- Денег не дам. Ни на курсы, ни на другие Ленкины идеи, справляйтесь сами, - отрезала я. - Хватит, надоело!
- Неужели ты считаешь, что я, твоя родная мать, могу просить у тебя что-то лишнее, необоснованное, что-то такое, что разорит тебя или поставит в неудобное положение? Да я скорее язык себе откушу, чем попрошу у собственной дочери копейку лишнюю!
Мама стояла посреди моей кухни. В руках она держала кружку, мою любимую, с видом на Прагу, которую я берегла как зеницу ока. Привезла сто лет назад из Чехии, куда съездила на три дня между двумя особо жирными сделками.
Три дня счастья, когда никто не дергал, не просил, не требовал. Только я, Карлов мост и глинтвейн в бумажном стаканчике.
- Мам, - попыталась я вставить хоть слово, но куда там…
- Нет, ты послушай меня, Надежда! Ты послушай внимательно! Твоя сестра, да, она не такая пробивная, как ты, не такая хваткая, но разве это преступление?
Повод относиться к ней как к человеку второго сорта? Она творческая натура, ей нужно время найти себя, понять свое предназначение. А ты что? Просто завидуешь, что она не превратилась в бездушную машину по зарабатыванию денег!
Бездушная машина. Ну да, конечно. Это я бездушная машина. В пять утра вскакиваю, чтобы к семи быть в офисе первой, потому что клиенты любят пунктуальность. Это я бездушная, когда улыбаюсь седьмому за день покупателю, который тычет пальцем в потолок и говорит:
- А че он такой низкий? И мебель останется, мне без нее не надо квартиру. А торг будет?
Это я машина, когда в одиннадцать вечера наконец добираюсь домой и застаю мужа в тех же трусах, в которых он встал в полдень, перед тем же компьютером, с той же банкой пива, нет, пардон, уже с третьей.
Олег как раз в этот момент материализовался поблизости. Шестой год безработный, нет, простите, он просто тоже «в поиске». Себя, своего пути, достойной его талантов позиции.
Программист, видите ли, не может работать абы где. Ему нужна особенная компания с особенной корпоративной культурой, где оценят его уникальные способности. Какие - загадка посильнее египетских пирамид. Потому что за шесть лет я видела только способность проходить игры и комментировать новости в интернете.
Возможно, поэтому работодатели и не стоят к Олегу в очереди.
- Надь, а что на ужин? - это первое, что он произнес.
- Олег, миленький, ну ты же видишь, мы с Надей разговариваем, - мама тут же переключилась на него, голос стал медовым, - присядь, дорогой, сейчас разберемся и ужинать будешь. Ты целый день работал, устал, наверное?
Ого, так вот кто у нас труженик?
Я посмотрела на часы - восемь вечера. Я ушла из дома в шесть тридцать утра, Олег спал. Судя по небритости и общему виду, он особо и не просыпался.
Но мама этого не видела. Она все еще лицезрела зятя-красавца, который когда-то ухаживал за ее дочкой, дарил цветы, водил в театр. То, что последний букет я получила на собственную же свадьбу, а в театр мы не ходили уже лет пять, - это детали. Какое они имеют значение, когда зять такой обаятельный, так умеет улыбаться, так красиво рассказывает о своих победах в виртуальных мирах.
- Надь, ты вообще слушаешь? - мама тронула меня за плечо. - Я тебе про важное говорю! Лене нужны курсы, это последний шанс! Она уже договорилась, внесла предоплату!
- Чем? - вырвалось у меня. - Чем внесла? У нее же нет денег.
- Ну... она заняла. У подруги. Под проценты. Теперь если не оплатить, будет еще и долг висеть!
Классическая схема. Сначала влезть в авантюру, потом поставить перед фактом. И я, добрая фея с банковской картой, должна всех спасать.
А что будет, если не спасу? Мама начнет звонить по три раза в день, рассказывать, как Лена страдает. Что ей тяжело, как несправедлива жизнь. Олег будет ходить мрачнее тучи, вздыхать и говорить, что «в нормальной семье поддерживают друг друга». Лена будет слать сообщения с фотографиями Максимки и подписями «твой племянник растет без всяких перспектив и нормального будущего».
Я встала и пошла к окну. Седьмой этаж, вид на парк. Когда покупала эту квартиру, думала, вот оно, счастье. Свое жилье, любимый муж, мама с сестрой рядом.
Семья, где мы будет друг друга поддерживать. Боже, какая омерзительная наивность, аж самой от себя противно.
- Так, знаете что? -я повернулась к ним. - Все. Хватит. Денег не дам. Ни на курсы, ни на долги, ни на что.
Воцарилось молчание. Мне стало душно и хотелось срочно открыть окно.
- То есть как это? - мама первая пришла в себя. - Ты что, не в себе?
- Нет, мам. Я как раз начинаю приходить в себя. Шесть лет я тяну на себе троих взрослых людей. Встаю ни свет ни заря, пашу как лошадь, прихожу домой и падаю без сил. А вы? Олег, когда ты последний раз работал? А моя сестра? Лена что-нибудь заработала хоть после одних своих курсов?
- Надя, ты не имеешь права! - Олег встал, и я в первый раз увидела в его глазах неподдельную злость. - Я твой муж! Ты обязана проявлять ко мне уважение...
- А ха-ха тебе не хо-хо? - зыркнула я на него взглядом медузы Горгоны. - Ничего я тебе не обязана. Вот прямо с этой минуты. Завтра же пойду и подам на развод. Квартира моя, куплена до брака. Можешь паковать вещи, чемодан в кладовке!
-Дочь?Как ты можешь? Ты же останешься одна на старости лет? Или ты думаешь, такие как мужики как Олег на дороге валяются? Ты определенно сошла с ума? Сейчас же извинись перед мужем!
-Мам, ты тоже на выход...
-Что?Что?
-Что слышала, вы оба на выход.
- Ты еще пожалеешь! - мама схватила сумку. - Ты останешься одна, совсем одна! Никому не нужная, старая...
- Мне тридцать семь, я не старая. И лучше быть одной, чем с родственниками пиявками. Хватит!
Они оба ушли, хлопнув дверью. А я выдохнула. Да, я медленно запрягаюсь, зато еду быстро решительно. Развод слава богу, прошел быстро, нам с Олегом нечего было делить. Мама не разговаривала со мной три месяца, а потом позвонила и попросила денег, теперь уже для себя. Я заблокировала симкарту и купила новую. Вчера под дверью меня встретил с цветами бывший муж, он клянется, что не может без меня жить. Но главнее, что я без него -могу🔔ЧИТАТЬ ДРУГОЕ 👇