Я даже не успел как следует осознать, какое множество вопросов обрушилось на мой мозг, как снова прозвучал оглушительный грохот. Однако на сей раз он не был столь ужасающим, зато раздался значительно ближе. Мысли и всё видимое вокруг словно застыли, будто кто-то нажал на паузу. Кабину водителя озарила ослепительная вспышка, и в тот же миг с пронзительным скрежетом рвущегося металла броневик резко дёрнуло в сторону.
Волна раскалённого воздуха ударила мне в лицо, а в отсек ворвались клубы едкого густого дыма. Шины завизжали. «Тигр» накренился на один бок и с оглушительным лязгом заскребёл по асфальту, высекая снопы ослепительно-жёлтых искр.
– Сука, ре́льса! – прорезал всеобщую какофонию истошный крик сержанта.
Моё опустевшее сознание на миг поразило то, как Копыто поставил ударение именно на последний слог. Я словно на мгновение перенёсся в челябинский игровой клуб «Энтер». Это было нашим излюбленным местом, где мы часами гоняли во второй «Квейк», бесчисленное количество раз весело подстреливая друг друга из ракетниц и рейлгана, или сокращённо – ре́льсы. Кто бы мог подумать, что это футуристическое название окажется применимо к совершенно реальному оружию, из которого по нам только что стреляли.
Вся эта суматоха заняла считанные секунды. Вонючий дым мгновенно заполнил внутренность броневика настолько, что я почти не видел противоположную стену.
– Покинуть машину! – донёсся из густой пелены приказ сержанта.
Где-то впереди мелькнули отсветы пламени. Дым начал разъедать глаза ещё сильнее, чем кислотная вспышка. Я, почти не соображая, что делаю, подался вперёд, вытянул руку и нащупал Бабаха, всё ещё болтавшегося возле турели.
– На выход! – прохрипел я и тут же закашлялся, наглотавшись едкого дыма.
– Гарик где?! – проревел Вишняков прямо над ухом.
– Парни, сюда, быстрее, быстрее! – отозвался Мезенцев со стороны распахнутого люка.
Я попытался приоткрыть веки, но едкий дым тут же принялся с новой силой жечь глаза. Не видя ничего, кроме смутных очертаний кроссовок, шаркающих по рифлёному полу, я потащил Вишнякова к выходу.
Мы вывалились на улицу, где нас тут же подхватил Мезенцев и оттащил в сторону. Я закашлялся, Вишняков – тоже. Слёзы хлынули ещё сильнее, и я никак не мог убрать их с лица. Я не понимал, что именно случилось. Но ещё секунд тридцать – и мы бы просто задохнулись в этом задымлённом отсеке.
«И Гарик точно не нашёл бы, как люк открыть, – пронеслась первая мысль в звенящей пустоте моего черепа. – Выходит, снова повезло…»
Давно промокшие ноги снова утонули в густой траве. Над ухом затрещал автомат Мезенцева, и в тот же миг огромное чёрное пятно ударило меня в бок, отшвырнув куда-то в сторону. Я шлёпнулся на землю и скатился в глубокую яму. Мокрые стебли хлестнули по лицу, смывая остатки дыма из глаз.
– Твою мать… – простонал я, подтягивая к себе автомат и нащупывая кнопку подствольного фонаря.
Где-то рядом прозвучала ещё одна очередь и визг подраненного беса.
– Бабах, сзади! – крикнул Мезенцев.
И в следующее мгновение ночь разорвали несколько громких хлопков, будто кто-то палил из обреза короткими очередями.
– Автоматическая «Сайга»… – зачем-то прохрипел я, пытаясь сквозь слёзную пелену что-нибудь разглядеть.
Больше всего на свете хотелось протереть глаза. Но отчётливое низкое рычание, доносящееся прямо над головой, не позволяло этого сделать. Палец нащупал кнопку фонарика и нажал на неё. Белый луч света выхватил верхушки густой травы и растворился в бездонной черноте неба. Что-то с громким хрустом бросилось на меня справа. Я успел лишь развернуть оружие и нажать на спуск, даже не целясь. Одно было ясно – этот хруст ничего хорошего не сулил.
Бес завизжал прямо над ухом, и огромная чёрная туша рухнула рядом, в последний момент мелькнув в луче фонаря оскалом чудовищной пасти. Я инстинктивно втянул живот и откатился набок, когда огромные клыки-копья вонзились в сырую землю.
Я поспешно поднялся на ноги, удерживая автомат одной рукой, а второй растирая глаза.
– Где Палыч?! – кричал в темноте за моей спиной Мезенцев.
– Не знаю, туда отбросило! – ответил Бабах.
– Я здесь! – крикнул я, снова невольно закашлявшись. – Я в порядке!
– Тохан, выбирайся, чтоб тебя! – скомандовал Мезенцев.
Я покрутил головой по сторонам, пытаясь сообразить, что вообще происходит.
Из-за верхушек деревьев в нескольких сотнях метров виднелись зеленоватые отсветы. Их рассеянный свет освещал огромное пространство высокой травы, окутанной туманной дымкой, не хуже догорающей осветительной ракеты. Поперёк дороги, нелепо воткнувшись в неё одним углом, замер наш броневик, извергая клубы густого дыма. Вся передняя часть машины была уничтожена. Обломки брони и куски двигателя оставили за броневиком дымный шлейф. Сквозь распахнутую дверцу кабины пробивались язычки набирающего силу пламени.
Я оказался в какой-то яме, из-за глубины которой над травой торчала лишь голова. За спиной мелькал свет фонаря Мезенцева, нервно бегающий по туманной пелене. С противоположной стороны дороги доносились короткие очереди и визги бесов.
– Чёрт, парни, Копыто там! – крикнул я. – Надо его прикрыть!
– Тохан, я без фонаря! – отозвалась ночная тьма со стороны дороги голосом Бабаха. – Я их даже не вижу!
Мне захотелось посветить в сторону Вовки, но я с трудом сдержался, понимая, что таким поступком рискую лишь ослепить его. К тому же отводить ствол от густых зарослей перед собой было не самой разумной идеей. Я попятился задом, стараясь на ощупь выбраться из ямы. И тут ночная тьма снова наполнилась мельканием алых трассеров, рассекающих воздух с резким подвыванием и свистом.
Я шлёпнулся на задницу как раз в тот момент, когда искрящийся веер накрыл несколько десятков квадратных метров дороги и прилегающей территории. Раскалённые снаряды с шипением и треском вгрызались в землю, разбрасывая клочья травы и дымящийся грунт. Одна очередь с глухим хрустом вспорола пласт асфальта, и на меня посыпались кусочки дымящегося покрытия. Сдавленно ругаясь, я стряхнул их с куртки и изо всех сил пополз вперёд, предварительно выключив фонарь.
Судя по тому, как трассеры хаотично ударялись в землю и звонко били по броне «Тигра», огонь не был прицельным. У меня сложилось стойкое ощущение, что стрелок просто хотел прижать нас к земле, чтобы у бесов было больше шансов атаковать сопротивляющуюся добычу.
– Хрен тебе… – сдавленно прошептал я, продираясь сквозь высокую траву. – Обойдутся твои бесы. И ты, сволочь, обойдёшься!
Меня захлестнуло жгучее желание во что бы то ни стало помочь сержанту. Перед глазами снова всплыла картина – изувеченное бедро Седого и жестокая расправа над ним кровохлёба. В конце концов, если медальоны действительно вели нас к тем, кто нуждался в помощи, то у нас ещё оставался шанс хоть отчасти оправдать оказанное побрякушками доверие.
Где-то визжали бесы, и строчил автомат Мезенцева. Резко бахала Вишняковская «Сайга». Ярко-красные чёрточки рассекали ночную тьму, ударяясь в землю с такой силой, что на месте каждого попадания возникала небольшая воронка, на дне которой тут же вспыхивали язычки пламени.
Огонь незнакомого стрелка смолк так же внезапно, как и начался. Недолго думая, я поднялся на ноги и, поспешно смахнув с лица грязь и прилипшие травинки, взобрался на дорожную насыпь. Зеленоватого свечения взорвавшейся закрывашки и горящего броневика хватило, чтобы различать очертания предметов и примерно ориентироваться в пространстве. Пригнувшись на подскальзывающих ногах, я перебежал дорогу, усеянную десятками дымящихся выбоин, и присел в траву на другой стороне.
– Копыто! – громко крикнул я, пытаясь перекричать суматошный треск автомата Гарика и хлопки автоматического дробовика. – Товарищ сержант!
В ответ чуть впереди, прямо напротив застывшей бронемашины, прогремела длинная очередь и раздался предсмертный визг беса. Я бросился вперёд, подумав, что сержант мог быть ранен и не мог двигаться. Сквозь безумную какофонию этой адской ночи начал пробиваться нарастающий свист, словно к нам приближался миниатюрный реактивный самолёт. Я приподнял голову над травой, чтобы понять, что его издаёт, но тут увидел несколько промелькнувших теней, оставляющих следы в зеленоватых клубах туманной дымки.
Судорожно выругавшись, я дал пару коротких очередей, отгоняя подбирающихся бесов. Складывалось ощущение, что взрыв закрывашки сильно ошеломил оставшихся тварей, лишив их прежнего напора. Всё чаще со стороны дороги слышались визги, означавшие удачные попадания, а само движение тварей стало каким-то неорганизованным. Возникало чувство, что теперь они просто метались в густой траве в надежде случайно наткнуться на одинокого стрелка.
– Копыто! – снова позвал я, углубившись в траву на пару десятков метров. – Надо уходить, ты где?!
– Здесь я! – рявкнул за спиной знакомый голос, и я резко обернулся.
Сержант сидел в центре небольшого примятого пятачка и перезаряжал автомат.
– На чём уходить, остолоп? – угрюмо поинтересовался он.
– На ногах, – буркнул я, подскочив и присев рядом.
Тем временем свист турбин нарастал.
– Отличный план! – губы Копыто искривила горькая усмешка. – Про стрелка с ре́льсой уже забыл?
– Нет, но мы же не можем до утра в траве отсиживаться! Давайте, товарищ сержант, уходим!
Копыто сдавленно выругался, но всё же поднялся и, уперев приклад в плечо, вскинул оружие.
– Ладно, уходим! Зови своих, двинемся по этой стороне, тут трава повыше…
Сбоку от нас мелькнула тень, и сержант срезал её длинной очередью.
Я попятился следом, пытаясь определить источник нарастающего шума, и в эту секунду из-за рощицы показалось большое приземистое транспортное средство. В отсветах пламени и догорающих бликах закрывашки его вполне можно было принять за ещё одного «Тигра», вот только двигалось оно слишком плавно и быстро, буквально паря над верхушками травы и туманной пеленой. К тому же вместо лёгкой пулемётной турели сверху виднелись очертания четырёх выступающих железок, чем-то напоминающих железнодорожные рельсы, только увешанные какими-то блоками и модулями. Они были расположены на небольшом удалении друг от друга, и с большого расстояния их вполне можно было принять за самый настоящий ствол мощного орудия. Вспыхнул свет направленного прожектора, и мы в одно мгновение ослепли.
– Пиндец! – только и успел выкрикнуть Копыто, когда вокруг снова замелькали алые трассеры.
Я попытался нырнуть в траву, но тут раздался треск, похожий на статическое электричество, и тело скрючил резкий болевой спазм. В одно мгновение я подумал, что это конец. Должно быть, раскалённый железнодорожный костыль пробил мне грудь и, разворотив полтуловища, вылетел из спины, разбрасывая дымящиеся клочья плоти.
Мышцы напряглись с такой силой, что запястья и ступни стало выворачивать неестественным образом, а шея скривилась набок, будто её дёргали за невидимый стальной тросик, пропущенный под кожей. Челюсть нелепо отвалилась, щёки потянуло в стороны, а горло словно пережала невидимая металлическая рука. Пальцы непроизвольно сжались. Указательный соскользнул со спусковой скобы и с силой нажал на курок. Калашников затрещал, выпуская под ноги остатки магазина. Я рухнул как подкошенный, будучи не в силах управлять собственным телом.
Спустя несколько мгновений, заполненных болевыми спазмами и хрустом собственных костей, я понял, что это был вовсе не алый трассер. Кажется, убивать меня вовсе не собирались. Всё это было больше похоже на удар гигантским шокером.
Я валялся в траве как подрубленное дерево. Спазмы пробегали по мышцам, заставляя тело выгибаться в разные стороны с ужасающей силой. Кости и суставы гудели так, словно на них давили гидравлическим прессом. От боли хотелось орать благим матом, но вместо этого из сдавленного горла вырывалось лишь неровное шипение, сопровождаемое облаком пара, тающего в ночном воздухе. Внутри нарастало чудовищное давление, и мне казалось, что ещё чуть-чуть – и лицо раздует, как в фильме «Вспомнить всё».
Очередной спазм выгнул спину и ноги так, что я почти встал на мостик без помощи рук. Непроглядную черноту неба разрезала белая пелена яркого света прожектора, из-за которой туманная дымка стала похожа на разлитое молоко. Верхушки мокрой травы искрились множеством капель. Сквозь скрежет зубов и сдавленное сопение я услышал противный гул механизмов, и мимо пронеслось что-то массивное. Очевидно, это был кровохлёб, но я даже не смог об этом подумать, испытывая невыносимую боль.
В поле зрения возникла фигура Копыто. На какое-то мгновение мне показалось, что он словно поднялся из травы, подобно какому-то магическому созданию, широко раскинув руки и совсем не используя при этом ноги. Но в следующий миг за его спиной, будто материализовавшись из воздуха, возникла огромная механизированная обезьяна, опутанная множеством шлангов и механизмов. Существо держало сержанта на вытянутых руках, словно он был лёгкой пушинкой.
В лучах света возникла ещё одна фигура. Если бы не мелкие спазмы, заставившие мышцы болезненно сжаться до каменного состояния, я бы удивился. Это точно был человек, возможно, моего роста или чуть ниже. На фоне мощного кровохлёба он смотрелся весьма прозаично. На голову незнакомца был накинут серый капюшон, а за спиной болтался длинный плащ. На плечах, руках и бёдрах виднелись элементы какой-то фантастической брони, напоминающей рыцарский доспех. Одной рукой он держал вскинутое вверх компактное оружие, размером чуть короче автомата Калашникова, только с массивным толстым стволом, словно состоящим из двух рассечённых вдоль половинок. Я хоть и почти ничего не соображал, но был уверен, что это именно он поливал нас алыми трассерами.
Читайте бесплатно, наслаждайтесь, делитесь с друзьями — я не торговец, я писатель. Но если решите поддержать мой борьбу с прокрастинацией и пустым холодильником — милости прошу на главную страницу, там есть волшебная кнопка «Поддержать автора»!
Подборка "Где-то во времени. Часть первая" целиком:
https://dzen.ru/suite/6f9c2eb4-9a0d-4a0d-bd8b-a59dfc56b8cd
Небольшая группа-междусобойчик с разговорами обо всём в ТГ:
t.me/AntohaIgroed