Утром Виктор проснулся с больной головой и мрачным настроением. Сидел на кухне, пил крепкий чай и стонал от похмелья. Я готовила яичницу и собиралась с духом.
Начало этой истории читайте в первой части.
— Голова раскалывается, — пожаловался он. — И всё из-за твоих постоянных скандалов.
— Вчера скандалил ты.
— Потому что ты меня довела! — Он потёр виски. — Нормальному мужику надоест содержать дармоедку.
Я поставила перед ним тарелку с яичницей и села напротив. В руках дрожали справки о доходах — документы, которые изменят всё.
— Витя, мне нужно тебе кое-что рассказать.
— Только не надо опять про поиски работы. Слышал уже сто раз.
— Не про поиски. Про работу, которая у меня уже есть.
Он поднял голову, посмотрел на меня с недоумением.
— Какую работу?
— Я трейдер. Торгую на валютной бирже. Уже три года.
Виктор прекратил жевать, уставился на меня как на сумасшедшую.
— Что ты несёшь?
— То, что несу. Каждый день сижу за компьютером и зарабатываю деньги на финансовых рынках.
— Машка, ты что, больная? Какой трейдер? Ты же в экономике ничего не понимаешь.
Я положила на стол справки о доходах.
— Вот документы из налоговой. За прошлый год я заработала два миллиона четыреста тысяч рублей.
Виктор взял бумаги, пробежал глазами по цифрам. Лицо его постепенно бледнело.
— Это подделка, — сказал он неуверенно.
— Зайди в мой личный кабинет на сайте налоговой. Логин и пароль запишу.
Он молчал, переворачивая справки. В кухне стояла тишина, нарушаемая только тиканьем часов.
— Даже если это правда, — сказал он наконец, — почему ты мне не говорила?
— Потому что боялась.
— Чего боялась?
— Что ты почувствуешь себя... неполноценным.
Виктор резко встал, начал ходить по кухне. Справки остались лежать на столе.
— Значит, все эти три года ты меня дурачила?
— Не дурачила. Просто не рассказывала.
— А деньги откуда брались на продукты, на коммуналку? — Он остановился, посмотрел на меня внимательно. — На мою зарплату мы бы не прожили.
— Я добавляла к твоей зарплате нужную сумму. Через банковские переводы.
— Что?!
— Ты получаешь не тридцать тысяч, а восемнадцать. Остальное — мои деньги.
Виктор опустился на табурет, закрыл лицо руками. Несколько минут сидел молча, потом поднял голову.
— Сколько ты зарабатываешь в месяц?
— По-разному. В среднем двести-триста тысяч.
— А я думал, что кормлю семью, — прошептал он. — Гордился тем, что обеспечиваю жену.
— Ты обеспечиваешь. По-своему.
— Каким образом? — В голосе появились злые нотки. — Если ты всё покупаешь на свои деньги?
— Ты работаешь, стараешься, заботишься обо мне.
— Заботишься... — Он рассмеялся горько. — Получается, я у тебя на содержании. Альфонс, одним словом.
— Витя, не надо так.
— А как надо? — Он встал, снова начал ходить. — Три года я орал на тебя за каждую потраченную копейку. А это были твои деньги!
— Наши деньги.
— Нет, твои! — Он стукнул кулаком по столу. — И я как последний идиот учил тебя жизни!
Виктор вышел из кухни, хлопнув дверью. Я слышала, как он ходит по комнате, что-то бормочет себе под нос. Через полчаса вернулся, сел напротив меня.
— Покажи, как ты это делаешь.
Мы прошли к компьютеру. Я включила торговую программу, показала графики, объяснила основы валютного рынка. Виктор слушал внимательно, задавал вопросы.
— Это что, как в казино? Угадал — выиграл?
— Нет, это аналитическая работа. Нужно изучать экономику, политику, следить за новостями.
— А если проиграешь?
— Иногда проигрываю. Но в целом за год всегда в плюсе.
Он посмотрел на монитор, где светились цифры дневного заработка.
— Семь тысяч за утро, — прочитал он. — За полдня ты заработала четверть моей зарплаты.
— Сегодня удачный день.
— А неудачные бывают?
— Бывают. Вчера потеряла три тысячи на фунте.
Виктор откинулся в кресле, задумчиво глядя на экран.
— Значит, ты умная. А я думал... — Он не договорил.
— Что думал?
— Что ты просто домохозяйка. Недалёкая, ленивая.
Слова прозвучали жестоко, но честно. Именно так он меня и воспринимал все эти годы.
— А теперь что думаешь?
— Не знаю. Голова пухнет от всего этого.
Виктор встал, подошёл к окну. На улице светило солнце, начинался обычный рабочий день.
— Мне на завод пора, — сказал он.
— Иди.
— А вечером продолжим разговор.
Он ушёл, не попрощавшись. В квартире стало тихо. Я вернулась к компьютеру, проверила европейские рынки. Евро укреплялся к доллару — можно было заработать на этом движении.
Но торговать не хотелось. Мысли были заняты разговором с мужем. Его реакция оказалась предсказуемой — сначала недоверие, потом шок, потом обида.
Хуже всего было видеть, как рушится его представление о себе. Три года он считал себя главой семьи, добытчиком, кормильцем. А оказалось, что живёт на деньги жены.
Для мужчины это болезненный удар. Особенно для такого, как Виктор — простого, привыкшего к традиционному укладу.
Телефон зазвонил — звонила подруга Света.
— Ну как, рассказала?
— Рассказала.
— И что он?
— Шок, обида, непонимание. Стандартный набор.
— А ты как себя чувствуешь?
— Облегчённо. Надоело врать.
— И что теперь будете делать?
— Не знаю. Посмотрим, как он переварит информацию.
Света помолчала.
— Маша, а может, оно и к лучшему? Наконец-то честные отношения.
— Если они вообще сохранятся.
— А ты хочешь, чтобы сохранились?
Хороший вопрос. Хочу ли я продолжать брак с человеком, который три года считал меня тунеядкой? Который кричал на меня за каждую потраченную копейку моих же денег?
— Не знаю, — ответила честно.
День прошёл в размышлениях и работе. Заработала неплохо — пятнадцать тысяч на движениях йены. К вечеру настроение немного улучшилось.
Виктор вернулся с работы мрачный и задумчивый. Поел молча, потом сел напротив меня.
— Весь день думал о нашем разговоре, — сказал он.
— И к какому выводу пришёл?
— К тому, что я полный идиот.
— Не скажи.
— Скажу. Три года жил в иллюзии, что содержу семью. А на самом деле ты меня содержала.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
— И самое обидное — я тебя за это ещё и унижал. Орал, что ты дармоедка.
— Ты не знал.
— Должен был знать! — Он стукнул по столу. — Нормальный муж интересуется, чем жена занимается.
— А ты не интересовался?
— Думал, что сижу в интернете, болтаю с подругами. Мне было всё равно, если честно.
Горькое признание, но честное.
— Маша, а почему ты мне не сказала сразу?
— Потому что боялась твоей реакции.
— Какой реакции?
— Того, что ты почувствуешь себя неполноценным. Что твоя гордость не выдержит.
— И что теперь? — спросил он после паузы.
— А что теперь?
— Как нам жить дальше? Я же не смогу забыть, что ты зарабатываешь в десять раз больше меня.
Виктор встал, прошёлся по кухне. В его движениях читалась растерянность.
— Понимаешь, для мужчины это... унизительно.
— А для женщины унизительно слышать каждый день, что она тунеядка.
— Я же не знал!
— А если бы знал, что изменилось бы?
Он задумался над вопросом.
— Наверное, ничего. Всё равно бы считал, что мужчина должен быть главным добытчиком.
— Вот видишь.
— Но теперь-то я знаю правду! — Он сел обратно, посмотрел на меня усталыми глазами. — И не понимаю, что с этим делать.
— Витя, а что если просто принять ситуацию как есть?
— Как принять? Смириться с тем, что жена содержит мужа?
— А что в этом страшного? Мы команда, семья. Какая разница, кто больше зарабатывает?
— Для тебя, может, и нет разницы. А для меня есть.
Он помолчал, покрутил в руках пустую чашку.
— Знаешь, что меня больше всего убивает?
— Что?
— То, что я три года чувствовал себя важным, нужным. А теперь понимаю — ты бы прекрасно жила без меня.
— Это неправда.
— Правда. У тебя есть деньги, работа, независимость. Зачем тебе такой муж, как я?
В его голосе прозвучала боль. Настоящая, глубокая. Я поняла, что он переживает не только из-за денег. Рушилась вся его картина мира.
— Витя, деньги — это не всё в жизни.
— Легко говорить тому, у кого они есть.
— Но я же не всегда умела зарабатывать! Три года назад, когда ты потерял работу, я ведь тоже была в панике.
— И что тогда произошло?
— Тогда я поняла, что нужно что-то менять. Изучала экономику по ночам, читала книги, училась торговать.
— А я в это время пил пиво и жалел себя.
— Ты искал работу.
— Две недели искал, а потом забил. А ты взяла и решила проблему.
Виктор откинулся на спинку стула.
— Получается, ты не только умнее меня, но и целеустремлённее.
— Не умнее. Просто у меня было больше времени.
— Время было и у меня. Но я его тратил на телевизор и пиво.
Мы сидели молча. За окном уже совсем стемнело, на кухне горела только одна лампа.
— Маша, а ты меня любишь? — спросил он вдруг.
— Люблю.
— Даже несмотря на то, что я оказался таким... никчёмным?
— Ты не никчёмный. Ты просто другой.
— Какой другой?
— Простой, открытый, честный. Ты не умеешь врать, не умеешь строить из себя того, кем не являешься.
— А ты умеешь, — сказал он грустно.
— Выходит, что да.
Виктор встал, подошёл к окну. Постоял, глядя на тёмную улицу.
— А что если я найду другую работу? Лучше оплачиваемую?
— Найди, если хочешь.
— Только где её найти в нашем городе? Максимум сорок тысяч можно получать.
— А зачем тебе больше зарабатывать?
Он обернулся.
— Как зачем? Чтобы хоть немного приблизиться к тебе.
— Витя, ты же понимаешь, что это невозможно? Даже если найдёшь работу за пятьдесят тысяч, я всё равно буду зарабатывать в пять раз больше.
— Тогда что мне делать?
— Жить дальше. Работать на той работе, которая тебе нравится. Быть собой.
— А как же мужская гордость?
— Какая гордость? — Я встала, подошла к нему. — Гордость в том, чтобы каждый день ходить на завод и честно отрабатывать свои деньги. Пусть небольшие, но честные.
— Не утешай меня.
— Я не утешаю. Я говорю правду.
Виктор обнял меня, прижал к себе.
— Маша, а если бы ты была бедной, ты бы меня любила?
— А если бы ты был богатым, ты бы меня любил?
— Конечно.
— Вот и ответ.
Мы стояли обнявшись посреди кухни. Первый раз за много месяцев я чувствовала, что мы действительно близки.
— Знаешь, что я решил? — сказал он.
— Что?
— Буду гордиться тобой. У меня жена — успешный трейдер. Это же здорово!
— А как же твоя мужская гордость?
— А пусть перестраивается, — рассмеялся он. — Времена меняются.
Мы долго разговаривали той ночью. О деньгах, о работе, о наших планах. Виктор расспрашивал про трейдинг, я объясняла основы финансовых рынков.
— А ты не могла бы меня научить? — спросил он.
— Торговать?
— Ну да. Может, у меня тоже получится.
— Можно попробовать. Но это сложно, нужно много учиться.
— А я буду учиться. По вечерам, в выходные.
В его глазах появился интерес, которого не было уже давно.
— Хочешь стать моим партнёром? — спросила я.
— А можно?
— Почему нет? Семейный бизнес.
Утром Виктор проснулся раньше обычного, сел за компьютер. Я показала ему обучающие материалы, объяснила, с чего начинать.
— Это очень сложно, — сказал он через час.
— Сложно. Но интересно.
— А сколько времени нужно, чтобы научиться?
— Год-два на изучение теории. Потом практика на демо-счёте. Потом осторожная торговля на реальные деньги.
— Долго.
— Никто не торопит.
Виктор кивнул, вернулся к чтению. Весь вечер просидел за учебниками, делал заметки, задавал вопросы.
Через месяц он уже неплохо разбирался в основах. Через три месяца начал торговать на демо-счёте. Первые сделки были убыточными, но он не сдавался.
— У меня ничего не получается, — жаловался он.
— У меня тоже первые полгода ничего не получалось.
— Правда?
— Правда. Я слила первый депозит полностью.
— И что делала?
— Пополняла счёт и торговала дальше.
Постепенно у Виктора стало получаться лучше. Через полгода он уже показывал стабильную прибыль на демо-счёте.
— Можно попробовать торговать на настоящие деньги? — спросил он.
— Можно. Но начни с малой суммы.
Первый реальный заработок составил пятьсот рублей. Виктор радовался как ребёнок.
— Пятьсот рублей! Я сам заработал пятьсот рублей на бирже!
— Отличное начало, — улыбнулась я.
— А завтра попробую заработать тысячу.
— Не торопись. Лучше стабильно зарабатывать по пятьсот, чем рисковать и терять всё.
Он кивнул, но в глазах горел азарт. Тот же огонёк, который когда-то был у меня.
Через год Виктор уже зарабатывал на трейдинге больше, чем на заводе. Не так много, как я, но для начала очень неплохо.
— Знаешь, что я понял? — сказал он как-то вечером.
— Что?
— Деньги — это не главное. Главное — чувствовать себя нужным.
— И ты себя нужным чувствуешь?
— Теперь да. Мы команда, мы вместе работаем, вместе зарабатываем.
— А раньше не чувствовал?
— Раньше я думал, что ты от меня зависишь. А оказалось, что я от тебя. Это угнетало.
— А теперь?
— А теперь мы равны. По-своему.
Виктор больше не кричал на меня из-за денег. Не называл тунеядкой. Не угрожал разводом. Мы стали говорить друг с другом — о работе, о планах, о жизни.
— Маша, а что было бы, если бы ты мне не рассказала правду? — спросил он недавно.
— Наверное, развелись бы.
— Из-за моего характера?
— Из-за лжи между нами.
— А сейчас?
— Сейчас у нас есть шанс построить настоящие отношения.
Виктор взял меня за руку.
— Знаешь, я благодарен тебе.
— За что?
— За то, что не дала мне остаться дураком навсегда.
Сейчас мы сидим за одним компьютером, анализируем рынки, планируем сделки. Он по-прежнему работает на заводе — говорит, что не хочет полностью уходить в трейдинг. А я его понимаю. Каждому нужна стабильность.
Зарабатываю я всё ещё больше, но это уже никого не смущает. Мы научились быть честными друг с другом. И оказалось, что честность — это основа не только семьи и любви.
— Жалеешь, что рассказала мне правду? — спрашивает иногда Виктор.
— Нет, — отвечаю. — Жалею только, что не сделала этого раньше.
Три года мы жили во лжи. Он думал, что содержит меня, я знала, что содержу его. Каждый играл свою роль в этом спектакле.
Но правда, какой бы болезненной она ни была, оказалась лучше самой красивой лжи.
И теперь мой муж больше не кричит: "Я всю жизнь пашу, а ты сидишь у меня на шее!" Теперь он говорит: "Мы вместе строим наше будущее."
И это правда. Наша общая, честная правда.