Предыдущая часть:
Вернувшись домой, Маша рассказала папе о том, что услышала от врача. В свою очередь он рассказал о разговоре с целительницей. Находясь в доме престарелых, женщина узнала о докторе, работавшем в нём, что восстановить зрение после такой травмы возможно. Но ни в областной клинике, ни просто в городских больницах нет такого оборудования. Кроме того, требуется специалист высокой квалификации, и он такой есть один. Работает в платной клинике.
— Знаешь что? — глядя дочери в глаза, сказал отец, беря её за руку. — Елена Ивановна и в самом деле помогает мне. Пожалуй, к концу следующей недели я даже смогу вернуться к работе и, может быть, даже зажить полноценной жизнью со временем. Так что я считаю, ей нужно помочь. Операция, которая восстановит ей зрение, недешёвая, но у нас есть возможность её оплатить. Съезди завтра, пожалуйста, с ней в клинику. Если потребуется внести аванс, сделай это. Можешь перечислить с моей карты.
Полторы недели Маша готовила отвары, которым её научила целительница, и состояние папы улучшалось буквально на глазах. А в назначенное время поехала в платную клинику за Еленой Ивановной. Женщина уже ожидала её в приёмном покое. Она была в чёрных очках.
— Пока нельзя без них, — объяснила Елена, улыбаясь и осторожно касаясь оправы. — Сказали, чтобы даже в них не смотрела на яркий свет. Зрение нормализуется где-то за месяц, но я потерплю.
В голосе ощущалась дрожь.
— Ты не представляешь, как же здорово видеть, что вокруг, — добавила она, и Маша заметила, как её глаза заблестели от эмоций.
Увидев Елену Ивановну, Маши отец искренне обрадовался и начал расспрашивать об операции, об условиях, в которых она находилась, и о чём-то ещё. Дочь вначале хотела участвовать в разговоре, но вскоре поняла, взрослые внимания на неё не обращают. "Интересно, что произошло с папой?" — думала Маша, выходя из комнаты. Радуется, как ребёнок. И она тоже. Смеётся, словно ей лет 17. Такое ощущение, что между ними что-то есть.
Кроме отца все эти дни никто ей не звонил. Жених, теперь уже бывший, словно забыл о её существовании. Ольга, считавшаяся ранее лучшей подругой, тоже не беспокоила своими звонками. А что касается Алексея, то он позвонил всего раз, да и то с телефона брата. К тому же это было как будто давно. Маша тоже не стала никому звонить и просто решила немного прогуляться по расположенному неподалёку парку. В это время дня людей здесь почти не было. Свернув на дорожку, заканчивающуюся, как она помнила, у не так давно открытого кафе, Маша медленно шла, погрузившись в воспоминания, чувствуя лёгкий ветерок и слыша шорох листьев под ногами.
Неожиданно на одной из скамеек она увидела одного из братьев-близнецов. "Вернусь, не хочу ни с кем встречаться", — подумала она. Да и кто это вообще? Непонятно. Вернуться она не успела. Сидевший на скамейке парень поднялся и направился к ней.
— Здравствуйте, Маша, — чуть улыбнувшись, поприветствовал он, останавливаясь в паре шагов и глядя прямо в глаза. — Вы, наверное, не понимаете, кого встретили. Я Алексей. Не знаю, чем могу это подтвердить, но я вас не обманываю. Давайте просто поговорим, если вы не против.
— Ну да, непонятно, — ответила она, нервно поправляя волосы. — Вы так похожи друг на друга, что не разберёшься, с кем говоришь. Пожалуй, поверю, что вы Алексей. Мне кажется, Сергей ко мне бы не подошёл. Я знаю, он увлёкся Ольгой. А ведь когда-то она была моей лучшей подругой.
— Да, всё правильно говорите, но мне кажется, не стоит расстраиваться, — отозвался Алексей и попытался улыбнуться, но у него это плохо получилось, и он отвёл взгляд на деревья. — Я бы даже сказал, вы ничего не потеряли. Иногда такие вещи раскрывают правду раньше, чем могло бы быть хуже.
— Разве можно так говорить о своём брате? — удивилась Маша, скрестив руки. — Я вообще-то читала, что близнецы преданы друг другу.
— О, нас, конечно, на самом деле многое объединяет, но разделяет гораздо большее, — пояснил Алексей, постоянно делая паузы, словно обдумывая каждое слово, и глядя на неё с лёгкой грустью. — Мы ведь полжизни не знали друг друга, а потом Сергей сам нашёл меня. У него было больше возможностей для этого. Нужны ведь деньги, а у меня их попросту не было. Знаете, когда растешь в детдоме, всё по-другому воспринимаешь.
По словам Алексея, его брату удалось провести несколько выгодных сделок, и часть вырученных денег он вложил в недвижимость, купив две однокомнатные квартиры. В одну из них вселил Алексея, а вторую продолжал сдавать.
— Молодец ваш брат, — оценила услышанное Маша. — Помог вам жильём.
— Правильно помог, но когда я стал ему вдруг не нужен, он меня выгнал, — усмехнулся невесело Алексей, пожимая плечами. — Наверное, не понравилось ему моё отношение ко всем событиям, ну, связанным с вами и Ольгой. Они вдвоём задумали очень нехорошие вещи, и я вам рассказывал об этом. Получилось так, что я помешал. Не хотел ввязываться в их планы, вот и всё.
— И где вы сейчас? — спросила Маша, чувствуя любопытство и лёгкую жалость.
— Есть у меня пара хороших знакомых. Пожалуй, их можно даже назвать друзьями. Вот один из них и позвал меня к себе. Снимает квартиру неподалёку от парка. Это, вообще-то, не просто для одного человека. Ну, а вдвоём на каждого получается приемлемо.
Молодые люди разговорились. Они болтали больше часа. И, слушая Алексея, Маша улавливала в его речи то, что сильно отличало его от Сергея. Отвечая на любой вопрос, он не пытался использовать обходные пути, говорил, как есть на самом деле, и поступал так, даже при условии, если сам оказывался в невыгодном свете. К концу разговора Маша начала понимать, Алексей всё сильнее нравился ей. Она непроизвольно сравнивала братьев и удивлялась, почему её отношения с Сергеем продолжались так долго, и более того, как они вообще могли начаться?
— Слушай, здесь неподалёку кафе есть, может, туда переместимся? — неожиданно предложила девушка, чувствуя, что не хочет заканчивать разговор.
— Ох, извините, — смутился Алексей, краснея и опуская глаза. — Я пока не могу устроиться на хорошую работу. Моя зарплата, конечно, позволяет выживать в этом городе, но позволить себе сводить девушку в кафе я пока не могу. Не хочу ставить себя в неловкое положение.
— Я догадываюсь, но не считаю это серьёзным минусом. И пригласила я вас и совсем не для того, чтобы вы оплачивали мой заказ, — произнесла Маша, стараясь говорить непринуждённо, чтобы парень не воспринял её слова как оскорбление, и улыбаясь ободряюще. — Пойдёмте. Давайте будем считать, что сегодня я вас угощаю, а в следующий раз вы меня.
— Но всё равно я буду чувствовать себя не так, — попытался ещё раз отказаться Алексей, переминаясь с ноги на ногу.
— А не надо ничего чувствовать, — остановила она, беря его под руку. — Я просто вас пригласила. Или вы что, считаете, так нельзя? Пойдём, кофе хотя бы выпьем, а там видно будет.
Они просидели там довольно долго. Алексей оказался хорошим собеседником, и с ним было по-настоящему интересно. Маша даже удивлялась тому, что считала Сергея интересным, не способным при этом совершать нехорошие поступки. С его братом не нужно было думать над каждым словом, чтобы нечаянно сказать что-то не так. Алексей тоже вёл себя свободно. Если он улыбался, то делал это искренне. Не было в нём никакой фальши, которая порой встречается у молодых людей. Он рассказал, что неплохо учился в школе, а после девятого класса ему предложили поступить в колледж. Его он окончил с хорошими результатами, получив предложение работать в филиале компании, находившейся в городе регионального значения.
— Я был очень рад этому предложению, — вспоминая о прошлом, улыбнулся Алексей, помешивая кофе. — Мне там даже ведомственное жильё дали. Это правда была крохотная однушка в бывшем семейном общежитии, но зарплата тоже была неплохая. И я, в принципе-то, себя ничем не ограничивал. Откладывал потихоньку. Думал, со временем может даже машину куплю. И водительские права получал ещё в колледже.
