Предыдущая часть:
Женщины проговорили до сумерек. Мария предложила Анне просто пожить несколько дней и ничем не заниматься. Рассказала, что в посёлке есть несколько маленьких предприятий, одно даже среднее. С вакансиями туго, но они появляются время от времени. Чаще всего работу находят на железнодорожной станции. А насчёт диплома, оставшегося в городской квартире, можно попробовать поговорить с юристом. Он же может помочь и с остальным, что потребуется. Утром следующего дня Анна взяла на себя все домашние заботы. После завтрака занялась большой уборкой. Соня вызвалась помогать. Мария тоже хотела присоединиться, но её состояние было хуже, чем накануне. Ей предложили пока полежать, заверив, что вдвоём справятся со всем необходимым. После обеда Анна с Соней направились в аптеку и магазин. Банковская карта была привязана к телефону, так что Анна узнала, что может купить продукты. А по дороге они говорили.
— Соня, а откуда ты знаешь ту песенку, которую пела в вагоне? — спросила наконец Анна. Эта мелодия не выходила у неё из головы, ведь мама часто напевала её, когда Анна была маленькой, и даже объясняла, что сама написала слова как стихи для детей.
— Мама научила давно уже, — улыбнулась девочка. — Она её узнала от одной женщины, которая приходила к её приёмным родителям и всегда старалась что-нибудь принести для мамы, а когда уходила, почему-то плакала.
На обратном пути Анна вновь завела разговор о песенке. Ей казалось, что Соня что-то недоговаривает, а ещё возникло подозрение, усиливающееся обрывками воспоминаний. Она чувствовала, что хочет узнать нечто, напрямую связанное с её детством. Старательно задавая вопросы, которые казались незначительными, женщина сумела разговорить малышку.
— У меня бабушка была, только я её не знала. Она рано умерла, — рассказывала Соня. — У неё дочка была — мамина сестра. Потом мама родилась, и бабушка заболела. Дедушка бросил и бабушку, и маму, и сестру её. Бабушка тогда сильно испугалась. Думала, не сможет из-за болезни всех вырастить. Вначале у неё получалось, а потом вроде не выдержала и отнесла маму в детский дом.
Стараясь не пропустить ни слова, Анна внимательно слушала рассказ. Она узнала, что через некоторое время здоровье бабушки улучшилось. Она вернулась на работу в школу и чувствовала себя очень виноватой. Пыталась забрать младшую из детдома, но было поздно. Малышку взяла семья без детей.
— А вы почему плачете? — взглянув на Анну, спросила вдруг девочка. — Не плачьте. Мама рассказывала, что когда ей обо всём рассказали приёмные родители, она тоже места себе не находила, но потом успокоилась. И на мою бабушку, ну, свою маму, она не сердится.
Теперь, слушая Соню, Анна догадалась, куда регулярно уходила её мама, пока ей не стало совсем плохо. Она договорилась с приёмной семьёй, что будет приходить под видом репетитора, заниматься с девочкой. И как раз в это время научила её той самой песенке, которую Анна услышала, просыпаясь в электричке. Понимая, что ещё немного, и она не выдержит, расплачется по-настоящему, женщина перевела разговор на другую тему, начала расспрашивать Соню об учёбе в школе. Девочка охотно рассказывала об одноклассниках, об учителе и похвалила маму, которая всегда помогает.
Дома, дождавшись, когда Соня займётся любимым делом — возьмёт книгу, — Анна вошла в комнату Марии. Приложив палец к губам, она сказала, что хочет сообщить нечто важное, и просит отнестись к услышанному спокойно. Широко открыв глаза, молча глядя на неё, Мария слушала рассказ. Иногда по её щекам скатывались слёзы, и она не могла их вытереть. А порой, вероятно, вспомнив что-то, она кивала головой, реагируя на слова Анны. Наконец наступила тишина. Какое-то время они смотрели друг на друга, а потом Мария, чуть улыбнувшись, прошептала:
— Получается, что мы родные сёстры?
— Так же шёпотом закончила фразу, начатую ею Анна. — Но, наверное, не надо винить нашу маму. Она делала всё, что могла. Я помню, как она, возвращаясь с репетиторства, подолгу плакала. Мне казалось, это из-за болезни, ведь её не стало, когда я окончила первый курс.
— И как же ты дальше училась? Ох, извини, — смутилась Мария. — Я к тебе на ты, но мне кажется, так лучше, если мы сёстры. Знаешь, я вот сразу, как тебя увидела, почувствовала, что ты какая-то особенная. Вот есть в тебе что-то, что было в приходившей ко мне маме, которую я считала репетитором.
— Как училась? — задумчиво посмотрела на сестру Анна. — Отцу, который нас бросил, удалось добиться, чтобы алименты были меньше. Так что на каникулах я работала, откладывала деньги на учёбу. А ещё во время семестров мы с одной девочкой мыли полы в учебном корпусе, а на старших курсах нашли работу получше.
Прошло два дня. Рядом с домом остановился автомобиль. Из него вышел мужчина и сразу направился к входной двери. Это был Андрей, муж Марии, который ушёл от неё два года назад из-за болезни, но теперь, видимо, решил вернуться — возможно, из-за слухов о возможном улучшении её здоровья или по финансовым причинам, связанным с домом.
— Познакомься, сдержанно, даже как-то сухо, — представила Мария незванного гостя. — Мой муж Андрей. А это, — обратилась она к мужчине, — моя сестра Аня.
— Сестра? — мужчина был немного удивлён. — Ты вроде не рассказывала о сёстрах. А двоюродная, что ли?
— Нет, родная. Ты просто забыл. Да и не слушал никогда о моих родственниках, — пояснила женщина.
— А это хорошо, — улыбнулся Андрей. — Всё-таки мужчины не всегда справляются с женской работой как следует.
Наблюдая за супругами со стороны, Анна отметила, как меняется отношение сестры к бросившему её, но теперь вернувшемуся мужу. А он старался всеми словами и действиями изображать любящего супруга. Непроизвольно оценивая это, Анна понимала, что всё его поведение пропитано фальшью. Казалось, и маленькая Соня догадывалась о том, что происходит на самом деле, но внешне это не проявлялось. Вероятно, девочка думала, что так лучше для мамы. Андрей оказался неплохим артистом. Знаки внимания, которые он оказывал жене, вполне можно было принять за искренние. Одновременно он был очень приветлив и с Анной. Неизвестно, специально ли мужчина вёл себя так или просто перестарался, но в какой-то момент она поняла, что сестра начала ревновать.
— Господи, — подумала Анна. — Она теперь всерьёз думает, что я положила глаз на этого Андрея. Но неужели не понимает, что мне хватило за глаза истории с предательством Дмитрия? Да у меня теперь на подкорке уверенность, что все мужчины такие.
Состояние Марии в очередной раз улучшилось. Однако это мало отражалось на ней, когда она общалась с сестрой. Анна старалась вести себя предупредительно, в том числе и с Андреем, чтобы вспыхнувшая у сестры ревность не дошла до крайности. Так что вечерами она пораньше уходила в свою комнату и размышляла о событиях дня. В какой-то момент, оценивая поведение Андрея, Анна заподозрила, что улучшение состояния жены ему не нравится. А ещё она вспомнила обрывок его разговора по телефону, когда он переспрашивал о порядке действий при получении недвижимости в наследство. Вспомнилось и то, как мужчина перебирал документы из шкафчика. При этом ещё спрашивал Соню, не видела ли она домовую книгу и зелёную папку. А почему он не спросил об этом жену? — задумалась Анна. Зачем ему домовая книга и что за документы в зелёной папке? А этот разговор о наследстве? Что всё это значит? Мелькнула догадка. Может, он хочет присвоить этот дом, продать его, поправить свои дела.
Своими подозрениями она попыталась поделиться с сестрой, но Мария отказывалась верить услышанному. Андрей сумел всё повернуть так, что у неё появилась уверенность в светлом будущем. Когда Анна ушла в свою комнату, к ней пришла Соня.
— Тётя, — шёпотом сказала девочка, — я слышала, что ты пыталась сказать маме. Я ей не хочу рассказывать, что знаю. Может, ты скажешь, а?
— А что случилось? — поинтересовалась Анна.
— Я не верю папе. Он задумал что-то плохое. Сегодня к нему приходили двое мужчин, стояли у калитки, а папа рассказывал им про дом, говорил, из чего стены сделаны, размеры, какой колодец и сколько лет водной станции. Может, это всё не просто так?
А следующим утром в комнату Анны вошла сестра.
— Аня, — обратилась Мария. — Ты извини, но у Андрея сейчас некоторые затруднения. Я помню, ты в первые дни говорила, что хотела устроиться на работу.
— Да. И даже нашла кое-что. Но ты ведь сказала, не стоит устраиваться уборщицей, — напомнила Анна. — И лучше поговорить с адвокатом, чтобы он диплом забрал и развод с Дмитрием обеспечил. Ну и раздел имущества.
— Видишь ли, — краснея, начала Мария.
— Да, вижу, — перебила её сестра. — Сейчас пойду на станцию. Может, там и жильём помогут, если я настолько мешаю.
— Ну зачем ты так? — в голосе Марии послышалась обида. — Андрей не против, чтобы ты здесь жила. Наоборот, сказал, что ты хорошо поддерживаешь порядок. Только знаешь что?
— Знаю, — вновь перебила её Анна. — Да не нужен мне твой Андрей. Меня из-за предательства Дмитрия до сих пор тошнит от мужчин.
На железнодорожной станции её приходу обрадовались искренне. Начальник с сожалением сообщил, что найти работника не так просто, ведь многих не устраивает зарплата.
— Но вы ничего такого не подумайте, — заверил он. — Мы вас оформим на полторы ставки. Вашей задачей будет проводить уборку внутри вокзала, на перроне и на небольшой площадке перед входом. Нет, метла и швабра вам не понадобятся. Всё будете делать с помощью уборочной машины. Это несложно, думаю, разберётесь.
Узнав, что трудовую книжку не прислали с предыдущего места работы, начальник посетовал на медленную работу почты и сказал, что приказ напишет прямо сейчас, приняв Анну с сегодняшнего дня, а запись в трудовой сделает позже.
— Так, это записка для кладовщицы, — протянул он лист бумаги. — Там на двери табличка "служебное помещение". Она вам выдаст спецодежду и объяснит, как работать на уборочной машине и пылесосе.
Вернувшись ближе к вечеру с работы, Анна сказала сестре, кем устроилась. При этом Мария молча смотрела на неё виноватыми глазами. Лишь потом сказала, что надеется, сестра будет работать на такой должности недолго. Отдыхать Анна не стала, сразу принялась готовить ужин. Когда всё было готово, она сервировала стол и, пригласив всех, села на своё место, почувствовав, что за день по-настоящему устала.
— Ничего, втянусь как-нибудь, — подумала она.
— Вот, специально сегодня в аптеке купил для Марии, — показал маленькую коробочку Андрей. — Биодобавки. Я проконсультировался, должно ей помочь.
Мужчина открыл коробочку, достал из неё небольшой флакон и, отвернув пробку, подошёл к стулу, где всегда сидела жена, собираясь вылить содержимое в её салат.
— Что-то не то, — подумала Анна и, быстро достав телефон, включила видеозапись.
При этом держала аппарат так, словно смотрит что-то на экране. Андрей не обращал на неё внимания. Он рассказывал о каких-то своих важных делах и о том, что никак не мог уговорить жену перебраться из посёлка в город. Анна не слушала. Ей нужно было придумать, как показать видео сестре. К счастью, зазвонил телефон Андрея. Посмотрев на экран, он изменился в лице и сказал:
— Я быстро.
Затем едва не бегом выскочил из дома.
— Я не знаю, — задумчиво оценила увиденное Мария. — Мы с ним ни о каких биодобавках не говорили. А что он ещё сказал?
— Больше ничего, — пожала плечами Анна. — Ему кто-то позвонил. Вообще мне всё это странным показалось.
Продолжение: