Всем привет, друзья!
В 1941 году штандартенфюрер Пауль Блобель руководил операциями по уничтожению киевских евреев. Спустя два года он вернулся в город, но уже в новой, зловещей роли — командира зондеркоманды 1005.
Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер оказался куда более предусмотрительным, чем генералы вермахта, чьи отступающие войска оставляли за собой улики в виде заваленных дорог и тысяч тел. Гиммлер не желал, чтобы масштабы и методы преступлений СС стали достоянием мировой общественности. Именно для сокрытия этих следов и была создана специальная команда под началом Блобеля.
Зондеркоманда 1005
Оберштурмбанфюрер Адольф Эйхман на допросе вспоминал:
«Блобель имел задание найти все массовые захоронения на Востоке, организовать их вскрытие, сжигание трупов и уничтожение следов. С этой целью он и двигался перед постепенно отступающим на запад фронтом и делал своё дело».
Сама зондеркоманда 1005 состояла всего из нескольких эсэсовцев, которые выполняли исключительно надзирательские функции. Всю чудовищную работу — эксгумацию, сжигание останков, уничтожение доказательств — выполняли заключённые концлагерей. Их охрану обеспечивали коллаборационисты из местной вспомогательной полиции. Цинизм системы был доведён до совершенства: по завершении работ на каждом объекте полицейские расстреливали заключённых, после чего эсэсовцы ликвидировали самих полицейских, чтобы ни одного свидетеля не осталось в живых.
Свидетельство Авенира Беннигсена
С командой Блобеля весной 1944 года под Новгородом-Волынским столкнулся советский разведчик, штурмбаннфюрер Авенир Беннигсен. Под этим городом находилось одно из массовых захоронений расстрелянных евреев, которое и предстояло ликвидировать зондеркоманде.
Беннигсен, чьё реальное имя было Авенир Хускивадзе, много лет спустя с содроганием вспоминал те события:
«Зимой трупы не разлагались. Когда вскрыли могилы, только-только началось разложение. И вот могила, в которой несколько тысяч женщин. Только женщины, женский транспорт, видимо, был. Когда землю вскрыли, пар оттуда пошёл».
Именно тогда он услышал шутку, которая пронзила его до глубины души. Один из эсэсовцев, стоя у края могилы, цинично заметил: «Какие горячие!» А перед ними, по словам разведчика, лежала девушка лет семнадцати-восемнадцати, невероятной красоты, тело которой ещё не начало разлагаться, но от него уже шёл пар. «Какие горячие, если бы знал, я бы на несколько дней продлил её жизнь», — добавил палач.
Эти слова вызвали у Беннигсена такую ярость, что он едва не совершил роковой поступок.
«Понимаете, что я в этот момент чувствовал! Я близок был к провалу. Если бы он на меня посмотрел, то увидел бы, что рука моя потянулась к пистолету. Думаю, сейчас хлопну тебя и скажу: «Ну, лежи, сволочь, рядом», причём в живот, как они любили делать. Четыре пули в живот — эсэсовский квадрат назывался».
В тот день, в облаках едкого дыма от сжигаемых тел, смерть обошла Пауля Блобеля стороной. Однако справедливость в конечном счёте восторжествовала. В 1948 году американские оккупационные власти казнили его через повешение за совершённые преступления.
★ ★ ★
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!