***
Рыжий лес встретил Олесю и Алекса гнетущей, неестественной тишиной. Воздух, густой и сладковатый, обволакивал, как патока. Высокие, мёртвые сосны, окрашенные в рыжий цвет выбросами, стояли как частокол, преграждая путь к старому исследовательскому комплексу, куда так стремился Хакер.
— Смотри, — он указал на свой модифицированный детектор. — Искажения. Похоже на энергетическую аномалию, но… структура странная. Я таких не видел.
— Может, стоит обойти? — Олеся нервно провела рукой по кобуре «Форта». Её собственный, подаренный Хакером сканер, тревожно потрескивал. Лес, несмотря на внешнюю неподвижность, был полон скрытой жизни. И не все её обитатели были дружелюбны.
— Нет, это именно то, что нам нужно! — глаза Алекса горели. — Этот сигнал… он похож на помеху, которую создают их пси-установки. Если я найду источник, я смогу определить частоту! Это ключ!
Он рванулся вперёд, увлечённый охотой за данными. Олеся, сжав зубы, следовала за ним. Она понимала его азарт, но в ушах звучал голос отца: «В Зоне опрометчивость — сестра смерти. Никогда не беги на незнакомый сигнал. Всегда проверяй путь болтом.»
Она хотела крикнуть ему, чтобы остановился, но было уже поздно.
Из-за покорёженного ствола поваленной сосны, с тихим, шелестящим звуком, появилось нечто. Это был слепой псевдопёс — один из тех, кого Зона исказила особенно сильно. Его тело голое, покрытое буграми и шрамами, вместо глаз — два стянутых кожей провала. Но пасть, усеянная рядами игловидных зубов, была более чем реальной угрозой. Он полагался не на зрение, а на слух и вибрации.
Хакер, услышав шорох, обернулся и застыл, парализованный страхом. Он видел мутантов только на записях и в рассказах. Столкновение с живым ужасом оказалось несоизмеримо страшнее.
— Алекс! Не двигайся! — прошипела Олеся.
Поздно. Мутант, уловив вибрацию шагов и запах страха, рыкнул и бросился вперёд. Не на Хакера, а учуяв его движение.
Олеся не думала. Мысли отключились, сработали инстинкты, выдолбленные в её подсознании бесчисленными тренировками с отцом. Она не просто выхватила «Форт». Её движение стало единым, плавным продолжением тела: шаг в сторону, создающий угол для стрельбы, две руки на рукояти, короткое прицеливание.
Грохот выстрела оглушительно грянул в мёртвой тишине леса.
Пуля ударила мутанта в основание шеи, где по идее должны были быть позвонки. Существо взвыло, не от боли, а от ярости, и изменило траекторию, теперь целясь в неё.
Время для Олеси замедлилось. Она увидела, как мышцы на лапах зверя напряглись для прыжка, как слюна брызнула с клыков. Второй выстрел. Третий. Она стреляла методично, как учил Шумахер: «Не пали по площади. Каждый патрон — шанс. Целься в уязвимости.»
Третья пуля, удачно или отчаянно, вошла в открытую пасть. Мутант свалился на землю, дёргаясь в предсмертных конвульсиях, издавая хриплые, булькающие звуки.
Тишина, наступившая после, была оглушительной. В ушах звенело. В воздухе пахло порохом и медью.
Олеся стояла, тяжело дыша, ствол пистолета всё ещё был направлен на поверженного врага. Руки дрожали.
— Олеся… Боже… — Хакер, бледный как полотно, подбежал к ней. — Ты… ты его убила.
Она медленно опустила оружия. Адреналин отступал, и её накрыла странная, леденящая пустота. Она только что лишила жизни. Это было не так, как в рассказах, а грязно, страшно и очень реально.
— Я… я просто… — она не нашла слов.
Алекс обнял её, и она почувствовала, как парень дрожит.
— Ты спасла мне жизнь.