А потом его нашёл брат, и жизнь резко изменилась. Конечно, он был рад, встретив брата, тем более, что он заранее не знал, существуют ли у него вообще родственники. А чувствовать себя одиноким было довольно плохо, несмотря на то, что к такому состоянию он уже в принципе привык. Алексей уволился из компании и переехал в большой город, поселившись в квартиру брата. Но с хорошей работой здесь не вышло.
— Иногда, правда, за счёт какого-нибудь особого заказа нам платили прилично, но всегда хотелось найти что-то получше, — рассказывал он. — А благодаря дополнительному заработку я себе позволял некоторые излишества. И вот мне удалось встретить тебя. Помнишь? — обратился он к Маше. — Я вызвал жену на час.
— Да, помню, — рассмеялась она, чувствуя тепло от воспоминания. — Я тоже решила выяснить, что на самом деле представляет собой твой брат. И вот договорилась с хорошим знакомым, чтобы попасть в нужную квартиру.
Вместе они вспоминали едва ли не по минутам те уже далёкие события, ведь сейчас та встреча оказалась особо значимой. Вернувшись домой, Маша увидела искренне радостных отца и целительницу. В начале она предполагала, что это из-за перерастания их отношений в некое подобие романа, но вскоре поняла, причина крылась в другом. Вероятно, в клинике, где Елене Ивановне делали операцию, тщательно проверили информацию о её работе как о народной целительнице. И выяснив, что речь идёт не о каких-то заговорах, а об использовании лекарственных растений, часто неисследованных официальной наукой, ей предложили сотрудничество.
— Главный врач звонил, — сообщила она. — А мы с ним до этого разговаривали. Он ко мне в палату приходил, я рассказывала ему, как меня когда-то и мама, и бабушка обучили всем хитростям.
Узнав о том, что в ближайшие дни следует заготавливать некоторые корни, главный врач тут же предложил помощь клиники. Одновременно он поинтересовался требованиями к помещению, где должна происходить сушка. Маша искренне была рада за Елену Ивановну. Особенно её порадовало то, что целительницу официально принимали на работу в клинику. Правда, она так и не поняла, о какой должности идёт речь. Дни проходили за днями. Маша регулярно встречалась с Алексеем, которому наконец-то удалось найти хорошую работу, и это позволило наконец снять ему отдельное жильё. Квартира была, разумеется, однокомнатной и находилась в пятиэтажке, построенной лет 50 назад. Но всё-таки он её не делил ни с кем. Свою помощь предлагала и Маша, но парень отказался. Сказал, что не хочет себя чувствовать чем-то обязанным даже такой очаровательной девушке.
— Пойми, я до сих пор не в своей тарелке из-за того похода в кафе, когда ты оплатила наш заказ, — объяснял он, глядя ей в глаза и держа за руки. — Я хочу добиться всего сам и знаю, что смогу это сделать. Но если вдруг не получится, значит, я не рассчитал свои силы или ошибся где-то, но всё это моя ответственность.
Маша чувствовала, что он говорит искренне, и её отношение к нему каждый день приобретало характер настоящей влюблённости. Можно даже сказать, что их отношения развивались стремительно. А вскоре случилось так, что Маша с трудом выдерживала то время, когда не находилась рядом с Алексеем. Так что недолго думая, они подали заявление в ЗАГС. Несколько раз в эти дни девушка случайно встречалась с Ольгой. Бывшая лучшая подруга пыталась завязать с ней разговор, но Маша отвечала, что сейчас она слишком занята. Когда до свадьбы оставалось совсем немного времени, бывшая подруга предприняла очередную попытку. На этот раз, дождавшись Маши у выхода из офиса, она сразу, даже не поздоровавшись, попыталась завести речь о Сергее.
— Понимаешь, глупая я была, — торопливо говорила Ольга, подходя ближе и пытаясь взять её за руку. — Думала, и в самом деле всё нормально, даже не догадывалась, что он не такой. Прости, если сможешь, я не хотела...
— Оставь меня в покое, — прервала её Маша, отстраняясь и повышая голос. — Между этим человеком и мной давно стена. Что у тебя происходит, меня не интересует. Запомни. Предательству я не прощаю.
После этого Маша направилась к машине, чтобы успеть встретить Алексея, заканчивавшего работу чуть позднее. А когда до свадьбы оставалось всего 3 дня, жених неожиданно исчез. Не позвонил ей в обычное время, не отвечал на её звонки. И поздно вечером Маша подъехала к его дому. Но окна на третьем этаже оставались неосвещёнными. Девушка уже хотела обзванивать все городские больницы, но её остановил звонок.
