я видел, как по стадиону «Динамо» за ним бегал человек с дипломатом. Знаете, что было в этом дипломате?
— Что?
— Миллион долларов! Не буду говорить, кто и из какой команды. Она вылетала. Люди из этого клуба точно высчитали, что возвращение в высшую лигу будет стоить не один миллион, а десять. А Николай Александрович убегал от него.
— Толстых замечательный человек.
— Сколько он руководил в «Динамо» — все время судился. Дня не было, чтоб не случилось судебных дел.
— Это какой-то гоголевский характер. С кем судился?
— Например, с городским советом «Динамо». Отсудил стадион и базу. Если б этого не сделал — сейчас не было бы никакого «Динамо». Однажды вызывает меня, в кабинете два юриста. Начинает рассказывать про модель передачи «Динамо». Кому, чего, как. Час мы просидели, идем к дверям. Вдруг слышу: «Слава, а ты останься». Смотрит на меня: «Что думаешь?» — «Коля, ты все это серьезно задумал? Сам-то понимаешь, что первый человек, которого отсюда выпроводят, будешь ты?»
— Речь шла про банк?
— Нет. Все передавалось центральному совету «Динамо». Завелся: «Не понимаешь! Мне пообещали, я с министром говорил...» — «Ты мое мнение спросил? Вот оно! Я даже допускаю, что этот министр верит в то, что говорит. Но все равно тебя уберут первым...»
— Так и случилось?
— Разумеется. Поставили Володю Ульянова. Прежде работал в «девятке» КГБ. Мне серьезные комитетчики сказали про него: «Ты можешь себе представить, чтоб из нашей конторы уволили человека? У нас могут заколотить в ящик и куда-то вывезти. Могут положить перед тобой пистолет с одним патроном. Но уволить — это невозможно представить. Так вот Ульянова уволили... Это до чего надо довести ведомство?!»
— Как начальник он не состоялся?
— Вообще ничего не сделал.
Читайте также:
- Разбился на универсиаде в 21 год. Трагедия советского прыгуна в воду