Здравствуйте, уважаемые читатели!
Посмотрите, всего из одного сборника газеты Morgenblatt für gebildete Stände. 26.2. 1832 г. набралось несколько небольших публикаций разных дат, относящиеся к нашей любимой теме. Выкладываю перевод их по порядку. Свои примечания пишу обычным шрифтом, тексты статей - курсивом.
Сначала небольшой отрывок из статьи про Луксорский обелиск, в то время ожидавшийся в Париже
Стр. 836
«— Люди всегда задавались вопросом, как египтянам удавалось перемещать такие поразительные массы, как этот монолит. Лаборд (Delaborde - граф, генерал армии Наполеона) напоминает нам, насколько сильно римляне отставали в своих попытках подражать этим чудесам древнеегипетской механики, поэтому, стыдясь своей слабости, они придумали различные легенды. Например, о том самом обелиске, о котором здесь идёт речь, они рассказывают, что для его возведения потребовалось 2000 человек; более того, чтобы мотивировать рабочих, они даже прикрепили сына царя к вершине камня. Эти басни лучше всего опровергаются, когда видишь, как эти древние чудеса возрождает мощь современной механики. Используя очень изобретательные, но чрезвычайно простые приспособления, французский архитектор переместил гигантский монумент с его древнего основания и перевёз его вниз по Нилу. И если учесть, как француз Демонферран добыл гранитный блок в финских горах и перевёз его в Россию, сформировав колонну высотой 80 футов, в три раза тяжелее Луксорского обелиска, то становится ясно, что, если мы больше не строим колоссальные монументы, то, по крайней мере, в этом не виновато отсутствие механических средств. — Луксорский обелиск был снят с постамента за 25 минут; наблюдать за его опусканием было поистине величественно. Всего восемь человек держали блоки и опускали огромный камень, иногда быстрее, иногда медленнее; в течение двух минут он зависал под углом 28 градусов. На протяжении всего вращения обелиск покоился на куске дубового дерева, который служил осью вращения и имел радиус всего 20 сантиметров. Таким образом, этот кусок дерева выдерживал давление в 500 000 фунтов (227 т) в течение 25 минут».
Этот "кусок дерева" был, своего рода, шарниром, который установили на ребре нижней грани обелиска. Так описал его капитан "Луксора" Вернинак:
"Вторая мера предосторожности заключалась в защите вращающейся кромки от любых повреждений. С этой целью г-н Мимерель разработал способ, с помощью глубокого проёма в основании, зацепить этот край внутренним прямым углом прочного куска дуба, закруглённого снаружи. Этот кусок дерева, вместе со своим аналогом, должен был образовать окончательную раму и, благодаря своему расположению под основанием и сбоку, а также соединению с
другими поперечными балками, предотвратить скольжение всей системы вверх, движение, которое при определённых обстоятельствах могло бы быть
спровоцировано формой монолита.
Теперь, если мы представим себе выемку в постаменте, достаточно большую во всех отношениях, чтобы вместить второй кусок дуба размером шестьдесят х шестьдесят сантиметров; если в верхней части этого куска мы вообразим паз, достаточно широкий для того, чтобы вместить закруглённый кусок, прикреплённый к обелиску, то у нас будет ясное представление о шарнире, который должен был сработать в первый момент падения и защитить основание памятника от любых повреждений."
Покуда французы "доблестно" вытаскивали из пустыни древнеегипетский обелиск, вымороченный ими в виде подарка у Мехемета Али, русские возводили монумент Александру, возвещающий о победе над этими самыми французами в другом "пространстве" бытия. И автором его был соотечественник первых. И он, как я это вижу, удостоился высшей, вполне заслуженной славы, чем они.
Листаем далее.
Стр. 1091-1092
Новые здания. Новое мощение.
«Бесспорно, уже самый красивый город в Европе, а может быть, и в мире, Санкт-Петербург с каждым годом становится всё красивее, и тот, кто отсутствовал всего несколько лет, по возвращении вряд ли узнает некоторые районы и кварталы города. У нового Исаакиевского храма, строительство которого ведётся уже несколько лет, сейчас начинают появляться стены фасада. Старый Исаакиевский храм был завершён в 1812 году и, как говорят, обошёлся в 6,5 миллионов рублей; каждый год на строительство нового храма, который стоит на том же самом месте, тратится один миллион рублей. Он образует квадрат с боковыми сводами с каждой стороны и большим куполом в центре, возвышающимся над всем зданием. Каждая сторона имеет портик с 12 коринфскими колоннами, каждая из которых сделана из цельного блока гранита. Эти колонны, за исключением огромной гранитной колонны высотой в несколько сотен футов, которая прибыла из Финляндии несколько недель назад и предназначена в качестве памятника императору Александру, о которой я расскажу подробнее в своём следующем отчёте, не имеют себе равных в Европе. Они превосходят колонны собора Святого Павла и, даже, колонны всех древних храмов, за исключением колонны Помпея в Александрии. Гранитные колонны Пантеона, которые до сих пор считались самыми великолепными гранитными колоннами, имеют высоту 38 футов и окружность 14 футов; эти же колонны имеют окружность 23 фута и высоту 56 футов, а первый карниз здания, включая лестницы, поднимается более чем на 70 футов над землёй. Купол поддерживается со всех сторон колоссальными колоннами, за которыми улавливают свет арочные окна; свод повторяет форму собора Святого Петра. Эта церковь, несомненно, является одним из величайших чудес современности. Монферран — имя архитектора, который взялся за этот колоссальный проект. Это тот самый человек, который придумал первоначальную идею вышеупомянутых огромных колонн и руководил всем проектом.
— Хотя количество жилых зданий здесь увеличивается с каждым годом, это, как и следовало ожидать, не оказало ожидаемого влияния на арендную плату, которая в результате не стала дешевле. Безусловно, это ясно свидетельствует о постоянно растущем населении и о процветании Санкт-Петербурга. На самых удачно расположенных улицах, особенно на красивой, широкой и величественной главной магистрали нашего города, Невской Перспективе, протяжённостью примерно в милю, непомерно высока арендная плата. Нередко жители, особенно владельцы складов и другие предприниматели, платят годовую арендную плату в размере от 7000 до 12000 рублей, а иногда и больше, за, надо признать, очень хорошее, но не особенно большое здание.
— Ни в одном другом городе мира нет такого количества транспорта, как здесь. Естественным следствием этого является сильное изнашивание брусчатки, и действительно, почти каждую главную улицу приходится перекладывать каждый год, что сопряжено со значительными неудобствами и расходами для домовладельцев. В течение нескольких лет в разных местах проводились эксперименты по укладке на улицах дорожного полотна из вертикальных шестиугольных деревянных блоков толщиной примерно полфута (15 см), которые точно и прочно соединялись друг с другом, затем покрывались смолой и песком. Поскольку эти испытания оказались весьма практичными и долговечными, в районе Невской Перспективы было построено деревянное дорожное полотно, заменившее старую дорогу, которая в сухую погоду вызывала невыносимую пыль, проникающую в дома через окна и трещины, а в дождливую погоду – огромное количество красной пыли. Это дорожное полотно [нынешнее] остаётся постоянно чистым и сухим, и по нему с большой скоростью, лёгкостью и без тряски и шума скользят кареты, как по паркетному полу.
Таким образом, наш великолепный имперский город ежедневно растёт в размерах, красоте и удобстве сообщения, объединяя в своих объятиях все больше предметов гордости для своих жителей и восхищения для гостей.»
Стр. 1231-1232
Колонна в память об Александре. Новости корреспонденции. Санкт-Петербург. Ноябрь. (такой же текст с несколькими мелкими изменениями был опубликован в Morgenblatt für gebildete leser jahrg.26: July-Dec. того же года)
«Прошло чуть больше века с момента основания Санкт-Петербурга, и в своём великолепии он уже превосходит не только все города Европы, но, возможно, и все города мира. Со времён правления Елизаветы I Санкт-Петербург непрерывно и с удивительной, стремительной скоростью рос в размерах и масштабах, и в его стенах возводились великолепные, величественные здания; со времен Екатерины II число величественных памятников, которые вызывают восхищение у каждого посетителя, увеличилось. Гранитные блоки, словно перемещённые волшебством, служат отчасти достойным обережением для прекрасной Невы, её многочисленных соединяющих каналов и ответвлений общей длиной не менее 4-5 немецких миль; отчасти, как колонны необычайных размеров, они поддерживают и украшают залы и колоннады наших храмов. Но что всё это по сравнению с колоссальной колонной, которая сейчас стоит перед нашими глазами! Именно она сейчас призывает историков, поэтов и художников описать это великое, уникальное произведение искусства для современников и потомков. Вряд ли какой-либо народ смог бы воздвигнуть более величественный памятник в недавнее время, чем тот, что был воздвигнут здесь 30 августа с установкой Александровской колонны на площади перед Императорским дворцом. Следующие заметки об этом колоссальном сооружении должны представлять общий интерес.