— Извини, так получилось, — торопливо и сбивчиво объяснял своё отсутствие парень, и Маша услышала шум в фоне, как будто он был в спешке. — Меня и ещё двух сотрудников срочно отправили в командировку, а телефон я на работе оставил. Ну, всё нормально, завтра встретимся, всё обсудим. Ведь у нас же свадьба.
На встрече Алексей вёл себя как-то не так. Впрочем, Маша убедила себя в том, что это связано с той самой неожиданной командировкой и его волнением перед свадьбой. Но позднее, невольно вспоминая эту встречу, она не могла отделаться от мысли, что с Алексеем произошло что-то не то. Да и вообще появились сомнения, а на самом ли деле это Алексей. На следующий день подозрения усилились. Жених казался совсем не таким, каким был раньше. Отдельные слова, выражения лица, поведение она не узнавала. Точнее, ей казалось, что так скорее бы повёл себя Сергей, а не Алексей. Хотя она допускала, что всё это ей просто кажется, и сама того не желая, она что-то хочет найти не то.
В ЗАГСе же подозрения обрели новую силу. Слушая регистратора, обратившуюся к жениху и невесте, Маша всё сильнее ощущала, что рядом не тот человек. Бросив на жениха короткий взгляд, она уловила в его улыбке ту самую неискренность, которая была присуща только Сергею и которую ранее, до прекращения отношений она принимала за норму. Как раз в это время сотрудница ЗАГСа, приветливо улыбнувшись, предложила жениху и невесте поставить свои подписи в нужных местах.
— Нет, — решительно сказала Маша.
Она повернулась и быстро направилась к выходу из зала. Свидетели, родственники, приглашённые замерли. В зале наступила тишина. Застывший от неожиданности жених, не отрывая взгляда от места на документе, где он только что поставил свою подпись, и отказалась подписывать невеста, густо покраснел. Его губы непроизвольно шевелились, словно он хотел что-то сказать, но не мог. В таком состоянии он пробыл совсем недолго, а затем бросился из зала, пытаясь догнать сбежавшую невесту. У входа Машу ждал Алексей. Парень немного преобразился в худшую сторону, но, не обратив внимания на его небритый подбородок, она кинулась к нему в объятия.
— Прости, — шептал ей на ухо Алексей, обнимая крепко. — В моём кармане полицейские нашли пакетик с белым порошком, но я его не трогал, и всё равно меня задержали. Провёл в камере трое суток. Долгие допросы были, а на адвоката денег не было. Тебе звонить почему-то не хотел. Думал, всё равно всё выяснится. Вот и выяснилось. Проверили по базе данных, и оказалось, что моих отпечатков пальцев не было. А те, что нашли, отличались от моих.
— То есть тебе его кто-то подкинул? — плача спросила Маша, прижимаясь ближе.
— Да, — поглаживая ей волосы, ответил Алексей. — У них в базе откуда-то оказались отпечатки пальцев Сергея.
Рассказать дальнейшее он не успел. Поблизости послышались голоса. Полицейский обратился к вышедшему на улицу Сергею, называя его по имени-отчеству. Когда задержанного брата увезла полицейская машина, Алексей и Маша всё ещё стояли перед входом, прижавшись друг к другу. Их окружили родственники, свидетели, гости. Откуда-то узнав, что произошло. Все направились в здание, чтобы узнать, что делать дальше. А следом за ними направилась невеста и её настоящий жених, к которому полицейские вернули его паспорт, похищенный ранее братом. Церемония продолжилась с того места, на котором завершилась. Правда, пришлось потратить время на подготовку нового документа, но все были настолько счастливыми, что на такие мелочи уже не обращали внимания.
Сразу после церемонии Маша и Алексей начали новую жизнь, полную взаимопонимания и поддержки, где каждый стремился к самостоятельности, но всегда был готов помочь другому. Николай Петрович полностью окреп благодаря ежедневным отварам Елены Ивановны, которая стала не только его лечащим специалистом, но и близким человеком в семье. Ольга и Сергей, столкнувшись с последствиями своих планов, исчезли из их окружения, оставив место для спокойствия и доверия.