В доме было прохладно, Рита скинула куртку и привычно сунула ноги в валяные чуни. Потом оглянулась на бабушку Тамару, и достала чуни побольше,
- Надевай, бабушка, а то пол холодный, это мамины.
- А что ж вы так живете то, с холодным полом, что же папа не утеплил, - расстроенно спросила Тамара Борисовна.
И тут же встряла бабушка Тоня,
- Что же папа не утеплил? Да как же на всё заработать было, коли твоя дочь не работала? Дома она хозяйничала, да всё больше песни пела, певица… - усмехнулась Антонина Егоровна.
- Бабушка, перестань! - резко остановила её Рита.
- Ну да я о покойной вовсе и не сказала ничего плохого, - фыркнула бабушка Тоня, и ушла в другую комнату.
А Тамара Борисовна в избе осматривалась, и ужасалась, и как тут Лилька жила? Ну разве такая жизнь была для неё?
Приезжала сюда к дочери Тамара Борисовна нечасто, да и то летом.
Летом всё иначе выглядело, даже миленько, а сейчас - совсем убого.
Между тем Рита согрела чайник, ловко обжарила на сковородке куски хлеба, обмакивая в болтушку из яиц и достала сметану и варенье. Даша и Мишаня обрадовались, сели за стол, и стали мазать гренки вареньем и сметаной.
- Бабушка, садись, будем чай пить, а я печку ещё разок протоплю, а то ночи холодные, - суетилась Рита, - А если нам наконец-то газ проведут, так у нас тут вообще красота будет!
Тамара Борисовна смотрела на Риту, невольно сравнивая её с городскими сверстницами, и поражалась, как эта девочка по-взрослому справляется с житейскими трудностями.
А ведь она такая же хрупкая и беленькая, какой была её мать Лилия!
И хотя Лиля её и поступила вопреки, но сейчас Тамара Борисовна вдруг ощутила, как она сама виновата перед этими детьми, ведь это же её родные внуки!
Но она заставила себя улыбнуться, не для того она сюда приехала, чтобы нюни распускать. Она села рядом с Варей и Дашей и тоже намазала гренку вареньем,
- Как же вкусно! Рита, ты такая умница, совсем как взрослая!
Даша, вся в сметане и варенье, стала сразу хвалиться, - Наша Рита умеет всё, прямо как мама!
- Ну хватит, Даша, иди лучше поиграй в куколку, которую бабушка подарила, - заметив грусть в глазах бабушки, перевела тему Рита...
От печки сразу стало теплее и уютнее, а дети от тепла сразу осоловели.
Городская бабушка теперь им уже нравилась, и Даша попросила сказку рассказать.
В итоге Тамара Борисовна так и легла спать с детьми.
В полумраке комнаты, освещенной лишь тусклым светом ночника, она начала рассказывать им сказку.
Голос ее, звучал мягко и убаюкивающе, а Даша и Мишаня, прижавшись к бабушке, слушали, затаив дыхание. Они так увлеклись, что не заметили, как их веки стали тяжелеть, и вскоре они крепко уснули, убаюканные бабушкиным голосом и теплом ее объятий.
Тамара Борисовна же осталась лежать без сна.
Она слушала мерное, сладкое сопение Мишани, чувствуя, как его маленькое тельце расслабляется в объятиях сна. Осторожно, чтобы не разбудить, она прикрыла Дашеньку, которая во сне раскрылась, откинув одеяло. В тишине комнаты, наполненной лишь дыханием спящих внуков, Тамара Борисовна погрузилась в свои мысли.
Как же так получилось, что она, взрослая, уже старая женщина, вдруг решила, что они ей не нужны? Эта мысль терзала ее, вызывая горькое сожаление.
Утром Рита позвонила в больницу, чтобы узнать, как ее папа. Услышав, что ему лучше, Рита обрадовалась и тут же заявила,
- Я завтра опять к нему поеду!
- Что ездить просто так, - проворчала Антонина Егоровна, косясь на нежданную гостью, Тамару Борисовну,
- Я там курицу ощипала, хоть бульон домашний папке отвезёшь, да давай пирогов ему напечем, домашняя еда силы придаёт. Ты же хочешь, чтобы папка быстрее поправился, не то что ОНА, - бабушка Тоня кивнула на Тамару Борисовну,
- Она-то твоего отца терпеть не могла и, наверное, была бы рада, если бы он вообще помер!
