Это был обычный вторник. Серый. Дождливый. Я пила кофе, пытаясь разобраться с отчетами, когда мой взгляд упал на уведомление от нашего бухгалтера. «Марина, нужно обсудить странные транзакции». Сердце ёкнуло. Небольшие суммы, но регулярные. На одну и ту же фирму-однодневку. Фирму, которую я никогда не видела в списке наших контрагентов.
Я не из тех женщин, что роются в телефонах мужей. Но нутро подсказывало: что-то не так. Андрей стал другим. Отстраненным. Его телефон, всегда лежавший экраном вверх, теперь скромно прятался в кармане. В ту ночь, пока он спал сном младенца, я взяла его телефон. Пароль от старой почты, которую он ленился менять, сработал. И мир перевернулся.
Переписка. Нежная, страстная, полная обещаний. «Светик», «любовь моя», «скоро все это будет нашим». И документы. Договоры купли-продажи долей, переводы активов. Он не просто изменял. Он методично, по камешку, разбирал наш общий бизнес, который мы строили пятнадцать лет. Нашу крепость. И перекладывал его к ногам этой… Светланы.
Обычная женщина на фотографиях. Ничего особенного. А внутри все кричало от боли и гнева. Сжечь все дотла? Устроить сцену? Вышвырнуть его вон? Слишком просто. Слишком быстро. Я решила действовать иначе. Если он играет в игры, то игра только начинается. И правила буду устанавливать уже я.
Тайные сделки мужа
Я наняла частного детектива. Мне нужно было знать о Светлане все. Ее прошлое, ее семью, ее слабые места. Деньги текли рекой, но я была спокойна, как скала. Я продолжала вести себя как ни в чем не бывало. Готовила Андрею завтрак, спрашивала, как дела на работе, улыбалась ему в лицо, пока внутри все превращалось в пепел.
Через неделю у меня на столе лежало досье. Светлана Петрова. Родилась в другом городе. Рано потеряла мать. Воспитывалась бабушкой. А потом я увидела девичью фамилию ее матери. И у меня перехватило дыхание. Такая же, как у моей покойной тети. Тети, которая после смерти деда осталась ни с чем, потому что его брат — мой отец — оспорил завещание. Грязная история, которую в семье старались не вспоминать.
Я сидела и смотрела на генеалогическое древо, которое нарисовала сама. Получалось… что Светлана — моя двоюродная сестра. Дочь той самой тети, которую моя семья, семья ее отца, оставила без гроша. Ирония судьбы была убойной. Мой муж, сын человека, обокравшего ее семью, теперь самозабвенно дарил ей то, что, как она, наверное, считала, принадлежало ей по праву.
Что это? Месть? План, который она вынашивала годами? Или слепая случайность, которую можно обратить в свою пользу?
Я решила встретиться с ней. Лицом к лицу.
Неожиданная находка в архиве
Я назначила встречу в нейтральном месте. Тихом кафе. Я пришла раньше и смотрела, как она входит. Она была нервной. Ждала скандала, истерики оскорбленной жены.
— Садитесь, Светлана, — мой голос прозвучал удивительно спокойно. — Я знаю все про Андрея. И про бизнес.
— Я не знаю, о чем вы… — начала она, избегая моего взгляда.
— Перестаньте. Я видела документы. Я знаю про «Старлайт-холдинг» и переводы. Но я пришла поговорить не об этом.
Я положила на стол старую фотографию. На ней были две девушки — моя мать и ее мать. Сестры. Снятые в их родном городе за год до того, как их пути разошлись навсегда.
Светлана побледнела. Ее пальцы задрожали, когда она взяла снимок.
— Откуда у вас это? — ее голос дрогнул.
— Моя мать — Анна Семенова. А ваша мать — Ольга Семенова. Они были сестрами. Мы с вами — двоюродные сестры.
Передо мной сидела не коварная разлучница, а запутавшаяся девушка, которую жизнь больно ударила по голове.
— Я… я не знала, — прошептала она. Слезы покатились по ее щекам. — Мама почти ничего не рассказывала. Только то, что ваша семья отобрала у нас все после смерти деда. Я росла с чувством, что мне что-то должны. А когда встретила Андрея… он был таким щедрым… таким любящим… Я думала, это судьба. Что он возвращает мне долг своей семьи.
Она не знала. Она была пешкой в игре моего мужа, такой же обманутой, как и я. Только ее обманули дважды. Сначала наша общая семья, а теперь — мой муж, который использовал ее боль в своих целях.
В тот день мы просидели в кафе три часа. Две женщины, которых свела вместе нелепая и жестокая судьба. Две жертвы одного мужчины. Мы плакали. Мы вспоминали. И мы решили объединиться.
Шокирующая правда о любовнице
Наша месть была холодной и выверенной. Мы играли на его жадности и самоуверенности. Через подставные фирмы, которые организовал детектив, мы сами предложили Андрею «выгодное» вложение — якобы продать основную часть бизнеса крупному инвестору. Он, предвкушая огромную прибыль и жизнь с Светой на островах, с готовностью подписывал все документы, даже не вчитываясь.
Заключительная встреча состоялась в том же кафе, где мы познакомились со Светой. Адвокат вручил Андрею папку с документами о продаже. Он сиял.
— Ну, дорогая, — обратился он к Свете, даже не глядя на меня. — Теперь мы по-настоящему свободны.
Именно тогда я подошла к их столику.
— Поздравляю с успешной сделкой, Андрей, — сказала я спокойно.
Он обернулся, и его лицо вытянулось.
— Марина? Что ты здесь делаешь?
— Знакомлюсь с новым совладельцем нашего — вернее, теперь уже моего — бизнеса. Вернее, совладелицей. — Я положила руку на плечо Светы. Она уверенно улыбнулась Андрею. — Встречай. Светлана Петрова. Моя двоюродная сестра. И твой новый партнер. Вернее, твоя бывшая партнерша. Согласно только что подписанным тобой же документам, 70% компании теперь принадлежат нам. А тебе остаются долги по «Старлайт-холдингу». Приятно познакомиться.
Мы вышли из кафе, оставив его с разинутым ртом и папкой документов, которые он сам и подписал. Справедливость восторжествовала. Не та, что прописана в сухих законах, а наша, женская. Та, что рождается из боли, предательства и обмана, но ведет к очищению и новой жизни.
Сейчас у нас с Светой новый, успешный бизнес. Мы не сестры по крови, мы — сестры по духу, прошедшие через ад и вышедшие из него сильнее. Иногда мы вспоминаем эту историю за бокалом вина. И понимаем, что самое страшное предательство обернулось для нас самым крепким союзом. А он? Он пытался судиться, но все было чисто. Законно. Справедливо.
И да… самое сладкое в нашей мести было даже не вернуть бизнес. А видеть его лицо в тот день, когда он осознал, что его гениальный план разбился о простую женскую мудрость и родство душ, которое оказалось сильнее любой измены.