Но если бы всё было так просто. Проблемой маленькой Дульсы стала ее властная бабушка Беатриса. Во-первых, она была в союзе с графом Тулузским и вовсе не думала разрывать брачный контракт заключенные ее покойным сыном. Вот только Дульсу, получается, обошли не только с Провансом, но еще и с Мельгёем. Отец давал ей в приданное половину этого графства, значит, он был его владельцем? После его смерти и таковой сеньорой должна была стать и Дульса. Вот только последующие решения Беатрисы показали, что добрая бабушка так вовсе не считала.
В конце 1170 или в начале 1171 скончался Бертран V, второй муж графини Мельгёй, бывший ее верной опорой и видимо поэтому ему было даровано женой право соправителя. Это была ее воля, например, мужья Эрменгарды, виконтессы Нарбонны, соправителями своей жены не были.
А этом браке у Беатрисы было двое детей - Бертран Пеле и Эрмесинда Пеле. Дочь уже успели выдать замуж за Пьера-Бермона де Сов де Андуз. Неизвестно, когда точно родились эти дети Беатрисы и когда Эрмиссинда вышла замуж, но ко смерти отца у нее уже был свой сын. Как же тогда должно было наследоваться графство Мельгёй? Если рассуждать с точки зрения общих обычаев (хотя это неблагодарное и возможно бессмысленное дело) то должно быть так: Дульсе принадлежит половина графства, по наследованию от отца, вторую половину держит графиня Беатриса и эта же половина должна перейти к Дульсе после Беатрис, так как она генеральная (и первоочередная) наследница своей бабушки.
Однако, у властной бабушки есть свое видение и по факту имеем следующее. Он считает себя полноценной и единственной графиней Мельгёй. И Дульса, проект брака которой с наследником Тулузы всё еще не расторгнут, получает в приданное свою половину. То есть, после смерти отца, Дульса сама по себе ничем фактически не владеет (даже под опекунством кого-либо), хоть ее и называют графиней Прованса и графиней Мельгёй - оба титула просто дутые и ничего не значат. В этой занятной конструкции лишь неясно - что будет со второй половиной? Кому она достанется, после того, как Беатриса отойдет в мир иной? Дульсе? Или еще кому-то?
Главный вопрос - в рациональности этих разделов маленького графства. Первым его «спроектировал» Раймунд Беренгер, но он был могучим графом Прованса и мог себе это позволить. Кстати, не ясно, собирался ли он отдавать в приданное дочери (входил ли он в ту половину) знаменитый монетный двор, это было бы просто глупо, так что вряд ли. Но предыдущие графы не разделяли ни территории, ни власти на этой территории, подобно тому как это делали властители Прованса и Нарбонны. Ведь в военном отношении графство - чахлое и немощное. Если его еще и поделить, то что будет? При следующей заварушке следующий сеньор Монпелье в два раза быстрее одержит победу? Тут еще и епископы Магалона, с которыми приходится делить власть на довольно маленькой территории. Так что Беатриса со своим разделом вела себя уже неразумно.
И вот здесь на сцену выходит молодой Бернар Пеле, сын Беатрисы от второго мужа, лет ему было не более 25, с учетом того, что его родители вступили в брак в 1146 году. Сразу после смерти отца он провозглашает себя графом Мелгёй. Мотивы его просчитать можно. Что ему должно было достаться при стандартном положении дел? Сложно сказать, тут два варианта. Или ничего, что скорее всего - ибо дочь наследует впереди дяди, или в самом лучшем случае, именно та половина графства, что не вошла в приданное племянницы. Вот он и решил взять всё.
К сожалению, не владея французским языком, я не слишком понял его взаимоотношения с Гийомом Монпелье, кроме того, что эти отношения были дружественными. Именем графа (то есть, уже себя), чтобы заручиться поддержкой сильного соседа, он даровал Гийому одну деревню, а Ги, брату сеньора Монпелье выделил еще отдельный фьеф. Имелись и какие-то еще другие уступки с его стороны.
Разумеется, он уже по неоспоримому праву вступил во владение Алесом, сеньорией отца, зафиксировано освобождение от налогов одного аббатства. И в пожертвование другому аббатству он гордо именует себя графом Мельгёй. Но в главное здесь то, что от дружбы с Гийомом Монпелье, рукой подать и до каталонцев. Следующий шаг молодого Бертрана легко просчитывался - стать полноценным графом Мельгёй в союзе с Монпелье, Провансом и Альфонсо II. Никакого Раймунда Тулузского, в этой схеме ему места не было.
*****
Поддержать автора: 2202 2053 7037 8017