- Бабушка, ты опять! - возмутилась Рита.
Но Тамара Борисовна неожиданно улыбнулась,
- А ты знаешь, она в чем-то права, - сказала она, - Я ведь и правда была когда-то против твоего отца. Но теперь всё изменилось, ваша мама, моя дочь Лилия, умерла, и кроме отца у вас больше никого нет. А мы, старые бабки, не в счёт, мы тоже не вечные. Поэтому, Рита, я завтра с тобой к папе в больницу поеду. Давай мы вместе испечём ему кулебяку с курицей к бульону, да, да, я тоже кое-что умею. К тому же к вашему папе у меня есть один важный разговор!
- Ишь ты, ну и командирша к нам приехала, начала тут свои порядки наводить, - рассердилась Антонина Егоровна и, буркнув что-то себе под нос, ушла в свою комнату.
А Рита с бабушкой Тамарой принялись за дело.
Они сварили наваристый куриный суп и испекли ароматную кулебяку. Часть кулебяки они, конечно, отложили для папы, а бульон решили завтра отвезти ему в термосе.
Даша и Мишаня, как всегда, с удовольствием уплетали за обе щеки и суп, и кулебяку. После обеда их ждал еще и сладкий сюрприз - шоколадка из сумки городской бабушки.
Бабушка Тоня, хоть и продолжала ворчать, тоже присоединилась к трапезе. В конце концов, она была у себя дома, и ей некого было стесняться.
В воздухе витал запах свежей выпечки, а Рита предвкушала завтрашнюю поездку в больницу к папе. Интересно, о чём бабушка Тамара собирается с папой поговорить...
Утро следующего дня началось со сборов, а потом дядя Лёша, за рулем своей видавшей виды "Буханки", повёз Риту и бабушку Тамару Борисовну в больницу.
Дорога, как всегда, была наполнена его оживлёнными пересказами местных сплетен.
- Говорят, Егоровну потеснила городская бабушка, - начал дядя Лёша, подмигнув Рите в зеркало заднего вида, - Хочет её внуков забрать. Егоровна уже ходила по дворам и жаловалась, что Ритку всему научила, думала, что на старости лет о ней внучка будет заботиться. А тут бабка городская с подарками прикатила, и всех соблазнила игрушками и шоколадками.
- Что за чушь! - возмутилась Рита, нахмурившись. Ей было неприятно слышать такие пересуды о себе и своей семье.
Но Тамара Борисовна, вместо того чтобы поддержать внучку в возмущении, взяла Риту за руку и неожиданно сказала,
- Знаешь, а я её понимаю, она в чем-то права. Терпела столько лет мою городскую неумеху Лилю, а теперь ещё я тут…
И она рассмеялась, заразительно и неожиданно для Риты. Рита, удивлённая таким поворотом, невольно улыбнулась вслед за бабушкой.
А Дядя Лёша, наблюдая за ними, недоуменно произнёс,
- Ну у вас и тут и страсти разгорелись!
- То ли ещё будет, - загадочно улыбнулась Тамара Борисовна.
Рита, всё ещё пребывая в изумлении от бабушкиной весёлости, спросила,
- Бабушка, я и не знала, что ты такая весёлая. А о чём ты с папой хотела поговорить?
- Я тебе потом всё расскажу, - ответила Тамара Борисовна, погладив Риту по голове, - Мне сначала надо самой кое в чём разобраться, ладно? И не переживай, всё образуется!
С дядей Лёшей она снова договорились, что на обратной дороге он их заберёт.
Рита с бабушкой, нагруженные сумкой домашней еды для папы, вошли в больницу. Воздух здесь был пропитан запахом лекарств и тишиной, нарушаемой лишь редкими шагами и приглушёнными голосами.
Но не успели они сделать и нескольких шагов по коридору, как увидели бегущую навстречу им женщину в возрасте с улыбкой на лице,
- Тамара, да неужели это ты? Как мы с тобой давно не виделись! - воскликнула она.
- Людмила! А ты что тут делаешь? - Тамара Борисовна обняла её.
Рита же с удивлением узнала в этой знакомой женщине ту самую Людмилу Ивановну, которая так помогла ей, когда она впервые приезжала к папе в больницу. Её доброта и поддержка тогда очень много значили для девочки.
И вот судьба зачем-то снова свела их вместе в больнице, к чему бы это?