Предыдущая часть:
Бизнесмен уставился на неё зловещим взглядом, явно не ожидая, что она так быстро и точно разгадает его истинные намерения.
— Вижу, вы довольно деловая дама, умеете мыслить практично, — процедил Козлов сквозь зубы, стараясь сохранить контроль. — А что, если я удвою предложенную сумму, чтобы сделать сделку ещё привлекательнее? В конце концов, какое вам дело до этой местной глуши и каких-то совершенно посторонних для вас монашек, с которыми вы едва знакомы?
В эту минуту дверь дома тихонько приоткрылась, и на крыльцо вышла Светлана в своём монашеском облачении. Она держала на руках Ванечку и с откровенным негодованием смотрела на бизнесмена, не скрывая раздражения.
— Что вы здесь так раскричались? — шикнула она на Козлова строго. — Между прочим, ребёнок только что уснул, и вы его разбудите своим шумом.
— Как видите, эти сёстры мне совсем не посторонние люди, — твёрдо сказала Ольга и указала бизнесмену на выход с участка.
Виктор Николаевич несколько секунд непонимающе смотрел то на монахиню с младенцем на руках, то на Ольгу, которая была настроена решительно и даже готова вызвать полицию, если он начнёт угрожать или давить дальше. Однако Козлов лишь молча сплюнул под ноги в знак презрения, после чего, послав ей взгляд, полный угрозы и ничего хорошего не обещающий, сел обратно в свою машину и жестом приказал всему кортежу разворачиваться и уезжать.
— Кто это был такой? — удивлённо спросила Светлана, когда машины скрылись из виду. — Даже из дома было слышно, как он шумел и настаивал. Что он вообще хотел от тебя и от этого места?
Ольга лишь глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться после напряжённого разговора.
— Это, похоже, довольно опасный и очень алчный человек, который думает только о прибыли. Думаю, нужно обязательно проконсультироваться с кем-то, кто разбирается в таких делах, чтобы понять, как дальше действовать.
— Вы невероятно смелая женщина, раз решились так открыто противостоять этому Козлову, — произнес Алексей с настоящим восхищением в голосе, когда они встретились тем же днём.
Ольга рассказала ему обо всём инциденте с бизнесменом, не утаивая деталей.
— И вы правильно сделали, что не согласились на его предложение, даже если оно казалось выгодным, — кивнул бывший юрист одобрительно. — Козлов славится тем, что никогда не выполняет свои обещания до конца и часто подводит партнёров. Уже несколько бизнесменов серьёзно пострадали от сотрудничества с ним, потеряв деньги и репутацию.
— Да дело здесь вообще не в деньгах или выгоде, — покачала головой Ольга, объясняя свою позицию. — Я просто не могу предать память о тёте, которая жила здесь столько лет.
Она посмотрела на Алексея немного смущённо, собираясь с мыслями.
— Я много размышляла после того, как вы рассказали о себе и о своём пути. И о своей жизни тоже подумала немало. В общем, я решила, что хочу сделать что-то по-настоящему важное для других людей, что-то полезное.
Алексей смотрел на неё с растущим интересом, слушая внимательно. Он знал, чем она занимается в городе, и искренне считал, что её работа уже приносит пользу.
— Ну, вы же и в городе именно этим занимаетесь — помогаете людям, — удивился он, не совсем понимая.
Однако Ольга уверенно покачала головой, отрицая.
— Да нет, это не совсем то. Там я за деньги помогаю людям менять внешность, выполняю их желания, иногда довольно экзотические и капризные. Ведь они хотят стать ещё красивее, чтобы нравиться окружающим или себе. А мне сейчас хочется принести пользу всем, кто в ней нуждается, например, тем, кто попал в сложную жизненную ситуацию и не знает, как выбраться.
Алексей молчал, поражённый её словами, ожидая, когда она раскроет свой замысел полностью.
— В общем, я решила, что хочу отреставрировать дом тёти и перестроить его в специальное место для женщин. Ну, для тех, кто пострадал от насилия в семье или остался один на один с судьбой, с маленьким ребёнком на руках, без поддержки — вот как моя соседка здесь, в деревне.
Алексей не сразу нашёл, что ответить, но был искренне поражён глубиной её идеи.
— Да, это действительно благородный поступок, полный сострадания. Мне кажется, местная администрация с большим удовольствием поддержит именно ваш проект, а не планы Козлова с его коммерцией.
Со своей стороны он пообещал помочь с оформлением всех необходимых документов и процедур. Ольга искренне радовалась тому, что Алексей оказался на её стороне и готов поддержать.
Вернувшись домой в тот день после долгого разговора, Ольга поспешила поделиться свежими новостями со Светланой, чувствуя возбуждение от идей. Но в комнате, где девушка обычно проводила время с ребёнком, никого не оказалось, и это сразу насторожило. Обойдя весь дом шаг за шагом, заглядывая в каждую комнату и даже в кладовку, Ольга к своему огромному изумлению наконец обнаружила Светлану в маленькой прачечной в углу. Та тихо разговаривала с кем-то по дорогому смартфону, который явно не вязался с её образом, но, заметив Ольгу в дверях, быстро спрятала его в глубоких складках своего длинного шерстяного платья, пытаясь сделать вид, что ничего не происходит.
— Я всё видела своими глазами, — сухо произнесла Ольга и подошла к Светлане вплотную, не давая отмазаться. — Расскажи, пожалуйста, правду, что здесь происходит на самом деле? Откуда у тебя такой дорогой телефон? Я ведь не дура и прекрасно разбираюсь в моделях гаджетов.
Светлана попыталась слабо возразить, мол, вам просто показалось, ничего такого не было, но Ольгу было не провести такими отговорками.
— Ладно, я расскажу всё как есть, — выдохнула девушка, смахивая с лица горькие слёзы, которые покатились по щекам. — Только, пожалуйста, не выдайте меня сестре Матроне, умоляю. Мне остался всего месяц до пострига в монахини. Я не хочу, чтобы меня выгнали отсюда. Мне ведь больше некуда пойти, понимаете? Это мой последний шанс на нормальную жизнь.
Ольга заверила её, что ни о чём не расскажет настоятельнице, но подчеркнула, что должна быть полностью уверена, что Светлана не причинит вреда ребёнку или кому-то ещё.
— Нет, конечно, ничего подобного, — всхлипывая, ответила она. — Потому что я его родная мать. Ванечка — мой сын, и я никакая не монахиня на самом деле, это всё маскировка.
Ольга, выслушав это признание, молча кивнула, не показывая удивления. Собственно, она об этом уже давно догадывалась по мелким деталям, просто никак не могла понять, зачем нужна вся эта тайна и скрытность.
— Моя настоящая фамилия — Воронюк, — продолжила Светлана, успокаиваясь. — Мои родители — довольно влиятельные бизнесмены с большими связями, и они бы никогда не позволили мне выйти замуж за обычного человека без статуса и денег.
— А ты не хотела выходить замуж по их выбору? — переспросила Ольга, чтобы уточнить, и поэтому решила сбежать от всего этого.
Светлана кивнула, подтверждая.
— Папа собирался выдать меня за одного парня — сына своего партнёра по бизнесу. Считал, что этот брак только укрепит семейный капитал и связи. Но тот парень был мне совершенно противен — мерзкий, пошлый тип, который думает всё время только об одном, о своих желаниях.
Светлана тяжко вздохнула, вспоминая те времена с отвращением.
— К тому же у меня уже был любимый молодой человек, с которым мы были счастливы. Мы с Романом очень любили друг друга, и я бы скорее удавилась, чем позволила кому-то другому даже прикоснуться ко мне.
Светлана рассказала подробнее: Роман работал садовником в их большом особняке, ухаживал за растениями, деревьями и цветами на приусадебном участке с большой заботой. Он был добрым, внимательным и по-настоящему заботливым человеком. Ему не нужны были чужие деньги или статус — единственное, чего он хотел по-настоящему, это уехать из этого проклятого особняка вместе со своей невестой и начать простую, но счастливую жизнь вдали от интриг и давления.
— А потом я узнала, что беременна от него, — опустив глаза, призналась Светлана, голос её дрогнул. — Я скрывала это сколько могла, чтобы родители не узнали. О беременности знали только я и Роман. Он очень хотел этого ребёнка, считал, что это настоящий знак судьбы для нас. Ну, о том, что мы обязательно должны быть вместе несмотря ни на что. Мы договорились, что я сбегу из дома и рожу в безопасном месте, а он в это время уволится с работы и приедет ко мне. А потом мы все вместе уедем из города куда-нибудь далеко, где нас никто не найдёт.
Светлана замолчала на миг, и Ольга поняла, что план, очевидно, потерпел полный крах по каким-то причинам.
— Это всё наша горничная Клава Захаровна виновата в том, что случилось дальше, — призналась Светлана с горечью. — У неё в этом монастыре живёт родственница, которая здесь помогает. Вот она и посоветовала мне обратиться за помощью к настоятельнице, но перед этим дала адрес своей хорошей знакомой. Та живёт в соседней деревне и работает местной повитухой. Именно у неё я и родила Ванечку, в тихом и безопасном месте.
Светлана вновь вытерла слёзы, которые опять навернулись на глаза.
— Она дала мне это платье, похожее на монашеское, чтобы не привлекать внимания, и я отправилась прямиком в монастырь. А по пути уже придумала историю про то, что якобы нашла ребёнка брошенным.
— Интересно, а как же ты умудрялась скрывать то, что кормишь Ваню грудью, чтобы никто не заподозрил? — поразилась Ольга, глядя на неё с удивлением.
Однако молодая мать только плечами пожала, словно это было не таким уж сложным.
— Да просто старалась подгадывать время так, чтобы никто не увидел. А так вы же и сами заметили, Ванечка отлично ест и козье молоко, когда нужно, без капризов.
Ольга медленно опустилась на ближайший стул, чтобы осознать и переварить всё услышанное.
— А что стало с твоим женихом после всего этого? — спросила она, чувствуя, что история ещё не закончена.
И лицо Светланы вновь побелело от страха и воспоминаний.
— Он не смог приехать ко мне, как мы планировали, потому что его поймали мои родители. Папа каким-то образом узнал о наших отношениях и не просто уволил Романа с работы, а подставил его так хитро, что того арестовали, обвинив в краже и вымогательстве денег.
Она закрыла лицо руками и тихо произнесла, голос её дрожал:
— Я до сих пор боюсь за него каждый день. Боюсь, чтобы эта тюрьма не сломала его окончательно, не изменила навсегда.
— Погоди, — нахмурилась Ольга, пытаясь связать концы. — Но если ты не общаешься с родителями после побега, а твой жених сейчас в тюрьме, то с кем же ты тогда разговаривала по телефону только что?
Светлана отняла руки от лица и устало произнесла, глядя в пол:
— Ну, конечно же, с Романом. У заключённых есть право на один звонок раз в месяц. Вот мы и созваниваемся так, чтобы поддерживать связь.
Продолжение: