Как узнали о происходящем, президента уволили.
В октябре 2025 года бывший российский баскетболист Виктор Петраков дал большое интервью обозревателям «СЭ» Юрию Голышаку и Александру Кружков в рамках нашей рубрики «Разговор по пятницам». В отрывке ниже — рассказ Петракова о приходе в руководство ЦСКА и Драгане Станковиче.
Взятка
— Мы помним, что мужской ЦСКА в начале 90-х, мягко говоря, не шиковал.
— Да еле концы с концами сводил! Президентом клуба был Михаил Резников, а его сын возглавлял юридическую службу ЦСКА и помог папе по-тихому приватизировать УСЗ. С ЛФК то же самое провернул Мурашко.
— Президент футбольного клуба.
— Верно. Каждый квадратный метр они сдавали в аренду, прибылью с «большим» ЦСКА не делились. Зато требовали, чтобы им оплачивали сборы, перелеты, обеспечивали транспортом, экипировкой...
— Неплохо устроились.
— Все это продолжалось до назначения руководителем ЦСКА Барановского. Он вник в расклады и был в шоке: «Что за бизнес такой? Вам вершки, а нам корешки?» Быстро прикрыл лавочку. Но сперва уволил Резникова-младшего, а старшего и Мурашко заставил написать бумагу, что оба отказываются от прав соответственно на УСЗ и ЛФК. Попутно выяснил кое-что интересное.
— Что же?
— В УСЗ Резников сдал в аренду два этажа магазину «Лидер». Владелец ежемесячно выделял на команду 25 тысяч долларов. Но из них до баскетболистов доходила пятерка. Двадцатку Резников оставлял себе. Когда все вскрылось, его убрали.
— И назначили вас?
— Да. Первое, что мы сделали, — расписали эти 25 штук на всех игроков. Карасеву подняли зарплату до двух тысяч, остальные зарабатывали уже от 500 до 700 долларов. Взяли темнокожих американцев — Эванса и Эдди. Но они не прижились. А вот с Нвосу в следующем сезоне угадали. Парень топ — и по игровым, и по человеческим качествам.
— Еще и «шланг» выдающийся. Куделин говорил, что видел такой исключительно в фильмах для взрослых. В команде Нвосу прозвали Big Sausage — Большая Сосиска.
— Вы не путаете? Я про Уэбба это слышал. Впрочем, неважно. Про Big Sausage другую историю расскажу. Напомните.
— Непременно.
— Сначала про ЦСКА. Кто-то сболтнул Резникову, что в женской команде игроки получают зарплату в конвертах. Сидим с Князем в тренерской — заходят два товарища: «Мы из налоговой полиции. На каком основании вы платите своим спортсменам наличными?» Я достаю гроссбухи, где каждый доллар расписан. Объясняю, что деньги поступают от дилерской компании, созданной на базе автоцентра в Балашихе. Ну, говорят, тогда им кирдык.
— В самом деле?
— Едут к Янчеву: «Показывайте, как платите ЦСКА. А налоги? Вы что, не знаете законы Российской Федерации? Все нужно проводить по безналу. А у вас кеш. Кстати, откуда?» Начинают жестко прессовать. Петр берет телефон, звонит своему другу Ерину, министру МВД. И два товарища с быстротой гепарда убегают.
— Всё?
— К сожалению, нет. Возвращаются ко мне. Снова-здорово: «Нарушаешь закон, не платишь налоги, твой дом — тюрьма». Говорю: «Вот смотрите, мне приносят наличные. Куда я их должен внести?» — «В клуб». — «Но женский ЦСКА — не самостоятельная структура. Есть баскетбольный клуб — там и мужчины, и женщины. Значит, целевые деньги, которые выделяют нам, я бросаю в общий котел. Так парни их сразу заберут! Они-то нищие». — «Нас это не волнует. Ты обязан соблюдать закон».
— Что же дальше?
— Недели две размышляли, что со мной делать. Потом звонят: «У вас госнаграды есть?» — «Да». — «Приносите». Я прихожу, выкладываю кучку на стол. Слышу: «О! Медаль к 50-летию Победы позволяет аннулировать наказание, которого вы заслуживаете. Мы ее забираем».
— С концами?
— Естественно. Как Жара отмазали, когда проштрафился? Лишили какого-то ордена — и стал выездным. А я время спустя узнал, что стукнул в налоговую полицию Резников. Причем дал еще сотруднику взятку, чтобы меня посадили. Чудом я отскочил.
