Работать, когда Саша всё время дома, оказалось совсем непросто. Первое время дочь радовалась безлимитным мультикам, но скоро они ей наскучили, и она принялась всё время отвлекать Яну от работы, а она и так с трудом в неё вливалась, так что через пару недель пришлось вернуть Сашу в садик. Сначала ей было страшно: Яна боялась, что Артур снова появится, а всё время просить Алексея провожать их было неловко. Но через несколько дней Яна успокоилась: похоже, ему и правда надоело преследовать её. Или, может, он нашёл себе другую жертву. По крайней мере, так считала Лена.
-Такие как он, быстро переключаются, – уверяла она. – Следить за тем, кто совсем недоступен – неинтересно. Он понял, что за тебя есть кому заступиться, поэтому и отстал.
Яне хотелось в это верить. Но страх не отступал. Поэтому, когда днём из садика позвонили, даже ничего не услышав, Яна похолодела от ужаса.
Голос воспитательницы срывался и дрожал.
-Янина Петровна… Саша…
-Что с моей дочерью?
-Понимаете, детей так много – я только на пару минут отвлеклась на прогулке, а она…
-Что с Сашей?
Голос Яны срывался на крик.
-Она пропала. Мы её искали, но дворник сказал… Её увёл какой-то мужчина. Может, это её отец?
В голосе воспитательницы звучала такая надежда, что Яна и сама на миг подумала: а, вдруг… Но никаких «вдруг» быть не могло – её бывший муж ни разу не навестил дочь, даже не видел её после рождения. Яна понимала, что это могло значить. Артур. Это он забрал Сашу.
Паника парализовала её, так что даже вдохнуть было невозможно. Телефон упал на пол, но она этого даже не заметила. Руки дрожали, голова кружилась, и Яне даже казалось, что она вот-вот потеряет сознание. Но этого нельзя было допустить – ей нужно найти дочь, забрать её у Артура. Но что делать? Позвонить в полицию? Но пока она им объяснит… И вообще, вдруг Артур разозлится и что-нибудь сделает Саше? Она должна решить это сама. Телефон, где её телефон? И зачем она только сменила номер – он бы уже сообщил ей, написал свои условия… Может, самой ему позвонить? Но она не помнит его номер…
Он будет ждать её у дома, Яна поняла это. И в тот же момент она рванула к двери, не думая ни о чём, кроме как поскорее найти Артура и вернуть свою дочь. Выскочив из подъезда, она огляделась по сторонам, пытаясь сориентироваться. И в этот момент сзади, из-за спины, кто-то резко накрыл ей голову тканью, пахнущей чем-то едким и химическим. Она не успела даже вскрикнуть. Сильный удар по голове оглушил её, мир поплыл, ноги подкосились.
Когда Яна очнулась, она поняла, что находится в своей квартире. Руки и ноги были стянуты верёвками. Она лежала на диване, и, судя по звукам, кто-то был в ванной – там лилась вода. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Паника сжимала горло. Саша... Где Саша? Этот вопрос был единственной мыслью, пульсирующей в отуманенном сознании. Яна ничего не помнила: ни как она потеряла сознание, ни как Артур затащил её в квартиру, ни как связал её. Может, Саша тоже здесь?
Сознание возвращалось к Яне медленно, пробиваясь сквозь тупую боль в виске и тошноту от запаха химии. Она попыталась пошевелиться, но руки и ноги были крепко связаны. Панический ужас снова накатил волной, но она заставила себя дышать глубже. Её телефон – где её телефон? Яна помнила, как уронила его, прежде чем выбежала на улицу. Она осторожно подвинулась и посмотрела на пол. Телефон лежал под креслом. Недолго думая, Яна осторожно перекатилась с дивана на пол и подползла к телефону так, чтобы взять его в руки. Как хорошо, что Алексей заставил её настроить голосового помощника на экстренный случай! Яна не хотела верить, что это ей понадобится, но всё равно его послушалась.
Она понимала, что у неё, скорее всего, только один звонок. И не факт, что она успеет всё объяснить. Например, назвать полиции имя и адрес, уговорить их приехать очень быстро. Можно позвонить Алексею, но у него нет ключа от квартиры. Ключ был у Сергея, и можно позвонить ему, но приедет ли он?
А ещё ключ есть у мамы.
Эта мысль была неожиданной, но вдруг показалась Яне самой правильной. И она сказала:
-Позвони маме…
Мама могла не взять трубку. Мама могла не понять, что нужно сделать. Или не услышать её. И Яна сдвинулась, чтобы трубка оказалась рядом с лицом, молясь всем богам: пусть мама возьмёт трубку!