В этот момент её сканер, валявшийся на земле, где она уронила его в суматохе, издал новый, пронзительный сигнал. Не тревожный, а предупреждающий. Хакер нахмурился, поднял его и глянул на экран.
— Что это? — прошептал он. — Это не аномалия… Это…
Из-за деревьев, бесшумно, как призраки, вышли они. Три фигуры в робах, испачканных грязью и чем-то ещё, тёмным и засохшим. Их лица скрывали маски, на груди — символ Монолита. Двигались не спеша, их движения были выверенными и неестественно синхронными. Они не поднимали оружия. Просто смотрели. Их глаза, видимые в прорезях масок, были пусты. В них ни злобы, ни любопытства. Лишь плоская, безжизненная повинность.
Они остановились в десяти шагах. Воздух вокруг монолитовцев, казалось, густел и вибрировал от молчаливого пси-давления.
Олеся инстинктивно оттолкнула Алекса за свою спину, снова сжимая «Форт». Но теперь её охватывал страх иного порядка. Не животный ужас перед мутантом, а леденящий душу трепет перед тем, что было по ту сторону человеческого.
Один из Монолитовцев, тот, что стоял впереди, медленно поднял руку и указал пальцем. Не на неё. На Хакера.
И Олеся всё поняла. Охота началась. И они стали добычей.
— Беги! — крик девушки был не криком страха, а сдавленным, хриплым приказом, вырвавшимся из перехваченного ужасом горла.
Она рванулась, схватив ошеломлённого Хакера за рукав. Адреналин, ещё не успевший отступить после схватки с псевдопсом, снова хлынул в жилы, придавая ногам неестественную скорость. Они понеслись сквозь рыжий частокол мёртвых деревьев, не разбирая дороги. Сзади, не ускоряя шага, но и не отставая, следовали три безмолвные тени. Казалось, они не бежали, а скользили по земле, их тяжёлое, мерное дыхание слышрлось даже сквозь собственный топот и стук сердца в ушах.
— Куда? — задыхаясь, выкрикнул Хакер.
— Отрывайся! Просто беги!
Олеся пыталась сориентироваться по памяти, по обрывкам карт, которые видела у отца. Но лес менялся, подстраиваясь под них. Воздух спереди заструился, заиграл радужными переливами. «Жарка»! Она рванула Алекса в сторону, едва избежав столкновения с невидимой стеной пламени. Земля под ногами стала зыбкой, похрустывающей. «Кислотная лужа»! Прыжок в сторону, едкий запах проедал подошвы ботинок.
Они метались, как загнанные звери, а монолитовцы шли за ними по прямой, словно знали каждый сантиметр этой земли и каждую аномалию, обходя их с гипнотической лёгкостью.
Впереди показался провал — вход в старый дренажный тоннель, уходящий под землю. Ржавая решётка была сорвана.
— Туда! — крикнула Олеся. Это была ловушка? Или единственный путь? Выбора нет.
Они влетели в холодную, сырую темноту. Вода хлюпала под ногами, с потолка капали капли, а по стенам сочилась склизкая влага. Бежали, спотыкаясь о скользкие камни, пока тоннель не вывел их в просторное, круглое помещение. Старая насосная станция. Заброшенное оборудование ржавело под потолком, покрытое паутиной. И тут они поняли — это тупик. Выхода не было. Только тот, через который они вошли.
Олеся обернулась. В горле пересохло. В проёме тоннеля, залитые контрастным светом снаружи, стояли три силуэта. Они вошли внутрь, медленно, неотвратимо, расходясь в полукруг, отрезая путь к отступлению.
Хакер, дрожащими руками, попытался что-то сделать с планшетом.
— Может, смогу создать помехи…
— Не поможет, — прошептала Олеся, отступая к стене. Она понимала. Это конец погони.
Монолитовцы не стреляли. Двое из них, быстрыми и нечеловечески сильными движениями, схватили Хакера. Он крикнул, пытаясь вырваться, но удар прикладом в живот заставил его замолчать и обмякнуть.