Станкович
— В 1996-м ЦСКА впервые пробился в «Финал четырех». Выиграть могли?
— Конечно. Но... В Париж с нами полетел Барановский. После организационного совещания подходит ко мне Борислав Станкович, генсек ФИБА: «Виктор, жду в ресторане. Возьми своего начальника». Как он выразился, «пулковника».
— Станкович говорил по-русски?
— Да, полиглот, семь языков знал. Садимся — и слышим: «Я вас очень люблю. Русские и сербы — братья навек. А греки нам не братья. Они вообще ненормальные. Но богатые. Хозяин «Панатинаикоса» торгует по всему миру медикаментами, владелец «Олимпиакоса» — еще чем-то. Я, руководитель ФИБА, весь сезон обращаюсь к ним за помощью, они выделяют деньги. Этот «Финал четырех» я устраиваю за их счет. Так что завтра «Пао» должен победить».
— Оторопели?
— Пока собирался с мыслями, Барановский произнес: «Борис, ничего нельзя сделать. ЦСКА на ходу и...» Станкович перебил: «Нет, первым будет «Пао»! А через год — вы».
— Еремину, главному тренеру, сообщили о разговоре?
— Нет. Игрокам — тем более. Да они бы на площадку не вышли, если бы им предложили сдать матч. Решили с Барановским — будь что будет!
— ЦСКА уступил в полуфинале 10 очков.
— Но это была заруба! За «Панатинаикос» в том сезоне играли Доминик Уилкинс, звезда НБА, и Стоян Вранкович, у которого рост 215. Один 35 очков нам положил, другой все под своим кольцом схавал. Плюс судьи в концовке за горло взяли: любое наше касание — сразу фол, фол... Зато в матче за третье место победили «Реал». А первым действительно стал «Пао».
— За год до парижского «Финала четырех» ЦСКА отравили в Афинах. Для вас в этой истории есть белые пятна?
— В Греции все решали Резников, президент клуба, и Гомельский, который в ЦСКА тогда никакой должности не занимал, но полетел с командой. Там они похулиганили.
— В смысле?
— В первом матче, в Москве, наши отгрузили «Олимпиакосу» тридцатник. В Афинах второй проиграли. А перед третьим, решающим, ребят отравили. Карасев, Куделин, Панов, Моргунов и Корнев попали в реанимацию. В распоряжении Еремина осталось всего пять баскетболистов. Они вышли на площадку и бились до последнего, пока бензин не кончился. Доигрывали втроем.
— При чем тут Резников с Гомельским?
— Именно они убедили Еремина выйти на матч. Все уши прожужжали: «Станкович ЦСКА на ноль помножит, выкинет из еврокубков, повесит на нас неустойку за срыв трансляции. А денег нет». И Стас, рискуя жизнями парней, сказал: «Играем!»
— Если бы на Еремина не давили, он поступил бы иначе?
— Ну, Стас из категории людей с гибким позвоночником... Но в той ситуации нельзя было позволить замять скандал. Вина принимающей стороны очевидна. В раздевалку принесли продырявленные бутылки с водой. Нажимаешь — тонкая струйка течет.
— Так зачем пили?
— Не сразу заметили. Между прочим, могли реально кони двинуть. Галоперидола в воде было слишком много. Отсюда судороги, галлюцинации, ребята друг друга не узнавали, задыхались. Кошмар! Просто дозы были разные, поэтому пятеро под капельницей лежали, а кто-то отделался легким головокружением.
— Вы потом с Гомельским говорили на эту тему?
— Нет, он слился. А Резников мне сказал: «Мы боялись Станковича. Что клуб оштрафуют, от еврокубков отлучат...» Я вскипел: «А за жизнь игроков вы не боялись?!» — «Не думали, что все настолько серьезно».
— «Олимпиакос» причастен к отравлению?
— Не сомневаюсь. В честной борьбе у него было мало шансов обыграть ЦСКА и выйти в «Финал четырех». Позже выяснилось, что в деле замешан тотализатор. Люди, приближенные к клубу, поставили на победу греков огромные суммы.
— Допускаете, что Резникову в Афинах заплатили?
— Не исключено. То, что к нему и к Гомельскому там подходили, предлагали сдать игру, — сто процентов! Я не знаю, каким был ответ, но греки в любом случае решили подстраховаться. Правда, с дозой переборщили.
Читайте также:
- «Сейчас рэзать, мама клянусь, рэзать будэм вас!» Петраков о стычке в гостинице