Занимался игорным бизнесом, мебелью и агентством недвижимости.
В октябре 2025 года бывший защитник ЦСКА, «Динамо», «Спартака» и «Эспаньола», а ныне бизнесмен Андрей Мох в преддверии своего 60-летия дал большое интервью обозревателям «СЭ» Юрию Голышаку и Александру Кружкову в рамках рубрики «Разговор по пятницам».
После окончания карьеры в 1999 году Мох остался жить в Испании, работал помощником тренера Педро Браохоса в хихонском «Спортинге» и клубе «Реал Хаен», учился на тренерских курсах, но в итоге занялся бизнесом. В отрывке ниже — рассказ Моха о казино, продаже вина и аварии.
Казино
— Сейчас часто в Москву заглядываете?
— Как дела позовут. Прежде в любой момент мог прилететь. Теперь тяжеловато. Сперва до Стамбула два часа...
— Не проще через Белград?
— Мне до него ехать четыре часа из Загреба. Самолеты там до Москвы маленькие, старые — Airbus А319. Рейсы ночные, неудобные. «Бизнес» расхватывают сразу, трудно поймать. А до Стамбула из Загреба прекрасный утренний рейс.
— Сколько часов добираетесь?
— От двери до двери — 14. Через Сербию выходит то же самое при массе неудобств.
— Летаете исключительно «бизнесом»?
— Могу себе позволить.
— Квартира в Москве сохранилась?
— Да. В Вене тоже есть. Решил — в Европе надо иметь базу. Вена всегда останется Веной. Через сколько кризисов мы прошли и еще пройдем...
— Ваш сегодняшний бизнес — мебельный магазин в Барселоне?
— Это помещение давно продал. Сейчас все по каталогам, в онлайн, держать мебель в магазине невыгодно. Сестра с племянником занимаются. А я от этого отошел. В 2013-м переехал в Вену.
— Там у вас что?
— Русские купили игровой бизнес.
— Казино?
— Нет, автоматы. Еще занимаются ставками. Тут открылась какая тонкость? Если аппараты работают и работают, то ставки — технологическая тема, ее постоянно нужно развивать, продвигать сайт... Когда с этим возникли проблемы, меня и позвали: можешь переехать, взять все под контроль?
— Вы — управляющий директор?
— Генменеджер. Влез в это дело, ничего в нем не понимая. Ну, ходил раньше в казино. Иногда оставлял за ночь три-четыре тысячи долларов. Потом, как ни странно, отыгрывался. Но сильно старался не нырять. А сейчас вообще туда не загонишь. Неинтересно! Я уже в курсе, как этот бизнес устроен.
— Ну и как?
— Никто там не выигрывает. Не знаю ни одного человека, который по сумме оказался бы в плюсе. Правда, и казино теперь другие.
— В чем разница?
— В 90-е было много черного нала. Криминальный бизнес все нес в казино. Из десяти человек восемь играли в блэкджек, баккара, рулетку. Двое — возле автомата. Сегодня — наоборот. Блэкджек и рулетка — для 10 процентов гостей.
— Почему так?
— Во-первых, черных денег меньше, наличных тоже, все прозрачно, контролируется. Может, в Лас-Вегасе иначе, я говорю про Европу. Статистика здесь простая: прибыль компаний — 16-18 процентов. Во-вторых, раскачали тему покерных турниров. В Монако они проводятся четыре раза в неделю!
— Ого!
— Большой зал — люди сидят и играют. Зачем им рулетка? Ставки — другая история. Никакой стабильности. По теме автоматов мы каждый год ездим на выставку в Лондон, там все новинки. Можно взять в аренду, протестировать. Потом выкупить. Очень гибкий бизнес в этом плане.
— Вот как?
— В Австрии одни аппараты, на Балканах — другие. Всё под менталитет нации. Даже это просчитывается! К любимым аппаратам немцев на Балканах никто не подойдет. Их нужно иметь для ассортимента — но они ничего не дают.
— Поразительно.
— Например, внезапно врывается в бизнес болгарская компания, которая просчитала лучше всех, — сейчас она заполонила все Балканы! А в букмекерстве просчитать невозможно...
— Эти аппараты контролировать реально?
— Конечно! Они же сертифицированы. По закону за определенное время весь цикл должен прокрутиться. Что-то вернув. Есть люди, которые на этом играют: ага, аппарат «горячий», скоро должен выдать. Стоят и следят, когда накопит критическую сумму денег. В чистом виде софт, компьютерная программа.
— С ума сойти.
— В 2014-м австрийское правительство аннулировало все лицензии, закрыло аппараты. До того момента сотрудники казино обновляли вручную, считывали цифры. А сегодня это самый прозрачный бизнес! Автоматы подключены к министерству финансов. Каждый брошенный евро учитывается в налоговой ведомости. Ни гроша черного нала.
— С рулеткой сложнее?
— Там крупье может что-то намутить, но тоже непростая задача. Кругом камеры. При проверке записи изымаются. Мухлевать себе дороже. Да и мы следим.
— Что за проверки?
— Устанавливают, не накренилась ли рулетка хоть на миллиметр в одну сторону. Если да — значит, будет чаще бить по одним секторам. Профессионалы такое мгновенно просекают. А мы в конце месяца изучаем статистику — что чаще выпадало.
— Мы не сразу пришли в себя. Вы серьезно говорите про «горячий» автомат?
— Абсолютно! Я не представляю, как это высчитывают. Но если он долго не выдает — всё, знающие люди рядом.
— Самый большой джекпот на ваших глазах?
— В автомате? Мы как-то выдали 130 тысяч евро. Обычно хорошим считается выигрыш от трех до пяти тысяч.
Новинка в «СЭ»: Сколько зарабатывают российские хоккеисты? Проходи квиз про наших звезд (здесь)
«Риоха»
— У вас и в Вене, и в Загребе один и тот же бизнес?
— Был. Но в Австрии начались проблемы. С автоматами шло вяло, со ставками просто гиблое дело. А в Хорватии у нас было четыре клуба. В конце концов всё продали.
— Так чем сейчас занимаетесь?
— Строим дома на 50-70 квартир. В Загребе и Риеке.
— А в любимой Вене?
— Там ничего. Когда надо переключиться — еду туда, гуляю. Четыре часа на автомобиле — и совершенно другое настроение. В голове это всегда есть: если вдруг придется бежать с Балкан, Вена рядом...
— Дмитрий Кузнецов рассказывал, что собирался в Россию привозить на продажу «Риоху», самое популярное испанское вино. Дело не пошло. Вы такой вариант рассматривали?
— Нет. Все это прокатывало в 90-е. Потом шансов ноль.
— Почему?
— Где Дима Кузнецов — и где алкогольный рынок? Ну, кто-то, знающий его по испанскому футболу, может дать интересные цены. Но это не определяет успех бизнеса.
— Что определяет?
— Кто контролирует его в России? Куда можешь зайти? Ты привезешь две машины — а на третьей тебя заставят отдать все бесплатно. Еще спасибо скажешь, что забрали.
— И не прибили?
— Даже не это. Спасибо, если штрафами не обложат. Уже в нулевые каждый занял нишу, стал профессионалом. Мой сегодняшний опыт в бизнесе говорит, что истории с «Риохой» — детский сад.
— У «Риохи» сотни вариаций. Лучшая, которую пробовали?
— Есть бутылки по тысяче — а есть по 10 евро. Я пил и то и другое. Испанское вино специфическое, густое, терпкое. В отличие от французского. «Риоха» вообще-то с 2010 года начала терять рынок. Большую конкуренцию составила «Рибера-дель-Дуэро». Если хочу сделать подарок — покупаю именно такое за 50 евро.
— Почему-то в Москве испанское вино пьется совсем иначе. Будто хуже качеством.
— Вы правы! А знаете почему?
— Нет.
— Когда везешь вино, неизбежно перегреваешь или переохлаждаешь. Сразу другой вкус. Кто заморачивается хорошими рефрижераторами? Мои знакомые, специалисты в вине, десятилетиями пили его в Испании. А в Москве пробуют, морщатся: «Не идет...» Причем здесь эта бутылка стоит 12 тысяч рублей.
Авария
— Помним заголовок вашего старого-старого интервью в «СЭ»: «Недавно я упал с моста».
— Было. 1994 год. Автомобиль в хлам, у меня ни царапины. Фантастическое везение. Тогда вашему коллеге всю правду не рассказал, а сейчас уже можно...
— Так-так...
— Пьяный был! Наверное, это и спасло. В Испании только-только появились богатые русские, искали жилье в районе Аликанте. Я им варианты подбирал. При этом еще играл за «Толедо». После матча встретились, посидели в ресторане, обсудили условия. Выпил-то немного — бутылку вина.
— Так что ж?
— Домой возвращался под утро, навалилась усталость. Сморило. В какой-то момент открываю глаза и вижу, что вправо лечу. Грохот, искры, машина переворачивается, на крышу встает...
— Высота?
— Метра четыре. Лежу пристегнутый, вцепившись в руль. Всё в осколках.
— Сработали подушки безопасности?
— Да откуда они в служебном «Рено-19»? Кое-как вылез через багажник — это же хетчбэк. Огляделся, понял, что рухнул на запасные пути. До основных чуть-чуть не долетел. Поездов, впрочем, не было. А искры посыпались из-за того, что сбил электрический столб.
— Ну и дела.
— Поднялся на эстакаду, увидел неподалеку мотель. Добрел, снял номер, завалился спать. Утром выхожу — «Рено» на эвакуатор грузят. Рядом два полицейских на мотоциклах. Говорю: «Это моя машина». Те в шоке: «А мы уж гадали, в каком морге труп искать...»
— Занятный диалог.
— Если бы повезли на освидетельствование, конечно, в крови бы нашли алкоголь. И были бы проблемы. Но вновь повезло. Полицейские переглянулись, хлопнули по плечу: «Ты счастливчик». И укатили. Дату навсегда запомнил — 14 февраля, день Святого Валентина. Из дома позвонил матери. Вкратце рассказал об аварии и в конце добавил: «Спасибо, мама. Я остался жив только потому, что ты меня сильно любишь».