-Яна?
-Мама! Тот человек, который следил за мной – он схватил меня. Мы в моей квартире. Я связана. Прошу тебя, сделай что-нибудь!
-Господи... – выдохнула мама. – Ты полицию вызвала?
Вода в ванной перестала литься.
-Нет. Всё, мама, он идёт. Сделай что-нибудь, прошу тебя!
Кажется, мама поняла Яну, потому что сама нажала на отбой. Или решила, что Яна разыгрывает её… Нет, мама не могла так подумать.
И тут Яна услышала его шаги. Он вошёл в комнату и остановился в дверном проёме, глядя на неё. В его руках был стакан воды.
-Ты пришла в себя, – произнёс он, и его голос прозвучал почти нежно. - Я волновался. Я не хотел, чтобы ты пострадала.
Он подошёл и опустился на корточки рядом. Его лицо было бледным и уставшим, но глаза горели странным, лихорадочным спокойствием.
-Где моя дочь? – хрипло выдохнула Яна, не в силах сдержать дрожь.
Артур покачал головой, с выражением глубокой, почти театральной печали.
-Я не монстр, Яна. Я не тронул девочку. Это было... необходимо. Чтобы ты меня, наконец, услышала. Я вернул её и сказал, что сам тебе всё объясню. Чтобы они не поднимали панику и не вызывали полицию. Им проблемы не нужны – сама понимаешь. Я всё уладил. Я вообще всё прекрасно улаживаю.
Он потянулся, чтобы дать ей воды, но Яна отпрянула, ударившись головой о столик.
-Не бойся меня, – его голос дрогнул. – Пожалуйста, не бойся. Ты ведь всегда меня понимала, правда? Только ты.
Он отставил стакан и сел на пол, прислонившись спиной к стене, как будто у него не было сил стоять.
-Меня никто никогда не любил, – начал он тихо, глядя в пространство перед собой. – Родителям я был обузой. В школе – изгоем. Девушки... Они смеялись надо мной. Я был для всех пустым местом.
Он посмотрел на неё, и в его глазах стояла такая бездонная боль, что на мгновение Яна забыла о своём страхе.
-А потом появилась ты. Ты была такая же, как и я. Одинокая. Непонятая. Муж тебя не ценил, директор травил. И в тебе я увидел родственную душу. Ты была тем самым человеком, который знает, каково это – быть невидимкой. Мы любили одни книги, одну музыку... Это же неспроста! Это была судьба!
Его голос сорвался, наполнившись слезами.
-А ты отвергла меня. Как все. Ты решила, что я чудовище. Но я не чудовище, Яна. Я просто хочу, чтобы меня любили. Чтобы ты меня любила. И ты поймёшь. Я знаю, ты поймёшь. Просто тебе нужно время. Отдохнуть от всех, от этой ужасной жизни. Пожить здесь, у меня. В тишине. Без всех этих людей, которые тебя не ценят.
Он говорил это с такой искренней, искажённой болью верой, что у Яны похолодело внутри. Он не просто похитил её. Он устроил весь этот спектакль, чтобы создать для них обоих свой больной, вымышленный мир, где они – две одинокие души, нашедшие друг друга.
-Ты сумасшедший, – прошептала она, не в силах найти других слов.
-Нет, – покачал головой Артур, и на его лице снова появилась эта жуткая, спокойная улыбка. – Я просто наконец-то обрёл ясность. И ты её обретёшь. Сейчас мы соберём твои вещи и поедем в дом, который я для нас купил. Тебе понравится этот дом, я уверен.
Яна понимала, что им нельзя уезжать отсюда: если они уедут, никто её уже не спасёт. Поэтому она сделала то, что делали герои фильмов в таких случаях: принялась тянуть время.
-Что за дом? Далеко отсюда?
-Чудесный дом! – мечтательно произнёс Артур. – В лесу, как ты и хотела. Помнишь, ты говорила, что было бы здорово пожить в домике в лесу? Вот я и купил. Я там всё обставил в твоём стиле, купил все твои любимые книги… Нет, погоди – я хочу, чтобы это был сюрприз. Ты сама всё увидишь. Сейчас я соберу твои вещи, и мы поедем. Что бы ты хотела взять? Говори, я сам тебе всё соберу. Бери только самое нужное – я всё тебе куплю. Самое лучшее! Но я понимаю, что ты захочешь взять какие-нибудь милые открыточки и всё такое…
Всё, что оставалось делать Яне – это тянуть время. И делать так, чтобы он как можно дольше искал каждую нужную ей вещь…
Продолжение следует...