Монферран, главный архитектор Исаакиевской церкви, заметил стофутовый гранитный блок во время своих многочисленных поездок в Финляндию, вызванных выломкой сорока восьми гранитных колонн, предназначенных для этой церкви. Двенадцать лет художник, которому Санкт-Петербург уже обязан многими своими великолепными зданиями, тщетно пытался привлечь внимание к этому необыкновенному монолиту, пока внезапно, несколько лет назад, ему не поручили спроектировать памятник, который бы достойно увековечил память покойного императора Александра Павловича. Это была долгожданная возможность для Монферрана. Поэтому он предложил колонну длиной восемьдесят четыре фута и диаметром четырнадцать футов, ствол которой был высечен из цельного куска камня. Такой памятник, превосходящий всё подобного рода, что когда-либо было достигнуто древними и современными строителями, идеально соответствовал желаниям императора и поэтому был одобрен. Каменоломню поручили купцу Яковлеву, который уже неоднократно демонстрировал своё мастерство и сноровку. Позже тому же предпринимателю, который с редкой ловкостью разгрузил девять миллионов фунтов сырья с месторождения, также была поручена его обработка и транспортировка, а также, после выгрузки, - обеспечение безопасности перемещения колонны на расстояние семидесяти футов от берега Невы.
Гранитный карьер в Питтерлаксе в Финляндии расположен в Выборгском лене, в 76 верстах от Выборга, в 210 верстах к западу от Санкт-Петербурга по суше и в 160 верстах к западу по морю. Он принадлежал имениям графов Экеспарре и был найден в начале 1819 года представителем подрядчика Шихина, который взялся за поставку гранитных колонн для строительства Исаакиевской церкви. До основания каменоломни эта местность была покрыта лесами и населена только рыбаками, которые занимались здесь своим промыслом с середины прошлого века, когда Питерлакс ещё принадлежал немецкому князю Изенбургу. Сейчас же на горе стоят два хорошо построенных деревянных дома, один из которых, двухэтажный, служит жильём поставщика в рабочее время, наряду с большими складами, несколькими кузницами, банями, деревянными бараками и многочисленными хижинами для рабочих. С вершины самой высокой скалы, увенчанной небольшой часовней и возвышающейся на 60 футов (18 м) над уровнем моря, открывается очаровательный вид на всю бухту, её разнообразные берега, группу живописных островов и горы, омываемые морем. В начале 1830 года землевладелец на три года сдал вышеупомянутую каменоломню в аренду петербургскому купцу Яковлеву, который впоследствии заключил договор с короной, упомянутый выше».
Стр. 1236 Продолжение статьи
«Добыча колонн для Исаакиевской церкви уже позволила выработать со стороны берега 45 саженей гранита, который, однако, простирался глубоко в горы. С этого момента, 18 июня 1830 года, Яковлев приступил к грандиозному предприятию по добыче 14-саженной скальной породы для вышеупомянутого памятника. Для выполнения этой масштабной работы он нанял того же квалифицированного и опытного каменщика, который уже добывал гранитные колонны, поддерживающие сейчас залы Казанского собора. Под его руководством работа началась немедленно; от 300 до 400 и более человек работали непрерывно всю зиму 1830-31 годов, в суровые морозы и метели, высоко на скалистом мысе, возвышающемся над бескрайним морем. Однако с началом лета рабочие стали работать по очереди днём и ночью, чтобы ускорить процесс, так что работа временно остановилась. В то время как с июня по сентябрь 1831 года одна часть рабочих занималась отделением колосса длиной 14 саженей (поскольку высота колонны, согласно планам, составляла всего 12 саженей или 84 фута, к каждому концу была добавлена дополнительная сажень на случай непредвиденных повреждений во время выламывания или отвалки массива) от скального основания с трёх сторон, другая часть должна была отколоть выступающие скальные массивы рядом с колонной для постамента и других частей памятника. В течение той же зимы на берегу был также построен отдельный прочный пандус для погрузки колонны на специально сооружённое для этой цели судно. Это судно имеет плоское дно, длину 155 футов и ширину 42 фута и ранее продемонстрировало свою прочность, на нём в прошлом году было перевезено три больших гранитных блока, предназначенных для постамента монумента. Их общий вес можно оценить в два миллиона фунтов. Описанный выше подход (мол) заключался в создании сетки свай, вбитых в морское дно, пока залив был замерзшим, и, включая насыпь, имел длину 22 сажени и ширину 16 саженей. После удаления всех каменных масс перед колонной, было расчищено основание скалы. После того, как это было сделано с помощью хорошо рассчитанных взрывов, направленных во всех направлениях, так что массивная скала, возможно, весом более четырёх миллионов фунтов, почти висела в воздухе, удерживаемая на месте только одним концом, спереди её поддерживали строительные леса. После завершения всех подготовительных работ началась работа по отделению массы колонны, которая была успешно завершена 19 сентября 1831 года в 18:00, после семи минут рабочего труда. Поскольку часть каменной массы, примерно на сажень, в момент разрушения всё еще была прикреплена к скале, разрушение не обошлось без значительного грохота, хотя фактическое удаление, подобно взрыву пороха, произошло мгновенно. Следующий миг был глубоко трогательным: рабочие внезапно опустились на колени и, не открывая голов, вознесли безмолвную молитву Богу, чтобы Он и дальше благословлял их трудную работу. Вечер был тихим и безмятежным, залитым бескрайней синевой горизонта; не было ни дуновения ветра, и перед ними простиралось гладкое зеркало спокойного моря, казавшееся бесконечным. Словно стихии праздновали триумф человеческой силы и дань, которую предстояло принести в жертву богам Александра.
5 июня этого года, спустя два года после начала этого монументального предприятия, судно, предназначенное для приёма колонны, стояло на якоре перед каменоломней. Теперь начались работы по углублению канала, в который будет заложена колонна. Кроме того, для транспортировки колонны из каменоломни к краю канала* необходимо было выровнять дорогу длиной около 700 футов. Пока работы продолжались на одном конце дороги, на другом конце уже начали катить камни к насыпи. Для перемещения этой колоссальной массы достаточными оказались восемь лебёдок, и после двух недель напряжённой работы колонна стояла на краю насыпи, по всей ширине которой было уложено 28 балок, каждая длиной 35 футов и толщиной 2 фута. Это были самые прочные балки, которые можно было достать в Санкт-Петербурге. Они доходили до самого корабля и образовывали наклонную направляющую, которая должна была опускаться по мере того, как колонну закатывали на судно. Десять лебёдок, расположенных на противоположной дамбе в море, должны были по сигналу облегчить погрузку на корабль; по обе стороны колонны было задействовано 50 рабочих, которые придавали канатам нужное направление».
(*) Между пристанью и тарасом, построенном в море, образовался канал для подведения и установки судна для погрузки.
Стр. 1240
«Утром 19 июня, когда были завершены все подготовительные работы, Яковлев отдал приказ о погрузке колонны. Было видно, как она разворачивается и продвигается вперёд; она уже достигла борта судна, и казалось, что трудная задача близится к завершению, когда непредвиденное происшествие посеяло ужас и страх среди рабочих. Между подходом и краем судна оставался зазор шириной около 5 футов (1,5 метра*), где нужно было возвести своего рода мост из упомянутых 28 балок, чтобы обеспечить колоссу путь на судно; но так как он был ещё недостаточно прочным, гранитная глыба с одного конца прорвалась, с ужасным скрежетом просела между обломками и одновременно придавила корабль, края которого она уже касалась. В этом событии, которое для многих могло быть очень опасным, к счастью, не только никто не погиб, но и… никто не пострадал. Получив сообщение, отсюда были немедленно отправлены инженеры с командой и оборудованием для подъёма колонны; однако эта помощь прибыла слишком поздно и оказалась ненужной. На этот раз первоначальный шок от обрушения монолита утих, и, несмотря на усталость рабочих, трудившихся всю ночь, были немедленно приняты все меры, чтобы удержать колонну на плаву на корабле, который, как уже упоминалось, накренился на один бок и значительно погрузился. После 48 часов непрерывных, невероятных усилий и применения новых, искусно удвоенных средств, колонна была успешно поднята на борт корабля, после чего последний восстановил равновесие и снова стал мореходным. Затем два парохода взяли его на буксир и 1 июля, в день рождения императрицы прибыли сюда, к дворцовой набережной с долгожданной колонной на борту.
Затем начались приготовления к выгрузке, которые были завершены за десять дней. 12 июля колонна была выгружена. Было установлено двадцать лебёдок, четырнадцать из них тянули колонну, а остальные шесть удерживали корабль. С раннего утра бульвар Адмиралтейства, а также вся территория между зданием и дворцом, были заняты собравшейся толпой, численность которой оценивалась примерно в 50 000 человек. В полдень была совершена молитва в присутствии комиссии, ответственной за операцию. В два часа на пароходе из Петергофа прибыли Их Величества вместе с другими членами Императорской семьи. Внезапная буря и проливной дождь задержали операцию почти на час. Император наконец отдал приказ о выгрузке. В этот момент прозвенел колокол, вся масса рабочих преклонила колени, и после короткой молитвы был отдан приказ привести в движение всю технику. Затем был виден колосс, бесшумно продвигающийся вперёд, скатывающийся с корабля на пристань и останавливающийся под окном Зимнего дворца, откуда за всей операцией наблюдала Её Величество Императрица. Всё это заняло всего десять минут.
В течение нескольких месяцев на дворцовой площади велись работы по возведению внушительных строительных лесов, чтобы переместить огромную колонну, которая теперь находилась на площади, ближе к предполагаемому её месту, где она стоит сейчас. Все были поражены монументальными усилиями, необходимыми для возведения этого восьмого чуда света. Вся территория от набережной до середины дворцовой площади была покрыта наклонными строительными лесами из толстых, прочных досок, что позволяло блоку подниматься до высоты основания (базы) колонны (около тридцати футов). Этот наклонный переход был соединён с деревянными строительными лесами настолько колоссальными и огромными, что, возможно, подобных лесов никогда прежде не возводили. Таким образом, почти вся очень просторная дворцовая площадь была покрыта лесами высотой в тридцать футов (более 9 м), и на платформе этих лесов, полностью покрытой трёхдюймовыми (7.6 см) досками, можно было с лёгкостью проводить кавалерийские манёвры. Можно представить огромное количество железных болтов, крюков, направляющих и винтов, необходимых для крепления этой конструкции, если учесть, что при её строительстве было использовано более трёх с половиной миллионов крупных железных корабельных гвоздей».
(*) Переводчик умнеет на глазах :о) Он самостоятельно перевёл 5 футов в 1.5 метра. Чудеса ИИ
Стр. 1244
«Хотя вся платформа, на которой теперь были установлены строительные леса для возведения колонны, состояла почти исключительно из плотно расположенных вертикальных стоек, для большей безопасности было сочтено необходимым укрепить путь, по которому должен был катиться колосс, самыми прочными стенами*. На этих стенах также была построена башня каркаса с широкой и удобной лестницей, ведущей наверх. Поскольку на транспортировку колонны от причала до её нынешнего местоположения было отведено всего три недели, все подготовительные работы необходимо было выполнить как можно быстрее. Чтобы не повредить саму колонну и закрепить канаты, на ней оставили два выступающих кольца, которые должны были быть удалены позже. Используя канаты толщиной с человеческую руку, которые многократно обматывали вокруг колонны, её медленно катили по наклонной дорожке с помощью шпилей (кабестанов), наверху поместили на огромные деревянные сани и притянули на них к основанию. Когда ствол достиг этой точки, к 60 шпилям были прикреплены 60 канатов, проходящих через тройные и четверные железные шкивы, а другие концы канатов были привязаны к большим петлям на самой колонне. Эти канаты состояли из 400 пеньковых шнуров, и каждый шнур выдерживал вес в 1600 фунтов (725,7 кг). После того, как всё продвинулось до этого момента и было уделено максимальное внимание и заботу всему, что могло обеспечить успех этого гигантского предприятия, наступил День Александра, 30 августа, день, когда это великолепное сооружение должно было занять своё нынешнее место.
(*) Самые прочные стены - это сооружение из камня и кирпича, опиравшееся на забитые сваи и возвышавшееся до верха пьедестала.
День Александра, как известно, отмечается в память о великом князе Александре Невском грандиозным, торжественным церковным шествием от Казанского собора до посвящённого ему монастыря, расположенного в конце Невского проспекта, на расстоянии примерно в одну немецкую милю. Вся Россия отмечает его как именины наследника престола и день рождения великой княгини Ольги. Эта процессия также посвящена блестящей победе святого Александра и славному Ништадтскому миру, и впервые она состоялась 30 августа 1724 года во время переноса мощей усопшего великого князя из Владимира в Санкт-Петербург в присутствии Петра Великого. Его преемница, Екатерина I в день свадьбы наградила юную великую княгиню Анну Петровну орденом святого Александра Невского. Императрица Елизавета Петровна поместила мощи благочестивого победителя в серебряный саркофаг весом 87 пудов (приблизительно 350 000 рублей); серебро для него было первым, добытым в Колыванских рудниках. На саркофаге сохранилась надпись Ломоносова. 30 августа 1770 года в присутствии императрицы Екатерины II мощи были перенесены кавалерами Александра Великого в собор, великолепно украшенный Её Величеством. Шествие к Александро-Невскому монастырю в том году также прошло в обычном порядке.
Из-за ограниченного пространства и во избежание помех рабочим, доступ на платформу был разрешён лишь немногим. Поэтому Императорский дворец, здания Генерального штаба и прилегающие здания Министерства иностранных дел и финансов, полукругом окружающие половину Дворцовой площади, были открыты для тех, кто хотел увидеть вблизи это величественное зрелище, ради которого собралось множество иностранцев, художников и архитекторов. Этому событию благоприятствовал прекрасный, тёплый летний день, редкость в этом году. С раннего утра люди толпами хлынули по улицам и направились к Адмиралтейской площади; все дома, балконы и крыши всех близлежащих зданий, вершины ближних и дальних башен были переполнены людьми. Огромная Адмиралтейская площадь, бульвары, спускающиеся к Неве, где развевали флаги императорские корабли, напоминали муравейник, и, прижавшись друг к другу, всё это образовывало одну огромную массу людей.
После службы в Александровском монастыре, когда на балконе [дворца напротив] колонны собрались присутствовавшие там высокопоставленные сановники, Её Величество Императрица в парадной карете в окружении отряда черкесов, которые в своих азиатских украшениях, железных шлемах и проволочных сетях [кольчугах], с луками и стрелами, представляли собой разительный контраст с остальной толпой, около двух часов отправилась из дворца к месту сбора; Его Величество Император был верхом на коне».
1247-1248
«И лестница, ведущая на платформу, и весь путь к ней были покрыты алой тканью, а на самих строительных лесах было установлено несколько больших, величественных шатров, среди которых красный турецкий шатёр особенно выделялся своим внутренним убранством, великолепными коврами и вышивкой. Как только Их Величества поднялись наверх, барабанная дробь подала сигнал к молитве; после того, как все собравшиеся военные совершили молитву, они разошлись по шестидесяти лебёдкам, расположенным по двойному кругу (каждая из них могла поднимать вес в 60 000 фунтов*). На выступе строительных лесов стоял рабочий, державший язычок большого колокола, служившего для подачи сигналов. Когда все встали на свои места, и взгляды сотен тысяч людей с ожиданием устремились на колосс, который до этого момента лежал неподвижно, в два часа колокол прозвенел по сигналу главного архитектора Монферрана, который руководил всей операцией. В этот момент все шестьдесят лебёдок были приведены в движение. На каждой лебёдке работало двадцать два человека, и в общей сложности в возведении памятника было задействовано около трёх тысяч человек. Две тысячи солдат, работавших на этих лебёдках, вместе с четырьмя сотнями лучших рабочих были отобраны из различных гвардейских полков, служивших под лавровыми знаменами покойного императора Александра, в славную память о котором воздвигнут этот памятник. Не было видно ни одного из этих ветеранов, чья героическая грудь не была бы лишена многочисленных наград.
(*) 60000 фунтов - 27 215,5 кг
Медленно поднималась огромная каменная масса, и большинство зрителей даже не представляли себе, какой огромный вес поднимается. Монолит весит почти два миллиона фунтов (907.2 т); его высота составляет 84 фута (25.6 м), а диаметр — 14 футов (4.27 м). Общая высота колонны — 23 сажени 22 вершка (161 3/4 фута = 49.3 м). Стоимость ствола колонны составила 202 500 рублей, а стоимость строительных лесов и подъёмного оборудования — 603 000 рублей. Длина самых известных монолитов следующая: Александрийская колонна, или колонна Помпея, — 63 фута (19.2 м); колонны Пантеона в Риме — 46 футов 9 дюймов 11 линий (14.25 м); обелиск на площади Святого Петра — 78 футов (23.77 м); Александрийский обелиск, известный как Игла Клеопатры, — 63 фута. Старый обелиск, воздвигнутый императором Августом в Большом Цирке в Риме и ныне стоящий на площади Святого Иоанна Латеранского, действительно имеет длину 99 футов (30.18 м), но состоит из трёх частей. 48 колонн Исаакиевской церкви в Санкт-Петербурге имеют высоту 56 футов (17.07 м), а Александровская колонна, как уже упоминалось, состоит из одной части длиной 84 фута и, следовательно, является самым большим из известных монолитов. — Через час колонну подняли достаточно высоко, чтобы с помощью четырёх лебедок можно было медленно переместить вперёд огромные балочные сани, на которых она до этого покоилась. Однако давление этой огромной нагрузки было настолько велико, что десятидюймовые (25.4 см) железные ролики под санями разлетались мгновенно на куски, как мякина, и их приходилось постоянно заменять.
Эта удивительная операция прошла без малейших происшествий. Единственная небольшая задержка была вызвана поломкой одного из шкивов. В 3:50 — таким образом, установка заняла семь четвертей часа — снова прозвенел колокол, и колонна встала! В этот момент об этом счастливом событии поднятие императорского флага высоко над строительными лесами возвестило бесчисленным людям, стоявшим там в молчаливом ожидании. Затем раздался оглушительный приветственный возглас, после чего Их Императорские Величества, под ликующие возгласы со всех сторон, вернулись в свои покои. — Так этот колоссальный монумент теперь стоит как новое, нетленное украшение великолепного императорского города, уникальное в своём роде. Столетия не разрушат памятник Александру, и бури не снесут его. — Колоссальные деревянные строительные леса уже исчезли, за исключением бронированной башни, непосредственно окружающей колонну, которая должна оставаться стоять до завершения всего проекта.
Хотя гранит в изобилии добывается во всех уголках мира и встречается во многих европейских странах, нигде больше он не используется в таких масштабах, как здесь. Удачное расположение гранитных скал Финляндии, непосредственно примыкающих к берегам залива, облегчило транспортировку огромных масс камня, которую вряд ли можно было бы осуществить по суше. Сама природа здесь благосклонно относится к предпринимательскому духу России. В граните Александровской колонны преобладает полевой шпат; он имеет яркий телесно-красный, иногда зеленовато-серый цвет и встречается в виде призматических, часто округлых кристаллов, размером до 1,5 дюймов (3.8 см) в ширину и не более 3 дюймов (7.6 см) в длину. Издалека порода кажется красновато-серой».
Стр. 1252
Египетские сфинксы.
«В то же [самое] время, когда мы с нетерпением ждали прибытия этой необыкновенной колонны, когда мы лелеяли надежду восхититься этим творением человеческой силы и мастерства, а также предпринимательским духом русских, два замечательных памятника древнеегипетского искусства, которые по счастливой случайности оказались здесь именно в этот момент, дали нам возможность воскликнуть, и не без оснований: «Египтяне нас опередили, но мы их превзошли!». Эти памятники — это, по сути, два очень старых, великолепных и исключительно хорошо сохранившихся сфинкса из гранита. Когда титулярный советник Муравьев, работавший в канцелярии покойного фельдмаршала графа Дибича, находившегося в начале 1830 года в Константинополе, а затем в Палестине и Египте, посетил Александрию, он узнал, что во время пребывания г-на Шампольона в Верхнем Египте были проведены значительные раскопки в руинах древних Фив, и были обнаружены два прекрасных гранитных сфинкса. Один из них уже был доставлен в Александрию, а другой вскоре должен был прибыть туда по Нилу. Греческий купец, которому они принадлежали, был готов продать оба сфинкса тому, кто предложит самую высокую цену. Г-н Муравьев сообщил об этом русскому посланнику в Константинополе, г-ну фон Рибопьеру* ( графу Александру Рибопьеру), который доложил об этом здесь и приложил рисунки сфинксов.
Местная Академия художеств, получив запрос на их осмотр, высказала мнение, что, учитывая большую древность этих памятников, похвалу, которую им выразил Шампольон за их художественную ценность и превосходное мастерство, а также низкую запрашиваемую цену в 100 000 франков — поскольку изготовление аналогичных сфинксов в Санкт-Петербурге из финского гранита, который значительно уступает египетскому граниту по прочности и красоте, обошлось бы значительно дороже, — их приобретение было бы весьма желательным. Однако сфинксы уже были куплены от имени французского правительства, как сообщается, за 100 000 франков, и поэтому они, казалось, были для нас утеряны. Тем не менее, когда вскоре после этого, в результате революции, вспыхнувшей в Париже в июле 1830 года, французское правительство отказалось от этой сделки, они были немедленно приобретены по гораздо более низкой цене, чем первоначально запрашивалось, а именно, как сообщается, за 64 000 рублей, а их транспортировка сюда обошлась в 28 000 рублей. Они прибыли в последние дни мая на греческом корабле, первом за долгое время затонувшем здесь, и в настоящее время находятся в здании Императорской академии искусств, пока их не переместят на отведённое им место. — Интересно отметить, что Шампольон писал об этих сфинксах во время своего пребывания в Фивах в июне 1829 года: «В ходе масштабных раскопок, проведённых здесь греком, бывшим агентом г-на Солта, было обнаружено большое количество колонн и статуй с львиными головами из чёрного гранита, а также два великолепных колоссальных сфинкса с человеческими головами, изображающих царя Аменхотепа III. Этот египетский принц принадлежал к 21-й династии и взошёл на престол в 933 году до н.э. Его черты на этих сфинксах в точности совпадают с теми, что были найдены в других местах; они идеально соответствуют тем, которые скульпторы и художники придавали изображениям этого принца в других местах, например, на его гробнице в западной долине Бибан-эль-Молюк*. Это, наряду с тысячей других примеров, служит ещё одним доказательством того, что египетские статуи и барельефы действительно изображают тех египетских принцев, чью жизнь они призваны представлять». Эти сфинксы заслуживают особого внимания благодаря своей древности и изысканной красоте гранита, из которого они вырезаны, — гранита, значительно превосходящего наш по плотности и прочности, — а также благодаря незначительности повреждений, которые, несмотря на многовековое воздействие стихии, они получили. Вероятно, это объясняется стабильностью и мягкостью египетского климата, а также полировкой, сохранившейся до наших дней практически в идеальном состоянии.
(*) западная долина Бибан-эль-Молюк - часть Долины Царей
То, что они действительно относятся к древнейшей античности, подтверждается тем фактом, что, как и все произведения самого начала египетского искусства, они имеют лишь очень грубые, простые очертания. Тем не менее, они прекрасны, поскольку, помимо своих размеров (их длина составляет 7 аршин 8 вершков, толщина — 2 арш. 1 верш., а высота, включая головные уборы, сделанные из отдельных кусков гранита, — 5 арш. 4 верш.), между целым и его отдельными частями существует самая прекрасная и удачная пропорция. Обе статуи, за исключением съёмных головных уборов, выполнены из цельных кусков гранита и станут новым и прекрасным украшением Санкт-Петербурга; ибо, согласно воле Его Величества, они должны быть установлены на подходящих постаментах по обе стороны от великолепного подъезда, который сейчас строится напротив главного здания Императорской академии художеств. И поистине, для них нет более подходящего места. Эти сфинксы, остатки искусства древних египтян, украсят вестибюль храма, наполненного лучшими произведениями золотого века Греции и шедеврами последних времён".