Предыдущая часть:
Через час мужчина пришёл в дом, снял обувь и, тяжело хромая, прошёл на кухню. Марина к тому времени осмотрелась. На даче было три комнаты, одну из них, самую маленькую, и занял постоялец.
— Ну давайте свои вопросы, — буркнул он. — Меня, кстати, Антоном зовут.
— Я Марина, — кивнула она. — И надолго вам бывший муж сдал это жильё?
— На месяц перекантоваться, — ответил Антон, он был немногословен. — Не волнуйтесь, хлопот не доставлю. Окна бы, кстати, занавесили. С улицы всё видно.
— А вы чего-то боитесь? — поинтересовалась она, заметив некоторую нервозность в его голосе.
— Да нет, — пожал плечами Антон, снова покосившись на дверь. — Неуютно просто как-то.
— Ну ладно, живите, раз оплачено, но учтите, я сюда тоже переезжаю, — сказала Марина. — Надоело в городе снимать. Ну и прописка нужна.
Мужчина лишь молча пожал плечами. Вообще-то он был каким-то угловатым и необщительным. Но Марина заметила, как всё изменилось на даче. Забор был подновлён уже основательно. В доме чисто. Крыльцо тоже хранило следы ремонта.
— Крышу бы вам подновить, — вздохнул Антон. — Если рубероид купите, сделаю. Досок там в сарае ещё прилично у вас.
— Да как-то покупали, вроде только до дела не дошло, — кивнула Марина. — Я сегодня тоже тут останусь, а завтра после дежурства уже с вещами приеду.
— А вы вообще кто по профессии? — настороженно спросил Антон.
— Медсестра, — просто ответила Марина. — Кстати, что у вас с ногой?
— Ай, старая травма, — отмахнулся он. — Это не лечится.
Она не стала расспрашивать его дальше. Видела, что человек-то неплохой, но уж очень нервный и дёрганый, словно от кого-то прячется.
Ночь в доме прошла спокойно. Конечно, под одной крышей с незнакомым мужчиной было неуютно, но Антон сам приладил ей на дверь крючок, понимая, что так ей будет спокойнее. А через пару недель она уже не представляла, как будет жить без своего странного соседа. Антон постепенно делал ремонт, лишь изредка говорил, что надо докупить, и обветшалая дача преображалась, засияла свежей краской и отремонтированной крышей. Марина уже подумывала о том, чтобы оставить его жить дальше без оплаты. Но она шла со станции ранним утром с ночного дежурства и еле ноги волочила. Мечтала о чашке горячего чая с клубничным вареньем и об омлете. И вдруг по их улице в посёлке пополз чёрный джип, страшный и громадный. В Малинниках таких точно не было. Все дачники в основном передвигались на электричках. Вообще Марина-то здесь и дом купила, потому что когда-то летом отдыхала тут у маминой подруги. Тётя Наташа давно продала свою дачу, а этот дом Марина купила просто, чтобы вернуть то ощущение счастливой детской безмятежности, которое помнила с тех пор.
Вдруг машина остановилась, и из неё вывалились два молодых парня в чёрных кожаных куртках. В ноябрьской слякоти они смотрелись максимально чужеродно — бритые наголо, в дорогой обуви, пахнущие мятной жвачкой и парфюмом, уместным с деловым костюмом.
— Эй, хозяйка, ты тут дачница, что ли? Что в посёлке-то никого нет? — поинтересовался один из парней.
— Не сезон, — коротко ответила Марина. — А вы заблудились, что ли?
— Нет, кадра одного ищем. Не встречала? — спросил парень, что выглядел постарше. — На фотку глянь.
Он протянул Марине телефон. На экране появились картинки. Антон в деловом костюме на приёме. Узнать его было сложно. Ещё были фото с пляжа и даже с какой-то конференции. Марина просмотрела их с интересом, потом вернула телефон владельцу.
— Ну что, не встречала тут такого? — поинтересовался парень не слишком вежливо.
— Нет, ребята, у нас такие красивые не водятся, — пожала плечами Марина. — Тут же посёлок, всё как на ладони. Чужаков сразу видно.
— Так, если увидишь, то звони, — протянул ей визитку старший. — Мужик этот очень опасный.
— В розыске он, маньяк, что ли? — притворно вылупила глаза Марина.
— Махинатор, думает, что самый хитрый, — усмехнулся младший.
— А вы из полиции, что ли? — не унималась Марина. Её вопросы этой парочке не нравились, но она тянула время.
— Мы дружинники, — хихикнул старший. — Почти тимуровцы. В службе безопасности уважаемого человека работаем. В общем, если увидишь мужика этого, вознаграждение гарантируем.
— Ладно, — кивнула Марина.
