Валентина Петровна осторожно развязала ленточку. Внутри коробки лежала стопка фотографий и небольшая записка.
Начало этой истории читайте в первой части.
«Дорогая Валентина Петровна, — читала она, и с каждым словом лицо её бледнело, — благодарю вас за науку. Вы научили меня никому не доверять и всегда иметь план Б. Надеюсь, вам понравится ваша новая жизнь в доме, который теперь действительно принадлежит вам. Правда, не совсем так, как вы рассчитывали.»
Дрожащими руками Валентина Петровна взяла первую фотографию. На ней она сама, в объятиях незнакомого мужчины. Молодого, стройного. Фото было сделано в ресторане, очень чётко, профессионально.
Вторая фотография — она же, но уже в номере отеля. Третья, четвёртая... Кровь стучала в висках всё громче.
— Не может быть, — прошептала она.
Но факты были неопровержимы. Вот она, уважаемая вдова, мать семейства, столп общественной морали, в весьма двусмысленных ситуациях с мужчиной, который годился ей в сыновья.
Руки тряслись так сильно, что фотографии рассыпались по полу. Валентина Петровна схватила записку, дочитывая её до конца:
«Познакомьтесь — это Андрей, студент актёрского. Очень талантливый молодой человек и, кстати, мой двоюродный брат. Последние полгода он играл роль поклонника, которого вы так удачно подцепили в кафе. Помните? Тогда, когда решили доказать Игорю, что вы ещё ого-го какая женщина.
Фотограф, кстати, тоже профессионал. Теперь у меня есть полная коллекция ваших... достижений. А ещё есть записи ваших телефонных разговоров с Андреем. Такие страстные признания! "Мой мальчик", "сладкий котёнок" — Игорёк будет в восторге от материнской нежности.
Кстати, о доме. Вы же помните, что он был оформлен на меня ещё три года назад? Игорь тогда налоги экономил, а заодно решил сделать мне сюрприз ко дню рождения. Какой романтик, правда? Только вот в суде вы предъявили поддельные документы. Интересно, как вы их достали? Впрочем, неважно.
Настоящие документы на дом уже в нотариальной конторе. А ваши подделки — у моего адвоката. Вместе с заявлением о мошенничестве.»
Валентина Петровна рухнула в кресло. Сердце колотилось так, будто хотело выскочить из груди. Перед глазами плыли красные круги.
— Не может быть, — повторяла она, как заклинание. — Эта дура, эта серая мышь...
Но память услужливо подбрасывала детали. Действительно, три года назад Игорь что-то говорил про переоформление... Она тогда не слушала, была увлечена новой шубой. А документы в суде ей принёс знакомый юрист, сказал — всё чисто, не переживайте. За услугу взял немало, но результат гарантировал.
Результат... Валентина Петровна горько рассмеялась. Результат превзошёл все ожидания.
Телефон зазвонил. На экране высвечивалось: «Игорёк».
— Мама, ты что творишь?! — голос сына звенел от ярости. — Мне только что Аня звонила! Говорит, ты с какими-то мужиками якшаешься! И дом... Мам, как ты могла?!
— Игорёчек, я могу всё объяснить...
— Объяснить?! Да ты спятила совсем! Я сейчас приеду, и мы во всём разберёмся!
Гудки в трубке. Валентина Петровна медленно опустила телефон. За окном шумел вечерний дождь, капли барабанили по стеклу, как пальцы нетерпеливого музыканта.
Она поднялась, подошла к зеркалу. Отражение показало ей пожилую женщину с растрёпанными волосами и размазанной помадой. Где же та уверенная в себе дама, которая ещё час назад торжествовала победу?
В прихожей послышался звук ключа в замке. Игорь вошёл, не здороваясь. Лицо у него было мрачнее тучи.
— Ну что, мамочка, довольна? — он бросил на стол папку с документами. — Вот твои липовые справки. А вот — настоящие. Дом принадлежит Ане. С самого начала принадлежал.
— Но суд...
— Суд решил дело на основании подложных документов! Ты понимаешь, что тебе за это грозит?
Валентина Петровна опустилась на стул. Ноги не держали.
— А эти фотографии... — Игорь брезгливо тряхнул снимками. — Мам, тебе не стыдно? В твоём возрасте с мальчишкой крутить романы!
— Он сказал, что любит меня, — прошептала она.
— Да он за деньги работал! Аня ему платила! Понимаешь? Всё это время она знала о твоих похождениях и собирала компромат!
В гостиную вошла Анна. Та же тихая, скромная, но теперь в её глазах светились совсем другие огоньки.
— Добрый вечер, Валентина Петровна. Как вам подарочек?
— Ты... ты всё подстроила.
— Я просто дала вам возможность показать, кто вы есть на самом деле. — Анна села напротив, сложив руки на коленях. — Пять лет вы травили меня, унижали, называли бесплодной. А сами в это время изменяли памяти покойного мужа с первым встречным.
— Анька, ты гений, — восхищённо произнёс Игорь. — Я и не подозревал, что ты на такое способна.
— А я многое умею. Просто не показывала. — Анна улыбнулась. — Кстати, Игорь, поздравляю с будущим отцовством. Жалко только, что Кристина вчера сделала аборт. Она мне сама рассказала. Оказывается, ребёнок был не от тебя.
Игорь побелел как полотно.
— Что... как...
— А вот так. Пока ты строил планы на новую жизнь, твоя секретарша развлекалась с твоим же компаньоном. Кстати, завтра она подаёт на тебя в суд за принуждение к близости. У меня есть записи ваших разговоров, где ты угрожал её уволить, если она не будет... сговорчивой.
Воцарилась тишина. Только дождь продолжал свою монотонную песню за окном.
— Вы оба получите то, что заслуживаете, — спокойно продолжала Анна. — А я наконец-то буду жить спокойно. В своём доме. Одна.
Она встала, направляясь к выходу.
— Кстати, Валентина Петровна, у вас есть три дня, чтобы освободить дом. Потом приедет судебный пристав.
— Аня, постой! — Игорь кинулся за ней. — Мы можем всё обсудить! Я разведусь с Кристиной, мы начнём сначала!
Анна обернулась на пороге. В её улыбке не было ни капли прежней покорности.
— Знаешь, милый, а ведь я действительно беременна. На третьем месяце. Только не от тебя. Андрей оказался не только хорошим актёром, но и прекрасным мужчиной. Мы поженимся на следующей неделе.
Дверь закрылась. Валентина Петровна и Игорь остались сидеть в чужом доме, среди чужих вещей, с горьким привкусом поражения во рту.
За окном рассвело. Новый день обещал быть долгим.