Я резко толкнула дверь и вошла в прихожую. Голоса в гостиной мгновенно смолкли.
— Катя? — растерянно выдохнул Игорь, появляясь в дверном проёме. — Ты же сказала, что на работе задерживаешься...
Начало этой истории читайте в первой части.
— Сказала, — я прошла в гостиную, где за столом сидела побледневшая Марина Сергеевна. — Но планы изменились. Как, собственно, и многое другое.
— Что ты имеешь в виду? — свекровь попыталась изобразить непонимание.
— Имею в виду разговор, который только что подслушала. — Я села напротив них, сложив руки на столе. — Итак, что вы от меня скрываете?
Игорь и мать переглянулись. В воздухе повисла тяжёлая тишина, прерываемая только тиканьем старинных часов на стене.
— Катюш, — наконец заговорила свекровь, — давай спокойно поговорим...
— Именно для спокойного разговора я сюда и пришла. Только почему-то вместо откровенности получаю секреты и недомолвки.
— Мы не хотели тебя расстраивать, — тихо сказал Игорь.
— Чем расстраивать?
— Своими проблемами, — он опустил глаза. — Есть кое-что...
— Игорь! — резко одёрнула его мать. — Мы же договаривались!
— Мам, хватит! — он вскинул голову. — Катя права, она должна знать.
Свекровь сжала губы, но промолчала.
— Рассказывай, — сказала я, чувствуя, как учащается пульс.
— Помнишь моего одноклассника Олега Смирнова?
— Того, с которым ты учился в институте? Он же в Америке живёт.
— Жил. Месяц назад вернулся в Москву. — Игорь нервно теребил край скатерти. — И обратился ко мне с предложением.
— Каким предложением?
— Бизнес-проект. Очень выгодный, по его словам.
Я почувствовала, как в желудке что-то сжалось. Слово «выгодный» в устах мужа всегда предвещало проблемы.
— И что за проект?
— Импорт оборудования из Китая. Олег говорил, что у него есть налаженные каналы, проверенные поставщики...
— Сколько денег просил?
— Двести тысяч рублей, — тихо ответил Игорь.
— Двести тысяч?! — я подскочила. — И ты дал ему наши сбережения?
— Не дал! — он замахал руками. — То есть... не сразу дал.
— Игорь, объясни нормально!
— Сначала я отказался. Сказал, что такие суммы мы не можем тратить без обсуждения с тобой.
— И что он ответил?
— Что понимает. Но предложил начать с меньшей суммы — пятьдесят тысяч. Как тестовую партию.
В голове начало проясняться.
— И ты согласился?
— Да, — он кивнул. — Подумал, что пятьдесят тысяч — не такая большая сумма. Если проект окажется удачным, быстро отобьём.
— А если неудачным?
— Тогда потеряем немного.
— Где ты взял эти пятьдесят тысяч? — я уже догадывалась, но хотела услышать подтверждение.
— Попросил у мамы.
— Тайком от меня.
— Да.
Марина Сергеевна всё это время молчала, внимательно наблюдая за нашим диалогом.
— И что случилось с этими деньгами?
— Олег исчез, — буркнул Игорь. — Телефон отключил, на сообщения не отвечает.
— То есть вы остались без денег?
— Да.
— А дальше что произошло? — я повернулась к свекрови. — Откуда взялись тридцать тысяч, которые Игорь занял недавно?
Она вздрогнула.
— Ты знаешь про тридцать тысяч?
— Знаю. И хочу понять, зачем они понадобились.
— Олег вышел на связь, — признался Игорь. — Две недели назад. Сказал, что были проблемы с поставщиками, но теперь всё решено.
— И ты поверил?
— Он объяснил ситуацию. Показал документы, договоры...
— Игорь, тебя уже раз обманули!
— Я понимаю! Но он сказал, что готов вернуть первые пятьдесят тысяч плюс прибыль, если я доверю ему ещё тридцать.
— И ты снова согласился?
— Катя, я хотел исправить ситуацию! — он встал, начал ходить по комнате. — Понимаешь, если бы всё прошло успешно, мы бы не только вернули долг маме, но и получили хороший доход.
— А если бы не прошло?
— Тогда... тогда мы потеряли бы восемьдесят тысяч.
Я откинулась на спинку стула. Восемьдесят тысяч рублей. Почти половина наших сбережений.
— И что случилось во второй раз?
— То же самое, — едва слышно ответил Игорь. — Олег опять исчез.
— Когда?
— Три дня назад.
Воцарилось молчание. Я пыталась переварить услышанное. Муж дважды попался на удочку мошенника и скрыл это от меня.
— Марина Сергеевна, — обратилась я к свекрови, — а вы откуда взяли эти деньги?
— Взяла кредит, — тихо ответила она.
— Кредит?
— В своём банке. Под залог квартиры.
— Под залог квартиры?! — я почувствовала головокружение. — Восемьдесят тысяч под залог квартиры?
— Не восемьдесят. Двести.
— Что?
— Я взяла кредит на двести тысяч, — она не смотрела мне в глаза. — Думала, помочь Игорю с бизнесом.
— И где остальные деньги?
— Олег убедил меня, что чем больше вложение, тем выше прибыль, — вмешался Игорь. — Мама согласилась дать всю сумму.
— Всю сумму отдали этому мошеннику?
— Да.
Я встала и подошла к окну. На улице моросил дождь, и серые капли стекали по стеклу, как слёзы.
— Игорь, ты понимаешь, что произошло?
— Понимаю, — он подошёл ко мне. — Мы попались на мошенничество.
— Не только. Ты принял серьёзное финансовое решение, не посоветовавшись со мной.
— Я хотел сделать сюрприз...
— Сюрприз? — я обернулась к нему. — Потеря двухсот тысяч рублей — это сюрприз?
— Я думал, что получится заработать!
— На чужих деньгах, втайне от жены!
— Катя, прости меня, — он попытался взять меня за руки, но я отстранилась.
— А теперь что? — я посмотрела на свекровь. — Как будете возвращать кредит?
— Не знаю, — она всхлипнула. — Зарплаты не хватает даже на проценты.
— А если не будете платить?
— Банк заберёт квартиру.
— То есть ваша мать может остаться без жилья из-за твоей глупости? — я повернулась к Игорю.
— Мы что-нибудь придумаем!
— Что именно?
— Возьмём кредит, продадим что-нибудь...
— Что продадим? У нас только наша квартира и машина.
— Может быть, машину...
— Машина стоит сто тысяч максимум. А долг двести.
— Тогда... тогда не знаю.
Я снова села за стол. Голова шла кругом от обрушившейся информации.
— Марина Сергеевна, а вы в полиции заявление подавали?
— Нет, — она качнула головой. — Игорь сказал, что бесполезно.
— Почему бесполезно?
— Олег дал мне расписку, что деньги взял в долг. Формально это не мошенничество.
— А документы проекта?
— Оказались поддельными.
Я глубоко вздохнула. Ситуация была катастрофической. Свекровь могла лишиться квартиры, а мы — большой части сбережений.
— Игорь, а этот Олег точно из вашего класса?
— Да, мы вместе учились.
— Может, стоит связаться с другими одноклассниками? Узнать, не обращался ли он к кому-то ещё?
— Хорошая мысль, — он оживился. — Сейчас попробую найти контакты.
Игорь достал телефон и начал листать записи. Я наблюдала за ним, всё ещё не веря в происходящее.
— Вот, нашёл номер Кости Петрова, — он набрал номер. — Костя? Привет, это Игорь Миронов... Да, из одиннадцатого «А»... Слушай, не обращался к тебе случайно Олег Смирнов с каким-то бизнес-предложением?
Я видела, как менялось лицо мужа во время разговора.
— Понятно... А сколько?.. Серьёзно?.. Когда это было?.. Хорошо, спасибо.
Он положил трубку и тяжело опустился на стул.
— И что? — спросила я.
— Олег обманул не только нас. Костя потерял семьдесят тысяч месяц назад.
— Та же схема?
— Точно такая же. Сначала убедил дать пятьдесят, потом ещё двадцать.
Марина Сергеевна всхлипнула:
— Значит, мы точно больше денег не увидим?
— Скорее всего, нет.
Я встала и прошлась по комнате, пытаясь думать логически.
— А сколько ещё он мог обмануть?
— Не знаю. В нашем классе было тридцать человек.
— Игорь, нужно всех обзвонить. Выяснить масштаб мошенничества.