Парни залезли обратно в машину и уехали. Она убедилась в этом и только потом отперла калитку. Её вообще смешили просьбы Антона запирать её снаружи, но теперь в этом появился смысл. Марина прошла в дом.
— Антон, выходите. Уехали они. Окна занавесьте и дверь закройте, — сказала Марина.
Затем крышка откинулась, и постоялец, хромая, начал выбираться наружу.
— Вот, значит, от кого ваша конспирация, — вздохнула Марина. — А я думала, просто паранойя.
— Ну, может, правду расскажете ради разнообразия, а то ваше враньё я уже во всех видах слышала, — добавила она, глядя на него выжидающе.
— Ой, да перестаньте вы, — отмахнулся Антон. — Я, вообще-то, не врал. Просто не всё говорил. Да и зачем? Меньше знаешь, крепче спишь, ну и легче на вопросы отвечать.
— А вас что, правда, ищет полиция? — Марина смотрела на него строго.
Антон похромал в свою комнату, а потом вернулся с какой-то бумажкой и протянул ей спокойно и уверенно. Марина взяла и начала читать. Это оказалась справка об освобождении, выданная Антону Смирнову.
— Отсидел, отбыл своё, так что у полиции ко мне претензий нет, — проворчал он. — А это просто шакалы, ни чести, ни совести.
— И чего они хотят? Кажется, они вас явно заинтересованы, — спросила Марина.
— Денег, чего ж ещё? — вздохнул Антон. — Только у меня ничего нет. Кстати, спасибо, что не выдали.
— Ну, я предпочитаю сначала разбираться, а потом уже делать глупости, — пожала плечами Марина. — Так кто же вы?
— Предприниматель, — усмехнулся Антон. — Не поверите, но модный сегодня айтишник. Разрабатывал системы безопасности вдвоём с товарищем. Фирма у нас была. Всё серьёзно. Заказчиков брали, в основном частных. К корпорациям дорогу не переходили.
— А потом Роман, мой компаньон, взялся за какой-то мутный контракт. Денег под разработку назанимал много, а сам погиб. Я, естественно, ни сном ни духом про те деньги, — продолжал он.
— И их начали требовать с вас. Хм, интересно, — кивнула Марина.
— Меня обвинили в гибели Романа, хотя там всё было сложно. Тело сильно обгорело, — вздохнул Антон. — Взрыв на парковке. Ни машины, ни товарища.
— Да ещё эти гоблины решили действовать как гангстеры. Маму мою до сердечного приступа довели, умерла в больнице. Вот я и решил, терять уже нечего, так что возьму на себя гибель Романа. Отсижу, глядишь, всё забудется. В тюрьме мне тогда было куда безопаснее, чем на свободе.
— А с ногой что у вас? Те же постарались? — Марина смотрела серьёзно.
— Это да нет, бревном придавило. Ещё в самом начале инвалидность дали, а потом я уже преподавал в местной вечерней школе физику и математику. Ну, основы-то программирования заключённым без надобности, а у меня всё ж институт за плечами и спецшкола.
— О, значит, ты у нас умник, — улыбнулась Марина. — А что делать планируешь? Деньги искать не отвяжутся же.
— Знаешь, меня ведь досрочно освободили. Амнистия какая-то вышла, но и отправили на свободу с чистой совестью, а тут эти требуют долг, не угомонились, — проворчал Антон.
— А я ведь понятия не имею, где даже следы искать тех денег, что он подзанял под наш проект. Поехал сначала по месту прописки, а они уже там дежурят. Не жалко им времени, а?
— А как же ты дачу-то мою снял? Ты, Сергей, откуда-то знаешь? — заинтересовалась Марина.
— Ну да, пересекались раньше по бизнесу, — пожал плечами Антон. — Я и спросил, нет ли жилья на примете. Вот он и предложил на даче пожить.
— Да ты бы тогда что ли не светился-то по посёлку, — вздохнула Марина. — Сейчас тем более каждого человека видно на участке. Так снег скоро выпадет. Кто чистить-то будет?
— Да и вообще всю жизнь в подполье прятаться, это так себе перспектива, — пожал плечами Антон.
— Хм, интересно. Слушай, я вообще не выгоняю. Живи сколько хочешь, но может правда деньги стоит поактивнее искать? — предложила она.
— Да я уж всю голову сломал, — пожаловался Антон. — Финансами у нас Роман заведовал, а я всё больше по созданию кода. Понимаешь, мы же однокурсники с ним и с самого начала вместе поднимались. А у Романа связи, умение уболтать кого угодно. У меня же мозги. Вот так и поделили должности. Он ищет финансирование, сбыт, а я создаю продукт.
Марине стало жаль мужчину, оказавшегося в такой ситуации. А ещё она вспомнила дату рождения, которую видела в справке. Антон был значительно моложе, чем показался. Просто тяжёлая жизнь состарила его преждевременно. Марина почувствовала, как её сердце наполняется жалостью, и она захотела помочь.
Сергей в это время занимался тем, что старательно уводил деньги со счёта, надеясь не отдавать Марине её долю. Но после ареста зарплаты приставами решил всё же заплатить. Катя всё это не понравилось. Деньги она любила, а делиться ими не собиралась.
— И что ты вот так просто отдашь бывшей такую сумму? — возмутилась она. — Вообще-то слабовато для того грандиозного наказания, о котором ты говорил.
— Ты просто всего не знаешь, — усмехнулся Сергей. — Я и такие проблемы обеспечил в виде постояльца. Хватит надолго. Так что будет ещё проклинать эту дачу.
— Ну не знаю, не знаю. Как-то ты слишком быстро в суде отступил, — пожала плечами Катя.
— Не лезь в мои дела, — вдруг разозлился Сергей. — Сиди и помалкивай. Ты всего лишь секретарь без мозгов. А кто ещё будет тебя терпеть?
— Сергей, хватит уже мозги пудрить. Ты обещал курорт. Когда поедем? — буркнула Катя обиженно.
Сергей лишь с досадой отмахнулся. Запросы у Кати были, конечно, не чета его бывшей жене. Той хватало одной поездки к морю в год, а то и вовсе удавалось сгонять в отпуск без неё, чтобы не тратиться лишний раз.
Тем временем у Марины появилась в новой смене вредная пациентка.
— Это Светлана, — шёпотом объясняла медсёстрам Тамара Сергеевна. — К ней в палату никого не класть.
— А может её на карантин? Что там вообще? — поинтересовалась Марина. — Какая-то новая инфекция?
— Да нет, обычная простуда, — отмахнулась старшая медсестра. — Просто пациентка мнительная, настояла на госпитализации.
— Да у нас вообще-то и так все койки забиты. Люди скоро в коридорах будут лежать, — возмутилась Марина. — А какая-то фифа одна занимает шестиместную палату?
— А это не тебе решать, — рявкнула Тамара Сергеевна. — Зав отделением лично распорядился. Ты бы, Старцева, вспомнила о субординации.
— Конечно, мы же все тут как солдаты перед генералом. Ладно, я поняла, — сказала Марина. — Не буду трогать вашу священную корову.
Она не раз уже видела таких пациенток. Самые худшие из всех — вредные, нервные, доводящие всех вокруг. При малейшем недомогании укладываются на больничную койку. Марина вздохнула. Нет, конечно, у некоторых пациентов с подавленным иммунитетом на отдельную палату были бы все права. Им и правда опасна любая инфекция, но вот такие дамы её искренне возмущали. Светлана оказалась ещё хуже, чем все они вместе взятые. Марина поняла это при первом же общении и теперь старалась избегать избалованную богачку, но та словно специально искала именно её.
— Эй, девушка, как вас там, Маша или Миля? — орала пациентка из палаты прямо напротив сестринского поста. — Давайте-ка мне за журнальчиком сбегайте в киоск.
— Вы, вообще-то, ходячая, сами можете дойти, — предложила Марина. — А мне нельзя покидать отделение.
— Ну, конечно, — возмутилась Светлана. — Я вообще-то пациент, который требует повышенного внимания. И, кажется, у меня температура поднимается. Это всё от вашего возмутительного поведения.
— Светлана, у вас всё нормально, — вздохнула Марина. — Просто попробуйте заснуть, отдохните.
— Да у вас же тут скука смертная, — возмутилась пациентка. — А где принять душ? Фен дайте волосы посушить.
— У нас вообще-то не отель, — вздохнула Марина. — Душ примите вечером, когда врачи уйдут и посетители.
— А мне сейчас нужно, — повысила голос Светлана. — Позовите главврача, я буду жаловаться на весь этот бардак.
И такая канитель продолжалась до самой ночи. Марина была на сутках, чувствуя себя запертой в ноевом ковчеге с сумасшедшей, а Светлана методично и планомерно её доводила. Остальной персонал перед дамочкой стелился. И она щедро совала им чаевые. Не перепадало их лишь Марине, неизвестно по какой причине. А ночью случился очередной переполох. Она только сменила капельницу пациенту, как из коридора раздался противный визг. Светлана требовала внимания.
— Где моя тушь? Да вы хоть знаете, сколько она стоит? — верещала пациентка. — Ваших зарплат не хватит, чтобы выплатить.
— А вам вообще зачем косметика в больнице? — пыталась урезонить её Марина.
— Нужно и всё, — рявкнула Светлана. — Да наверняка ты её и спёрла, воровка. Позавидовала мне. Да я требую, чтобы у тебя проверили сумку и карманы.
Продолжение: