День стал снова клониться к закату, а ничего не происходило. Виолы все не было, а я, терзаемая невеселыми мыслями и сомнениями, не находила себе места. А вдруг эта встреча была не чем иным, как одной из уловок Кирилла? И нужна она была только для того, чтобы задержать меня. Хотя какой в этом смысл, оставалось для меня загадкой. Если только Кирилл не придумал что-то такое, о чем я и подумать не могла. Наконец, когда терпения совсем не осталось, я вдруг почувствовала магию. Все звуки вокруг разом стихли. Уже не слышны были голоса птиц, даже кузнечики, стрекочущие вокруг, куда-то попрятались. Ветер стих, и, казалось, сама природа чувствовала, что сейчас, здесь, произойдет что-то важное. Сердце вдруг гулко забилось в груди, мешая дышать. А я, сосредоточившись и внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, смотрела вперед. Он не прятался, и даже малейших попыток не предпринимал, чтобы скрыть свое приближение. «Что ж, — пронеслось в голове, — значит, все произойдет именно сейчас. Тем лучше. Уж пусть лучше сейчас, чем эти мучительные переживания».
Я ждала. Ждала то, что теперь было неизбежно, и в то же время боялась. Нет, я боялась не того, что этот вечер мог оказаться последним в моей жизни. Я боялась не оправдать надежд, что возлагали на меня светлые. Ведь этот бой был предрешен много лет назад, и именно я была выбрана восстановить равновесие. Я боялась за Прасковью. Ведь она ни в чем не виновата. А так как Виола отправилась за ней, а вместо нее сейчас сюда идет Кирилл, я боялась даже представить, что там произошло. Скорее всего, Виола не смогла пробраться незамеченной. И чем все закончилось, можно только догадываться. А возможно эта ведьма, и не собиралась мне помогать, а пришла ко мне, по указанию предводителя. Ладно, совсем скоро все станет известно. В конце концов, обманула она меня или нет уже не важно. Сейчас главное, победить в решающей схватке. Я прикрыла глаза, усилием воли заставив сердце биться ровнее. Теперь я готова ко всему. А там, пусть помогут мне высшие силы, но я не могу проиграть. Темные сегодня должны отступить и признать власть светлых. Страх должен завладеть их сердцами, и этот страх станет главным препятствием к совершению разных бесчинств. Войны должны прекратиться, и на землю, должен прийти покой.
Наконец появился предводитель. Его глаза светились, будто угли в камине, и в них читалось презрение. За спиной Кирилла стояли темные. Их было довольно много и все с ненавистью смотрели на меня. Я обвела их взглядом и мысленно усмехнулась. Все они, наслушавшись друг от друга сказок, насколько я сильна, отчаянно трусили, хоть и выглядели зловеще. Что ж, значит, меня ждали. Ждали и в то же время боялись.
— Ты пришла, чтобы сразиться? — Тем временем проговорил Кирилл глядя мне прямо в глаза. Его голос звучал будто гром, наполняя отвагой темных, стоящих за спиной. — Ты очень глупа, если думаешь справиться с нами. Темные стали слишком сильны и вам, светлым, уже никогда не вернуть свое властвование. И твоя сегодняшняя кончина, станет доказательством этому. Светлые слишком глупы, если считают, что какая-то ведьма в одиночку сможет противостоять нам. Тьма пустила свои корни слишком глубоко в душах людей. И сколько бы вы не старались, это не изменить. Но у тебя есть шанс еще все исправить для себя. Ты можешь стать одной из нас. И сегодня же сохранить не только свою жизнь, но и получить огромную власть. Подумай, это очень щедрый подарок. Ты будешь командовать армиями темных. Пред тобой преклонят колени самые отважные наши воины. Хорошо подумай об этом.
Кирилл замолчал, не отводя от меня горящих глаз. Казалось, он читает мои мысли, во всяком случае, если бы я не знала, что это просто невозможно, то непременно поверила бы в это.
— Ты совершенно прав, — произнесла я в ответ, мысленно порадовавшись, что голос мой звучит ровно, и в нем нет и намека на страх или волнение. Темные слишком глубоко пустили свои корни и пора с этим заканчивать. Все снова должно встать на свои места. Вы должны вернуться в свои подземелья, уйти в саму чащу и оставить людей в покое. На земле снова должно наступить равновесие, как это было много лет.
— Ха, равновесие говоришь? Нас загнали в норы, запретив высовываться. А если, кто отваживался, такого смельчака сразу карали ваши светлые силы, которые вы все, называете высшими. И это ты называешь равновесием? А мне думается именно сейчас наступило равновесие. Просто вы все боитесь признать свою слабость. Ведь вам никто не мешает нести в массы свет и доброту. И что мы видим? Как бы вы не старались, а люди охотнее переходят на сторону темных. Ты не задумывалась почему? На самом деле все просто, дорогая. Всем надоели ваши скучные, вечные правила. Толи дело у темных. Можно все и сдерживаться не надо.
Кирилл все говорил и говорил, рассказывая мне как хорошо быть темным, а я, осматривала толпу за его спиной. На самом деле мне было совершенно наплевать, что он там говорит. Каждое его слово я и без того знала. Не зря же я жила среди темных столько времени. Сейчас я понимала, что битва неизбежна, и я прикидывала, что могу сделать, чтобы обезвредить всех этих темных. Мне и Кирилла за глаза, а тут еще эти. И тут взгляд мой остановился на фигуре, что стояла позади всех. Она была закутана в черный плащ, закрывающий ее с головы до ног. Собственно тут было много темных, с накинутыми плащами. Но все они не прятались под своими накидками, а гордо, с ненавистью, смотрели на меня. Поэтому то, эта фигура, укутанная с головы до ног, и привлекла мое внимание. Но тут, будто почувствовав, что я наблюдаю за ней, фигура вдруг пошевелилась. И лишь на миг, из под накинутого капюшона, показалось хорошенькое личико. В котором, я тут же узнала Виолу. Она чуть заметно качнула головой в сторону, и переведя взгляд, я увидела Прасковью. Старушка стояла, как и Виола, закутанная в плащ и лишь на секунду, я смогла увидеть ее лицо.
Волна радости тут же поднялась в моей душе. Значит сегодня я не одна. Значит, Виола сдержала свое слово, и моя милая Прасковья сейчас тут, жива и здорова. Моя наставница, мой учитель. Сегодня она не оставит меня и в случае необходимости, поможет. Если честно, мне тогда и в голову не пришло, что Прасковья сейчас слабее меня, и это не она мне, а я ей должна помогать. Я так привыкла доверять ей во всем и прислушиваться к ее советам, что иначе даже думать не могла.
К этому времени Кирилл наконец замолчал и в ожидании ответа не спускал с меня глаз. Я посмотрела на него. Странно, раньше у меня с трудом получалось выдержать его взгляд, точнее и вовсе не получалось. А сейчас, я делала это легко. И мне и в мыслях не пришло в голову опустить глаза.
«Помни, девочка, сила не всегда в мощи. Важно знать, как использовать ту магию, что внутри тебя» — вдруг послышался в голове голос Прасковьи, и, переведя взгляд на старушку, я увидела едва заметный кивок в сторону Виолы. И все поняла. Прасковья, была очень мудра, и, как всегда, вовремя дала мудрый совет.
— Ты ошибаешься, — четко выговаривая слова, обратилась я к Кириллу. Темные не могут полностью подчинить себе кого бы то ни было. В каждом из людей, хочет он того или нет, всегда будет оставаться светлый след. И в этом наша сила. И как бы для тебя это было ни прискорбно, но воздействию светлых подвластны не только люди, но и все вы, темные. Да, да, вы, все, творящие бесчинства, носите в себе частичку света. И вы всегда можете воспользоваться этим, чтобы сделать свою жизнь приятнее, ярче, и, счастливее.
Кирилл вдруг громко расхохотался, слушая меня, а за ним послышался смех и от его горстки темных, стоящих за спиной. А я не отводя взгляд от предводителя темных, стояла и ждала, когда последние, вдоволь насмеются. На самом деле, еще пять минут назад я не была уверена, что стоит идти именно этим путем. Я думала, что битва с Кириллом это единственный верный путь к победе. Хотя и была в моей голове мысль попробовать все решить миром. Ну а когда услышала слова Прасковьи, сомнения отпали. Она права. То, светлое, что сидит в каждом из нас, гораздо сильнее всей силы, вместе взятой на земле. И с этим не справиться огненными стрелами, заклятьями и всякими ритуалами. Это чувство не выдернуть из души, раз уж оно поселилось там. И никакая тьма не сможет побороть это чувство, если оно велико.
— О чем это ты? — вдоволь насмеявшись, наконец, проговорил Кирилл. Его лицо было презрительно-насмешливым, когда он смотрел на меня.
— О том, что и тебе хорошо знакомо. Я недавно познакомилась с одной, неземной красоты, девушкой. — При этих словах ухмылка исчезла с лица предводителя, а в глазах снова появился огонь. Только теперь этот огонь был другого рода. Теперь в нем чувствовалось волнение. — Видишь как все просто. И ты хочешь сказать, что добра и света в тебе нет? Разве в том, кто способен сопереживать за другого, кто способен пожертвовать собой ради другого, нет света и добра?
— Что ты… — начал говорить Кирилл, но будто опомнившись, повернулся к своим собратьям, окинул их взглядом и снова уставился на меня. Его страх был мне понятен. Признаться своим собратьям, что готов пожертвовать властью, и царствованием темных на земле, только ради любви, предводителю не хотелось.
Но мне было все равно. И я продолжила говорить.
— Кирилл, ты ведь умен, и можешь сам разобраться во всем. Неужели власть застлала тебе глаза? Послушай свое сердце. Там добра стало больше чем зла. Так зачем обманываться.
Повисла напряженная тишина. Кирилл раздумывал над моими словами. Я ясно видела, что в его душе идет борьба. Но вдруг предводитель поднял вверх руки, вызвав при этом магический вихрь вокруг себя.
— Все это просто слова, никому не нужная лирика. Еще не было ни одного темного, который бы поставил глупые чувства выше всего. — Говоря это, Кирилл стал вращать руками над собой вызывая еще больший вихрь энергии. И я поняла, что теперь битва неизбежна.
— Это ты зря, я тому яркий пример, — вдруг послышалось, откуда-то сбоку и мы с Кириллом как по команде посмотрели туда. Я, забыв при этом дышать, а Кирилл, с возмущением и удивлением одновременно.
— Как ты посмел ослушаться меня? — изо рта Кирилла вылетело злое шипение от злости.
— Потому что я давно не подчиняюсь тебе. — Михей посмотрел на меня с теплотой, а затем снова перевел взгляд на Кирилла. — Я выбрал свой путь. Для меня Лада важнее, чем все темные вместе взятые. А не появлялся раньше рядом с ней, чтобы оградить ее от тебя и бед, которые ты мог ей при этом причинить. Но раз уж тут такое дело, то мне ничего не мешает прийти ей на помощь.
— Глупец! — Выкрикнул Кирилл и направил руки в мою сторону. — Значит, вы оба погибнете сегодня.
Вся энергия, вихрем кружившая над головой предводителя, полетела в меня, но я была готова к этому. И две могучие силы вскоре встретились. Вокруг поднялся сильный ветер. Казалось от магических вихрей даже земля вокруг искриться. Темные разом заревели, и бросились вперед, но вдруг остановились и замерли, будто фигуры из воска. Это Прасковья вместе с Михеем, объединив усилия, сдерживали нечисть, позволяя мне, сосредоточиться на Кирилле.
— Кирилл, — вдруг раздался громкий вопль Виолы. И не обращая ни на что внимание, ведьма побежала к нему.
Предводитель вдруг вздрогнул. Взгляд его метнулся к девушке и на миг, огненные стрелы, вылетающие из его рук, остановились, лишая защиты. И тут же глаза его расширились, и Кирилл повалился на землю. Лицо исказила гримаса боли. Из груди вырвался хрип. Виола бросилась перед ним на колени, по щекам струились слезы. Она, схватила руку любимого и прижала к своим губам.
Кирилл смотрел на девушку, и на его губах появилась улыбка. Не опуская руку, он смахнул слезу со щеки ведьмы и вдруг перевел взгляд на меня.
— Ты… Ты была права, — тихо произнес он, его голос дрожал. — В каждом из нас есть что-то светлое. И иногда оно побеждает.
Наши взгляды встретились. И в этом момент я увидела, как в душе Кирилла произошел настоящий переворот. Он больше не был предводителем и не мог им быть. Потому что его душа наполнилась светом.
Сегодня темные проиграли, потеряв своего самого сильного предводителя. Равновесие, наконец, установилось. Но я знала, что так будет не всегда. Ведь темные никогда не оставят попыток захватить мир. Но мы всегда будем оставаться на страже. Я прошла длинный путь, чтобы, наконец, найти свое место. И теперь знала, добро всегда побеждает зло. И пока в наших душах есть хоть крупинка света, мы непобедимы.