Что я боюсь оказаться непонятым.
Становление патриархата было связано со становлением рабовладельческого общества и принуждающего к такой жизни государства. В греческой мифологии это отразилось борьбой титанов с богами, которую титаны проиграли.
Перед вами кусок Пергамского фриза, эту борьбу изображающего.
«На изображении Афина изображена в разгаре борьбы. Её фигура в стремительном движении наклонена вправо. Левая рука сжимает поручни щита, широко откинутая правая — крепко держит за волосы гиганта Алкионея, припавшего на одно колено и тщетно старающегося оторвать десницу богини от своей головы.
Алкионей опирается правым коленом о землю, вытянул левую ногу, так что вся фигура приобрела протяжённость по диагонали. Правая рука закинута над головой и смыкается с рукой Афины, держащей юношу за волосы. Левая рука гиганта, туго перехваченная змеёй Афины, бессильно откинута в сторону.
Голова Алкионея, на которой лежит тяжёлая десница богини, обращена вверх, прекрасное лицо выражает страдание и мольбу. Два крыла, вздымающиеся до верхней границы фриза, осеняют всю фигуру поверженного, но ещё полного жизни и страсти юного воина.
Устрашающей деталью схватки является священная змея Афины, обвившая Алкионея и кусающая его в правую часть груди» (Алиса).
Подобное происходило в СССР в 30-е годы. Устанавливался, назовём его так, сталинский социализм. Централизованный.
А мыслимы были и другие социализмы. Троцкистский – не почивать на лаврах победы в одной стране и разжигать революции в других странах, в первую очередь, в развитой Германии. И вообще везде. Ибо без победы социализма в мировом масштабе, нельзя будет удержать победу и в одной стране, тем более, в такой хозяйственно отсталой, как СССР. Капиталистическое окружение своим примером лучшей материальной жизни переродит всех в желающих реставрации капитализма. Был социализм анархический – немедленно отказаться от государства и перейти к самоуправлению в малых коллективах, а в большом масштабе – к федерации федераций. Без этого неминуемо перерождение тех, кто будет во главе государства. Был социализм бухаринский – обогащаться. Тем мало отличаться от капиталистического окружения и понижать того враждебность к себе. Был социализм сталинский – мол, возможно построить социализм в отдельной стране и даже победить в войне с враждебным окружением за счёт внутренней мобилизации, с малым вниманием на коммунистическое воспитание, мобилизации ради. А коммунистическое воспитание – стремление к самосовершенствованию. Пока же – мобилизация вокруг централизации. А все остальные социализмы – искоренять. До степени физической. Для чего подрядить и искусство. Чтоб оно осознаваемо, но вдохновенно, было за централизм.
Аналогом этого на картине Яковлева служит пафос на Пергамском фризе.
«Он написан Яковлевым с экспрессией жеста, цветовой и композиционной агрессией, которые далеко превосходят академические копии рельефов Пергамского алтаря (наиболее отчетливо изображена Афина, поражающая титана Алкеонея)» (Екатерина Андреева).
Так Андреева Яковлева оболгала, его похвалив.
Но идёт 1946 год. В войне победили. Яковлев считает, что самое время увеличить внимание к коммунистическому воспитанию – стремлению к самосовершенствованию. Образом чего является прекрасная женщина*.
И, - считает он, - не сравнить тот академизм, с каким нарисована женщина и вообще первый план, с тем искусственным отрицательным возбуждением против академизма 19 века, действительно выхолащивавшего настоящий романтизм (19 века), который имел революционное (акцент на личность), - выхолащивавшего, когда декабризм подавили, общество заставили молчать, а разрешили только восторгаться фальшью: ««Эстетика эффекта»… «Помпеи» и «Медного змия»… когда на определённый период «эффект» стал нормой вкуса» (Алленов. Советское искусствознание ’79. М., 1980. C. 143), - ибо возбуждение-то от восстания осталось, как осталось в каких-то кругах возбуждение от, мол, репрессий 1930 года. Вот, мол, и фальшивили.
Яковлев, наверно, не верил масштабу репрессий. А теперь и вообще был против остракизма по отношению к академической живописи. В 1946 году вырисовывалась* прямая дорога в коммунизм, и той дороге нужен был именно академизм.
(Я оставляю за скобками, как Яковлев сумел прошлёпать, что СССР опять попал в отстающие – с ядерной бомбой. И теперь опять потребовалась мобилизация и отсрочка со вниманием к коммунистическому воспитанию. Но я это делаю потому, что через 20-то лет после 1946-го, после наступления-то ядерного паритета, уже можно было вернуться к настоящему социализму – который с отмирающим государством? Теперь, правда, в 21 веке, историк Е. Спицын говорит, что перестал видеть перспективу отмирания государства в ближайшем будущем. Так что, появись такая картина сейчас, она б опять была б несвоевременна?)
Или сейчас как раз время… С началом СВО начинается обновление мира. Требуется оптимизм и академическая живопись. Пусть и с каким-то стеснением (долго гонима была). Даже иные такой, стесняющейся, название придумали – метамодернизм.
20 октября 2025 г.
*- Никакой женщина не образ коммунизма, потому что тот должен бы быть выражен, как в Высокое Возрождение – гармоничным телосложением и нормальным освещением. Чего мы не видим.
- Признаю. Тем более что позже (см. тут) по другим основаниям я пришёл к тому же выводу.
22.10.2025.