— Алекс! — Олеся рванулась вперёд, но третий фанатик преградил ей путь. Его пустой взгляд скользнул по ней, будто оценивая не угрозу, а ценность. Он не стал её бить. Рука, в грубой перчатке, с силой сжала её запястье, вынудив выпустить пистолет. Оружие с грохотом упало в лужу.
Её скрутили так же быстро и эффективно, как и Хакера. На лицах монолитовцев ни злорадства, ни злобы. Лишь холодное исполнение долга. Охота завершилась. Добыча была поймана.
***
В это время Шумахер, стоявший с Громом у того самого «БелАЗа», наблюдал за «красным огоньком». Олеся только что была в секторе Рыжего леса, а теперь быстро двигалась, чтобы окончательно замереть в точке, которая заставила кровь Шумахера застыть в жилах — глубоко под землёй, в районе старой станции «Метро-2», давно известной как один из опорных пунктов Монолита.
— Поймали, — его голос прозвучал глухо, как удар по гробу. — Они в их логове.
Гром, взглянув на экран, выругался длинно и грязно.
— Загнали деток в тоннель. Крысы. Что будем делать, браток? Штурмовать? Это самоубийство.
— Нет, — Шумахер поднял на него взгляд, и в его глазах горел тот самый холодный огонь, который Гром не видел со времён Ольшанки. — Мы её заберём. Собирай парней.
Гром кивнул, вытаскивая коммуникатор. Сообщение о нападении на дочь Шумахера разлетелось быстро.
В этот момент подошёл Омар. На лице — холодное спокойствие. Он уже был в полной боевой выкладке. Закурил, глянул в КПК Шумахера.
— Координаты получил. Подтверждаю — старая насосная на втором кольце. Там у них передовой пост. Не самый укреплённый, но… — он сделал многозначительную паузу, — пси-излучение зашкаливает. Просто так не подойти. И охрана не спит.
— С охраной решим, — отрезал Шумахер. — Собирай всё, что есть по тихому проникновению. Дымовые, светошумовые, средства подавления. Никаких громких взрывов, пока не убедимся, что они в безопасности.
— Уже готово, — кивнул Омар. — Есть пара «Винторезов» с глушителями. И кое-что новенькое от одного умельца — портативные генераторы помех. На короткое время могут ослепить их камеры и создать статические помехи для их… э-э-э… ментальной связи.
Шумахер кивнул, его мозг уже работал как идеальный тактический компьютер. Каждый шаг, каждый выстрел был просчитан.
— Идём. Гром, ты прикрываешь с тыла. Омар — ведёшь к заднему входу, если он есть. Я — на острие.
Сталкеров, желающих помочь Шумахеру, оказалось много. Он взял десятерых, остальным велел ждать и, если дело окажется плохим, быть готовыми прийти на выручку.
Снова посмотрел на экран. Красная точка стояла на месте. Его дочь была там, в темноте, в руках безумцев. И он, как некогда в Ольшанке, шёл в самое сердце тьмы, чтобы вернуть Олесю. Только на этот раз на кону была не его душа, а жизнь девочки. И это делало его в тысячу раз опаснее.
***
Глубоко в подземном святилище, где воздух дрожал от низкочастотного гула, а стены были покрыты непонятными письменами и наплывами тёмного минерала, стоял Человек в Чёрном. Его лицо, как и у других, было скрыто маской, но его осанка, его аура безраздельной власти выдавали в нём лидера. Он наблюдал, как двое его подчинённых сковывают наручниками Хакера, прижимая его к холодному металлическому столу.
— Не сопротивляйся, — голос Человека в Чёрном был тихим, но он резал сознание, как стекло. — Твой разум — это хаос. Порядок, который ты ищешь в кодах, — лишь его жалкое подобие. Мы дадим тебе истинный порядок. Ты будешь служить. Ты будешь видеть. Ты станешь частью Целого.
Продолжение следует...
Понравилась история, ставь пальцы вверх и подписывайся на канал!