Их разделяли семнадцать лет, разные характеры и тайны престолонаследия. Один мечтал о либеральных реформах, другой насаждал железную дисциплину. Как два брата, правившие великой империей, остались чужими людьми?
В ноябре тысяча восемьсот двадцать пятого года в Таганроге скоропостижно скончался император Александр Первый. Вся Россия замерла в ожидании. Кто же взойдет на престол? Законный наследник, великий князь Константин Павлович, находился в Польше и упорно молчал. А младший брат, Николай, стоял перед тяжелейшим выбором.
Двадцатидевятилетний Николай Павлович не хотел становиться императором. Он присягнул Константину, приказал всем присягать Константину. Но тот категорически отказывался принять власть. Началось странное междуцарствие, когда оба брата словно отталкивали от себя корону.
Николай чувствовал себя загнанным в ловушку. Он никогда не готовился править империей. К государственным делам его не допускали. Между ним и старшими братьями пролегла пропасть длиной почти в два десятилетия. Александр был старше на восемнадцать с половиной лет, Константин на семнадцать. Это были почти разные поколения, выросшие в совершенно разных мирах.
Два мира одного дворца
Александр появился на свет в декабре тысяча семьсот семьдесят седьмого года, когда Екатерина Великая находилась в расцвете своего могущества. Императрица сразу забрала первенца у сына Павла, которого ненавидела и боялась. Воспитание внука она взяла в свои руки.
Будущему императору предстояло стать идеальным монархом. Екатерина выбрала ему особенного наставника - швейцарца Фредерика Лагарпа, человека с республиканскими взглядами. Лагарп прививал мальчику идеи Просвещения: критическое отношение к крепостному праву, необходимость гражданских свобод, мечты о конституции. Александр вырос красивым, образованным, свободно владеющим тремя языками юношей с либеральными убеждениями.
Николай родился почти двадцать лет спустя, в июне тысяча семьсот девяносто шестого, за несколько месяцев до смерти бабушки. Ему не довелось впитать дух екатерининского двора. Когда мальчику исполнилось четыре года, в результате дворцового заговора погиб его отец, император Павел. На престол взошел Александр.
Николая воспитывала мать, вдовствующая императрица Мария Федоровна. Она боролась со страстью сына к военному делу, но безуспешно. С раннего детства мальчик жил парадами, муштрой, армейскими порядками. Вместо философии Просвещения его увлекала техническая сторона военного дела. Вместо конституционных проектов он увлекался фортификацией и инженерным искусством.
В семье к нему относились несерьезно. Старшие братья жили своей жизнью, к младшему снисходили, но не подпускали к настоящим делам. Николай был словно лишним в этой императорской семье.
Тайна, которую хранили годами
В тысяча восемьсот девятнадцатом году Александр сделал младшему брату ошеломляющее признание. Константин отказывается от права наследования престола. Следующим императором станет Николай.
Новость потрясла Николая до глубины души. Ни морально, ни интеллектуально он не был готов к подобной участи. Но Александр уже принял решение. В августе тысяча восемьсот двадцать третьего года он подписал секретный манифест, объявлявший Николая наследником. На конверте император собственноручно начертал: хранить до его востребования, а в случае смерти - вскрыть прежде всякого другого действия.
Тайна оставалась тайной.
Николай не знал точного содержания манифеста. Александр ни с кем не делился своими планами. Между братьями пролегала невидимая стена недоверия. Старший император что-то замышлял, младший брат чувствовал себя пешкой в чужой игре.
Эти годы ожидания стали годами взаимного отчуждения. Александр погружался в мистицизм, все больше отдалялся от государственных дел. Его последние годы правления казались Николаю дряблыми и невразумительными. Младший брат не понимал старшего, а тот не пытался объяснить.
Четырнадцатое декабря
Когда в конце ноября пришло известие о смерти Александра, началась путаница. Николай присягнул Константину. Константин отказался приехать в столицу и принять власть. Переписка между братьями длилась двадцать пять дней, и каждый словно пытался убежать от короны.
Наконец, четырнадцатого декабря была назначена новая присяга уже Николаю. Но за два дня до этого он получил из Таганрога донесение, предназначавшееся покойному императору. В нем сообщалось о существовании тайного общества, о заговоре офицеров, о готовящемся перевороте.
Николая это напугало. Он и так вступал на престол в невозможных обстоятельствах, без формального отречения старшего брата, а теперь еще и офицерский бунт.
Четырнадцатого декабря на Сенатскую площадь вышли около трех тысяч солдат. Восстание провалилось. К вечеру после залпов картечи все было кончено. Николай лично допрашивал арестованных заговорщиков в Зимнем дворце. Пятеро главных руководителей были казнены, остальных отправили в Сибирь.
Но у нового императора оставались мучительные вопросы. Почему Александр получал доносы о заговоре, но ничего не предпринимал? Почему не уничтожил тайное общество? Не потворствовал ли старший брат либеральным мечтателям? Николай никогда не получит ответов на эти вопросы.
Декабристы навсегда останутся кровавой печатью на его царствовании. Первый день правления начался с расстрелов. Эта травма определила весь характер правления Николая. Он видел в декабристах часть европейского революционного заговора и всю жизнь боялся повторения бунта.
Два императора - две России
Александр начинал правление с прекрасных надежд. Негласный комитет молодых друзей, проекты реформ Сперанского, разговоры о конституции, университеты, лицеи. Пушкин воспел эти дни александровы как прекрасное начало.
Но реформы так и остались верхушечными. Увязнув в компромиссах между дворянскими группировками, они не привели к серьезной перестройке государства. Либеральная упаковка скрывала средневековые российские реалии. К концу царствования Александр разочаровался в собственных идеях.
Николай сделал выводы из ошибок брата. Последние годы александровского правления казались ему примером того, как нельзя управлять государством. Он был убежден, что самодержавие - это единственная форма власти, способная привести Россию к развитию без потрясений.
Младший брат создал свою систему. Бюрократическая машина разрослась до невиданных размеров. Третье отделение выискивало малейшие проявления крамолы. Цензурный устав жестко контролировал печать. Теория официальной народности противостояла либеральным идеям. Николая прозвали Палкиным за муштру и жестокие наказания.
Все, что пытался построить Александр, Николай методично ломал. Младший брат словно мстил старшему за годы пренебрежения, за тайны, за декабристов, за то, что его заставили стать императором.
Могилы рядом, души врозь
Смерть Александра в Таганроге породила легенду о старце Федоре Кузьмиче. Поговаривали, что император инсценировал собственную кончину и ушел скитаться по России, искупая грехи. Николай знал об этих слухах, но публично их не комментировал.
Младший брат правил тридцать лет. Жесткой рукой он удерживал империю от потрясений, но загнал страну в тупик. Крымская война показала несостоятельность николаевской системы. Россия оказалась в дипломатической изоляции. Даже консервативные люди считали, что поражение будет полезнее победы.
В марте тысяча восемьсот пятьдесят пятого года Николай Первый умер. По официальной версии от пневмонии. Но ходили слухи, что император принял яд, не пережив позора Крымской войны.
Братьев похоронили рядом в Петропавловской крепости. Их могилы стоят неподалеку друг от друга. Но при жизни эта близость так и не состоялась.
Восемнадцать лет разницы в возрасте стали пропастью. Разное воспитание сделало их антиподами. Тайны престолонаследия породили недоверие. Кровь декабристов навсегда разделила их память.
Один мечтал о реформах и не смог их осуществить. Другой железной рукой давил любые попытки перемен.
Александр и Николай так и не стали настоящими братьями. Они остались чужими людьми, случайно оказавшимися в одной императорской семье. Кровное родство не гарантирует духовной близости. Особенно когда между родственниками стоит корона Российской империи.