— Зачем?
— Если пострадавших много, можно подать коллективное заявление. Больше шансов, что полиция займётся делом серьёзно.
Следующий час мы провели, обзванивая одноклассников. Картина получалась удручающая — Олег обманул семерых человек на общую сумму около миллиона рублей.
— Завтра же идём в полицию, — решила я. — Всех собираем и подаём заявление.
— А толк будет? — уныло спросил Игорь.
— Может и не будет, но сидеть сложа руки точно бесполезно.
— Катя, — тихо сказала свекровь, — а что делать с кредитом? Через неделю нужно платить очередной взнос.
— Сколько нужно?
— Двадцать тысяч.
Я посчитала в уме наши возможности. При экономном расходовании могли выдержать несколько месяцев, но не больше.
— Пока что заплатим мы, — решила я. — А дальше посмотрим.
— Катюша, я не могу принять...
— Марина Сергеевна, это не благотворительность. Это попытка спасти ситуацию.
— Но всё же...
— Всё же ваш сын втянул нас в эту историю. Теперь мы все в одной лодке.
Игорь виновато смотрел в пол.
— Прости меня, Катя.
— Извинениями делу не поможешь. Нужны действия.
— Какие действия?
— Завтра идём в полицию. Послезавтра — к юристу, узнать о возможности реструктуризации кредита. А пока думай, как найти этого Олега.
— Как найти? Он же исчез.
— Люди не исчезают бесследно. У него должны быть родственники, друзья, старые адреса.
Домой мы ехали молча. Игорь сидел за рулём с мрачным видом, а я смотрела в окно и пыталась осмыслить ситуацию.
— Катя, — наконец нарушил тишину муж, — ты меня простишь?
— Не знаю.
— Понимаю. Я поступил подло.
— Не подло. Глупо.
— В чём разница?
— При подлости человек сознательно причиняет вред. При глупости — просто не думает о последствиях.
— И что хуже?
— Не знаю. Результат одинаковый.
— Катя, а мы справимся?
— С долгами? Наверное, справимся. С доверием — вопрос сложнее.
— Что ты имеешь в виду?
— Игорь, ты скрывал от меня серьёзные финансовые решения. Как я теперь могу быть уверена, что не повторится?
— Я больше никогда...
— Ты и в прошлый раз думал, что поступаешь правильно.
Он замолчал, и мы доехали до дома в полной тишине.
Дома я заварила крепкий чай и села за компьютер. Нужно было найти информацию об Олеге Смирнове — социальные сети, старые адреса, контакты родственников.
— Что делаешь? — спросил Игорь, заглядывая через плечо.
— Ищу твоего друга.
— Нашла что-нибудь?
— Пока только старую страницу ВКонтакте. Последняя активность три месяца назад.
— А друзья? Родственники?
— Смотрю. Вот, есть несколько человек с такой же фамилией. Возможно, родственники.
Я открыла профиль женщины средних лет — Светланы Смирновой.
— Игорь, а у Олега была тётя?
— Да, кажется, была. А что?
— Вот её страница. И знаешь что интересно? Она жалуется подругам на племянника, который просит денег.
— Серьёзно?
— Читай сам.
На экране был пост двухнедельной давности: «Девочки, что делать? Племянник опять просит денег взаймы. Говорит, что дело срочное, очень выгодное. Но я же помню, как он в прошлом году родителей обманул...»
— Это он! — воскликнул Игорь. — Значит, он и родственников обманывает.
— Подожди, тут ещё интересное.
Я прокрутила ленту дальше. В комментариях подруги советовали Светлане быть осторожнее, а одна из них написала: «А помнишь, он у меня соседа обманул на сто тысяч? Тоже про какой-то бизнес рассказывал.»
— Игорь, этот человек профессиональный мошенник!
— Получается, да.
— Нужно связаться с его тётей. Узнать, где он может скрываться.
— А если она не захочет говорить?
— Захочет. Особенно когда узнает масштаб его деятельности.
Я написала Светлане Смирновой длинное сообщение, объяснив ситуацию и попросив помочь найти племянника.
Ответ пришёл уже через полчаса: «Боже мой! Я же предупреждала его не связываться с этими схемами! Олег сейчас живёт у друга в Подмосковье, снимает дачу. Могу дать адрес.»
— Есть! — я показала сообщение Игорю. — Завтра едем к нему.
— А если он откажется вернуть деньги?
— Тогда приедем с полицией.
— Катя, а ты не боишься?
— Чего боишься?
— Что он может быть опасным.
— Олег? — я усмехнулась. — Он же твой одноклассник, а не бандит.
— Но всё же...
— Игорь, мы потеряли двести тысяч рублей. Твоя мать может лишиться квартиры. Боятся сейчас поздно.
На следующее утро мы поехали по адресу, который дала тётя Олега. Дача находилась в сорока километрах от Москвы, в небольшом дачном посёлке.
— Вот этот дом, — сказала я, сверившись с навигатором.
На участке стояла старая машина, которую Игорь узнал.
— Это его автомобиль. Значит, дома.
Мы подошли к калитке. Участок выглядел заброшенным — трава по колено, покосившийся забор, облупившаяся краска на доме.
— Не похоже на жильё успешного бизнесмена, — заметила я.
Игорь нажал на звонок. Из дома донеслись шаги, затем дверь приоткрылась.
— Игорь? — удивлённо произнёс знакомый голос. — Откуда ты знаешь этот адрес?
— Привет, Олег. Нам нужно поговорить.
— О чём?
— О наших деньгах.
Олег замялся, затем неохотно открыл калитку.
— Проходите.
Он выглядел неважно — небритый, в мятой футболке, с тёмными кругами под глазами.
В доме царил хаос. Повсюду валялись документы, пустые бутылки, остатки еды.
— Присаживайтесь, — он указал на продавленный диван. — Чай будете?
— Не нужен чай, — резко сказала я. — Нужны деньги.
— Какие деньги? — он попытался изобразить непонимание.
— Олег, не делай из меня дурочку, — вмешался Игорь. — Двести тысяч рублей моей матери. Помнишь?
— А... это... — он потёр лоб. — Слушайте, у меня сейчас временные трудности.
— У всех временные трудности, — сказала я. — Но не все берут чужие деньги под ложные обещания.
— Какие ложные обещания? Бизнес просто не пошёл!
— Олег, мы знаем, что ты обманул ещё семерых наших одноклассников, — спокойно произнёс Игорь. — И не только их.
Лицо Олега побледнело.
— Откуда знаете?
— Обзвонили всех. Завтра подаём коллективное заявление в полицию.
— Игорь, ну зачем так радикально? — он заметался по комнате. — Можно же договориться!
— О чём договориться?
— Я всё верну! Клянусь! Просто дайте время.
— Сколько времени?
— Месяц... ну, максимум два.
— Откуда возьмёшь деньги?
— Найду работу, займу у родственников...
— У каких родственников? — я достала телефон. — У тёти Светы, которой ты тоже обещал золотые горы?
Олег упал на стул.
— Вы с ней говорили?
— Говорили. Она рассказала, как ты обманываешь людей уже несколько лет.
— Я не обманываю! — он вскочил. — Я действительно пытался организовать бизнес!
— На чужие деньги, не вкладывая собственных?
— У меня не было собственных!
— Тогда зачем браться за то, что не можешь осилить?
Он молчал, уставившись в пол.
— Олег, где деньги? — жёстко спросила я.
— Какие деньги?
— Те, что ты взял у людей. Куда дел?
— Потратил на проект...
— На какой проект? — я огляделась по сторонам. — На аренду этой развалюхи?
— На документы, разрешения, поездки к поставщикам...
— Сколько всего собрал с людей?
— Не помню точно...
— Олег! — рявкнул Игорь. — Мы уже посчитали. Около миллиона рублей!
— Не миллиона... поменьше будет...
— И где эти деньги?
— Закончились, — тихо ответил он.
— На что закончились?
— На жизнь, на расходы...
— То есть ты просто прожил чужие деньги?
Олег кивнул, не поднимая глаз.
— А что сейчас планируешь делать?
— Не знаю.
— У тебя есть хоть какая-то работа?
— Иногда подрабатываю...
— Кем?
— Курьером.
Я переглянулась с Игорем. Курьер не сможет заработать и десятой части долга.
— Олег, а имущество у тебя есть? Квартира, машина?
— Машина есть, но старая. Тысяч на пятьдесят максимум.
— Квартира?
— Снимаю.
— Сбережения?
— Какие сбережения... — он горько усмехнулся.
— Получается, возвращать нечем?
— Пока нечем. Но я найду способ!
— Какой способ?
— Устроюсь на нормальную работу, буду отдавать частями...
— Сколько зарабатывают курьеры? Тысяч тридцать в месяц?
— Примерно.
— При долге в миллион рублей это тридцать лет выплат. Без учёта процентов и твоих личных расходов.
Олег снова замолчал.
— Слушай, — сказал Игорь, — а давай по-честному. Ты вообще собирался возвращать деньги?
— Собирался! — он поднял голову. — Я правда думал, что проект выгорит!
— И когда понял, что не выгорит?
— Месяца два назад...
— А деньги продолжал брать?
— Думал, что смогу исправить ситуацию...
— За счёт новых жертв?
— Не жертв! За счёт более крупного вложения!
— Олег, это классическая схема финансовой пирамиды, — устало сказала я. — Ты занимаешь у одних, чтобы расплатиться с другими.
— Я не хотел никого обманывать...
— Но обманывал.
— Да, — он опустил голову. — Обманывал.
Наступила тишина. За окном каркнула ворона, где-то вдалеке прогудела электричка.
— И что теперь будем делать? — спросил Игорь.
— Не знаю, — ответил Олег. — Честное слово, не знаю.
— А вот что, — решительно сказала я. — Завтра идём в полицию втроём. Ты пишешь явку с повинной, подробно рассказываешь обо всех пострадавших.
— Зачем?
— Во-первых, это смягчающее обстоятельство. Во-вторых, только так можно попытаться вернуть хоть что-то.
— Как вернуть?
— Следствие установит, куда именно потратились деньги. Может, что-то ещё можно изъять и продать.
— Там уже нечего продавать...
— Это пусть решают следователи.
Олег долго молчал, затем кивнул:
— Хорошо. Согласен.
— И ещё одно условие, — добавила я. — Подпишешь расписки всем пострадавшим. Официально признаешь долг.
— А смысл? Если возвращать всё равно нечем?
— Смысл в том, что когда у тебя появятся деньги — а они рано или поздно появятся — ты будешь юридически обязан их вернуть.
— А если не появятся?
— Появятся. Люди не живут в нищете всю жизнь.
На следующий день мы действительно поехали в полицию. Олег написал заявление с явкой с повинной, подробно рассказал о своих действиях. Следователь завёл уголовное дело.
Конечно, надежд на быстрое возвращение денег почти не было. Но по крайней мере справедливость восторжествовала.
Что касается кредита свекрови — нам удалось договориться с банком о реструктуризации. Платежи растянули на более длительный срок, сделав их подъёмными.
— Катя, — сказал мне Игорь через неделю после всех этих событий, — спасибо тебе.
— За что?
— За то, что не бросила нас. За то, что взяла ситуацию в свои руки.
— А что мне оставалось делать? Смотреть, как твоя мать лишается квартиры?
— Многие бы на твоём месте сказали: «Сами виноваты, сами и разбирайтесь».
— Возможно, — я отложила книгу, которую читала. — Но мы семья. А в семье проблемы решают вместе.
— Даже если один из членов семьи натворил глупостей?
— Особенно если натворил глупостей.
Игорь сел рядом со мной на диван.
— Прости, что не рассказал сразу. Мне было стыдно признаваться, что попался на такой примитивный развод.
— Стыдно должно быть не за ошибку, а за попытку её скрыть.
— Понимаю теперь.
— Игорь, у меня есть к тебе вопрос.
— Какой?
— А что бы ты делал, если бы я не узнала? Как долго собирался скрывать?
Он задумался.
— Честно? Не знаю. Наверное, до тех пор, пока не нашёл бы способ всё исправить.
— А если бы не нашёл такого способа?
— Тогда... тогда рассказал бы.
— Когда? Когда у твоей матери отобрали бы квартиру?
— Раньше. Конечно, раньше.
— Игорь, обещай мне кое-что.
— Что?
— Что больше не будешь принимать серьёзных финансовых решений без меня. Никогда.
— Обещаю.
— И что не будешь ничего скрывать. Даже из самых лучших побуждений.
— Обещаю.
— А если опять появится «выгодное предложение»?
— Сразу расскажу тебе. И мы вместе решим, стоит ли рисковать.
Я кивнула. Этого было достаточно.
Через месяц нам позвонили из полиции. Следствие продвигалось — удалось найти ещё нескольких пострадавших и частично проследить движение денег.
— Есть небольшая надежда вернуть процентов двадцать от потерянной суммы, — сообщил следователь. — У подозреваемого нашли кое-какое имущество, которое можно реализовать.
Двадцать процентов от двухсот тысяч — сорок тысяч рублей. Немного, но лучше, чем ничего.
А ещё через две недели произошло нечто неожиданное. Мне позвонила незнакомая женщина.
— Здравствуйте, это Елена Смирнова, мать Олега.
— Слушаю вас.
— Можно встретиться? Мне нужно с вами поговорить.
Мы встретились в кафе рядом с моей работой. Елена оказалась женщиной лет пятидесяти, измученной и постаревшей.
— Спасибо, что согласились встретиться, — сказала она. — Я знаю, что мой сын причинил вам много неприятностей.
— Не только нам.
— Да, я в курсе. — Она достала из сумочки конверт. — Я пришла, чтобы частично исправить ситуацию.
— В каком смысле?
— У меня есть небольшие сбережения. Не могу покрыть весь ущерб, но хотя бы что-то вернуть.
Она протянула мне конверт.
— Там пятьдесят тысяч рублей. Знаю, что это меньше, чем вы потеряли, но больше пока не могу.
— Елена, это не ваши долги...
— Это долги моего сына. А значит, частично и мои. — Она настойчиво положила конверт на стол. — Я всю жизнь его воспитывала, может, где-то не додала совести.
— Не надо брать на себя чужую вину.
— А вы возьмите деньги. Мне будет легче на душе.
Я взяла конверт. Не потому, что нуждались в деньгах, а потому что видела — этой женщине действительно важно хоть как-то загладить вину сына.
— Спасибо, — сказала я. — Это очень благородно с вашей стороны.
— Что благородного... — она грустно улыбнулась. — Просто пытаюсь исправить то, что можно исправить.
— А как Олег?
— Работает. Устроился грузчиком, работает в две смены. Говорит, что будет возвращать долги до конца жизни, если потребуется.
— Может, этот урок пойдёт ему на пользу.
— Надеюсь. Хотя цена урока слишком высока.
После встречи с матерью Олега я поняла кое-что важное. Иногда чужие ошибки становятся катализатором для внутренних изменений. Наша семья стала честнее, открытее. Игорь действительно больше не скрывал от меня финансовых вопросов. А свекровь перестала стесняться просить помощи.
Полгода спустя нам удалось полностью погасить её кредит — частично за счёт возмещения от следствия, частично за счёт наших накоплений. Квартира была спасена.
— Катюша, — сказала мне Марина Сергеевна на семейном ужине, — я всю жизнь буду тебе благодарна.
— За что?
— За то, что не дала нам утонуть в собственной глупости.
— Мы же семья, — ответила я. — А семья — это когда все за одного.
— Даже если этот один натворил дел?
— Особенно тогда.
Игорь сжал мою руку под столом.
— Я самый счастливый человек на свете, — сказал он.
— Почему?
— Потому что у меня такая жена, которая не убежит при первых трудностях.
— А кто сказал, что будет легко? — я улыбнулась. — Жизнь вообще штука непредсказуемая.
— Зато теперь я знаю — что бы ни случилось, мы справимся.
— Справимся, — согласилась я. — Но в следующий раз, когда тебе предложат лёгкие деньги...
— В следующий раз я сразу приду к тебе за советом.
— И правильно сделаешь.
А через год произошло ещё кое-что интересное. Олег действительно устроился на нормальную работу и начал понемногу возвращать долги. Не все сразу, конечно, но систематически, по пять-десять тысяч в месяц.
И знаете, что самое удивительное? Эта история, начавшаяся с обмана и недоверия, в итоге сделала нашу семью крепче. Потому что мы прошли через испытание и не сломались.
А я поняла главное: иногда любовь проявляется не в том, чтобы прощать ошибки, а в том, чтобы помочь их исправить.