В перестроечные времена возникло ничем не обоснованное представление о том, что в тридцатые- в начале сороковых годов советская фантастика находилась в полном упадке и едва ли не была запрещена. Это мнение поддерживали люди, казалось бы, в фантастике разбирающиеся. А ведь достаточно бегло ознакомиться с библиографией, опубликованных в предвоенный период произведений, чтобы убедится в полной нелепости данного утверждения. Но может быть советская фантастика уступала западной в качестве? Да нет. В американской фантастике того периода, за редкими исключениями, царила палп-литература с картонными персонажами и одинаковыми, сделанными как под копирку сюжетами.
В рассматриваемый период главным советским фантастом оставался Александр Беляев. В тридцатые годы он перешел от приключенческой фантастики к космической и производственной. И в той и другой новые открытия совершались уже не гениальными и несчастными одиночками, а здоровыми коллективами, которые работали ради светлого будущего. В 1933 году выходит роман "Прыжок ничто", в котором Беляев подошел к теме космического путешествия с сугубо научной точки зрения. Правда, первый межпланетный перелет совершают беглые капиталисты, но наработки героя романа Отто Цандера не пропали даром для мировой революции. В финале мы видим как новая коммунистическая Земля переходит к планомерному освоению космоса.
Такое освоение показано в романе 1936 года "Звезда КЭЦ", посвященном памяти умершего год назад Константина Эдуардовича Циолковского. Гигантская орбитальная станция, та самая "Звезда КЭЦ", экспедиция на Луну, обнаружившая тамошние формы жизни, жутковатые биологические эксперименты на самой станции. А главное - грандиозные преобразования природы на самой Земле - таким образом Беляев закладывал основы советской фантастики будущего. Думаю, что во многом из этого романы выросли произведения и Ивана Антоновича Ефремова (1908-1972) и Георгия Сергеевича Мартынова (1906-1983), но не будем забегать вперед. К космической тематике Александр Романович обратится еще раз в 1937 году в повести "Небесный гость", герои которой совершат путешествие за пределы Земли... в батискафе. В остальных же произведениях писатель будет развивать производственно-утопическую тему, за исключением одного. Самого последнего.
Речь идет о романе "Ариэль", опубликованном в 1941 году, незадолго до войны. В нем Беляев вернулся к приключенческой фантастике. Ведь если Ихтиандр был первым человеком среди рыб и первой рыбой среди людей, то Ариэль стал первой птицей среди людей и первым человеком среди птиц. Не оборвись жизнь первого советского писателя, полностью посвятившего себя фантастике, в оккупированном нацистами Пушкине, кто знает, может быть мы увидели бы еще много чудесных произведений. И все-таки Беляев не был единственным советским автором, творчество которых радовало читателей в предвоенный период. В 1941 году взошла звезда еще одного классика советской НФ, Александра Петровича Казанцева (1906-2002).
Талантливый инженер, неординарно мыслящий человек, мастер шахматной композиции, человек неизменно поддерживающий в советском читателе интерес к палеокосмонавтике, Александр Казанцев - это одна из самых ярких звезд на небосводе отечественной фантастики. Именно в начале сороковых его романы "Арктический мост" и "Пылающий остров" привлекли внимание любителей фантастики. Правда, опубликованы они были в роковом 1941, но в том-то и дело, что советские люди продолжали мечтать о будущем и смотреть вперед даже в самые тяжелые годы. "Пылающий остров"- это роман-предупреждение о том, до чего может довести человечество милитаризм. А вот "Арктический мост" совсем о другом, о том, что при желании можно перебросить мост даже между антагонистическими системами. И хотя Казанцев стал одним из отцов-основателей фантастики ближнего прицела, его самого влекло за пределы современности и планеты Земля, но об этом мы поговорим позже.
Продолжение следует...
Начало:
ФАНТАСТИКА ВЕЛИКОЙ СТРАНЫ. Бунт машин, атомов, ученых... | Записки любителя фантастики-2 | Дзен