"Его дерзость герцог Бэкингемский" - так назвал Рафаэль Сабатини одну из новелл своего исторического цикла.
Видеть в этом персонаже хоть что-нибудь положительное он решительно отказывается. Романтизм, обаяние?! Помилуйте! Это ничтожество вознеслось на вершину власти лишь потому что короли, его покровители, оказались... ещё ничтожнее. Каприз истории, вдвойне обидный оттого, что всё это происходило в родной Англии.
Всё началось с того, что этого отпрыска заурядного сельского сквайра родная мать представила ко двору. Рассчитывая лишь на известное неравнодушие короля Якова к хорошеньким мальчикам.
Король проникся...
И пожаловал юному дворянину должность ... виночерпия. Едва заручившись благосклонностью его величества, Джордж Вильерс тут же дал пощёчину одному из придворных. В присутствии короля! Вопиющее оскорбление величества, какое каралось отсечением руки! Но Яков счёл невозможным отсечь ТАКУЮ ручку.
Восхождение оказалось стремительным: барон, граф, и наконец - герцог! Полвека никого в Англии не возводили в это достоинство - и вот, нашёлся достойный. Не было королевского поручения, которого бы он не провалил по причине своей бездарности, но все промахи превращались в его триумф: так умел преподносить себя. Венец короля наглецов был возложен на него современниками в 1625 году, когда Бэкингем прибыл в Париж в качестве посла, чтобы сопроводить в Англию сестру французского короля Генриэтту-Марию.
Затмить блеск французского двора? Новоиспеченному герцогу это удалось: бриллиантов на нём было, как уверяли очевидцы, на десять тысяч фунтов. Даже шпоры бриллиантовые!
На балу - другой костюм, расшитый жемчугом нарочито небрежно. Жемчужины рассыпались, но Бэкингем всем своим видом показывал, какая для него это мелочь. Пусть подбирают пажи да мушкетёры!
А позолоченная карета, а семьсот человек свиты! Париж впечатлился. И запомнил. А впечатлилась ли королева?
Анне Австрийской было двадцать четыре года, она уже десять лет как замужем, детей нет, отношения с мужем прохладные. Не было секретом, что в неё влюблён кардинал - а она с детской беспечностью дразнит его высокопреосвященство и откровенно над ним смеётся.
Бэкингем уловил её восхищённый взгляд: кажется, ему удалось выглядеть сказочным принцем? Надо закрепить успех! И все восемь дней, проведённых в париже, герцог не отходил от королевы. Неприлично? Да когда он думал о приличиях?! А взглядов и намёков кардинала, и уж тем более короля, можно и "не понимать"!
Но что произошло дальше? Цепочка нелепых случайностей или тонко выстроенная ловушка? Скорее, второе. Королевский поезд на несколько дней остановился в Амьене. Тёплый вечер, прекрасный сад, в который вышла небольшая компания, чтобы побродить в зелёном лабиринте. Королева, герцог, герцогиня де Шеврез (уже тогда известная интриганка) и лорд Холланд (человек Бэкингема). Герцогиня и лорд увлеклись беседой, и "случайно" упустили из вида королеву. Минуты на две. Для компрометации и скандала совершенно достаточно.
Дело в том, что согласно этикету, королева не могла остаться одна НИ НА МИНУТУ. Ни днём, ни ночью. И не от недоверия к ней, а просто чтобы не давать повода никаким сомнениям и сплетням. Никогда королева не находилась одна в комнате (всегда как минимум одна дежурная фрейлина), не могла уединиться ни в саду, ни в уборной. А тут - с мужчиной! Да на целых две минуты!
Что успел ей сказать герцог, можно только гадать. Но что сделал - понятно: обнял. Насколько решительно? Грубо, если королева возмущённо закричала! И тут же из-за кустов выскочил мсье Путанж, придворный, со шпагой наперевес. Бэкингем отскочил. Королева постаралась произнести как можно спокойнее: "Меня оставили одну с господином послом - вот я и позвала вас, мсье Путанж".
Сбежалась вся компания. Поняли, конечно, что произошло, но герцог уедет уже завтра - а развлечение для двора состоялось.
Назавтра герцог простился с королевой, заверив на прощание, что "сказал только то, что не мог не сказать". Сидевшая рядом принцесса де Конти сообщила потомству, что "глаза королевы увлажнились". Тронута. Но и только.
Следующая их встреча - ещё одна попытка опорочить королеву. Прибыв в качестве посла, Бэкингем буквально ворвался в спальню Анны! В утренних приёмах не было ничего необычного, но здесь ведь - ничего экстренного, просто ещё раз заверить в своих чувствах. К счастью, в спальне присутствовала графиня де Ланнуа, благоразумная и хладнокровная. Прямо указала герцогу на дверь, а вслед за ней это сделала и королева. Но самого факта приёма в опочивальне хватило для новой сплетни.
К счастью, король сплетням не верил.
Но к сожалению, королева не видела в своём супруге романтического героя. А вот заморский гость - это же как метеор среди её серых королевский будней!
Вот тогда и произошла история с подвесками, известная всем в изложении Александра Дюма. Нет, это не подарок при личной встрече, подвески были посланы с личным гонцом. Об этом сообщила Ришелье графиня Карлайл, оскорблённая (отвергнутая?) Бэкингемом. Эта хитрая лисичка и сумела снять с ленточки два подвеска, но улизнуть с ними далеко не удалось: обнаружив пропажу, герцог закрыл все порты! И поклялся дорваться - таки до королевы, хотя бы в качестве победителя в войне, которую пора начать!
Помощь протестантам ла Рошели, обернувшаяся полным разгромом экспедиционного корпуса, стала последней каплей для англичан. Кто он такой, этот Бэкингем, не сам ли сатана? Снаряжает новую экспедицию?! Неужели в этом народе больше нет римского духа?
Герцог был уверен, что НЕТ. Ему советовали носить кольчугу - смеялся. Не желал видеть, что его ненавидят уже отнюдь не безмолвно. Король любит? Уже не Яков, уже его сын Карл! Значит, всё в порядке.
И тогда лейтенант Фельтон добровольно стал орудием народного мщения. Всадил ему в грудь кинжал со словами:
- Да сжалится Господь над душою твоей!
Ещё не революция, но уже тектонический сдвиг. Первая ступенька эшафота, на который предстоит взойти королю.
***
Фаворитизм, делает вывод Сабатини, - явление, отнюдь не романтическое. Пусть неизбежное (правители ведь - тоже живые люди), но любоваться им невозможно. Ни в одной стране. Даже если временщик отнюдь не бездарен.
Как это бывало в России.
(продолжение следует, начало здесь: